Alex PRO – Качели **Евы (страница 4)
Точка старта – оттуда мы с вами.
– Пить там, конечно же, будете? – спросила Ева каким-то странным надломленным голосом. – На этой встрече?
– Не исключено, – улыбнулся я. – Впрочем, я-то вряд ли. «Цинандали» символически, скорее всего. Жара. Здоровье, знаете ли.
– Знаю.
– Да и не хочется напиваться. Можно пропустить много интересного.
– Можно.
Она явно хотела еще что-то добавить, что-то своё, наболевшее, но тут снова завибрировал мой смартфон. Пополз по столу, упершись в казённый подстаканник с надписью «РЖД».
Звонил приятель. Он давно живет в другом регионе. Переписываемся обычно только по делу. А в ключевые моменты мы сверяем часы. Когда-то он служил во внутренних войсках, и я нередко приветствовал его на пионерский мотив: «Архипелаг ГУЛАГ!». Он отвечал со зверским выражением на лице: «ГУЛАГ архипелаг!».
– Спасибо, Игорь, что помнишь! Да, возвращаюсь, в поезде сейчас…Что? … Ну, да: растущая цифра уже давно не радует, а пугает. Даже не пугает – раздражает. Так точнее… И уже не один этот самый дээр… Вот-вот… Спасибо еще раз. А по твоему вопросу мое мнение однозначно – целесообразнее вкладываться в бетон. Ставки по депозитам такими будут не всегда. Пока возня, да, согласен… А потом? Плюс налог с шапочки. Не знаешь? А вот погугли тогда, а то осенью неприятно обрадуешься… Следующей, конечно же.… Но, по итогам этого отчетного года.
Ева перестала шуршать своими распечатками и замерла.
– Да, и имей в виду, что когда-то этот условно бумажный навес будут складывать, это почти очевидно. Без инсайда можно и не успеть… А где ты его при самодержавии нароешь? Маячки сейчас не просматриваются… Так что, бетон – он и в Африке бетон. Всегда будет что-то да стоить. Особенно правильный бетон. В правильных местах. Теплое море у нас одно… Ну, то болото не считаем… В том числе и поэтому…Но, это моё мнение и я тебя ни к чему не призываю. Так что… потом не предъявляй… Ага… Звони.
Попутчица пристально и с каким-то весёлым интересом посмотрела на меня. А я – на нее. Испытующе. Я читал когда-то статью, в которой ученые предполагали возможность передачи огромного количества информации через зрительный контакт. Приёма-передачи, как через мощнейший оптический кабель. Законнектились, и попёр поток, который не все способны контролировать. И что там в тебя летит, какие ментальные вирусы, какие установки? Большой вопрос. Поэтому не стоит смотреть в глаза злым собакам, уголовникам и психам. Кто ты, артистка? Стучали колеса, вагон потряхивало, время шло, а мы смотрели и смотрели друг на друга.
Наконец, она хмыкнула, покачала неопределенно головой, отвела взгляд и поинтересовалась:
– О, да сколько ж Вам лет, Владимир Иванович?
– Не помню, – пошутил я и вдруг напугался: в самом деле… Не сообразил. Дожили. Добавил, смущаясь:
– Но сегодня, как выяснилось, мне стало на один год больше.
– Ого! Так у Вас, оказывается день рождения?
Я уловил нотку недоверия, достал паспорт, пальцем прикрыв год рождения, показал.
– Действительно, – удивилась она. – Надо же?! Выглядите моложе лет на десять. Поздравляю!
И протянула узкую длинную ладошку. Рука была тёплой, кожа – бархатистой как замшевая перчатка. Это одновременное сочетание тепла и мягкости, откуда оно мне так знакомо? Точно какое-то неведомое загадочное животное прикоснулось, доверившись. В моей голове экспрессом пролетели сразу несколько образов… И еще что-то тревожное и забыто опасное, возможно из детства. Что такое происходит?!
Я вздрогнул, отшатнулся рефлекторно, а она вдруг задержала руку:
– А по паспорту Вы – не Владимир! Но фотография Ваша. Кто Вы?
ГЛАВА 6. НАЧАЛО ВЕСНЫ.
– Ты с кем здоровался утром?
– В смысле? Где?
– На трассе, около «Янтычной».
– Это где мы завтракать останавливались? За Бахчисараем?
– Да. Здоровый такой, с бандитской мордой. И с ним толпа… таких же. Ты из местных кого-то знаешь?
– А-а-а! Да это ж и есть бандосы бывшие. С Еката. Ну, как бандосы? Спортсмены-бизнесмены. На сборах когда-то пересекались, на соревнованиях зональных.
– А они чего здесь делают?
– Догадайся! Он кстати меня про то же спрашивал.
– Охренеть! Вот это масштаб! И как давно они тут?
– В марте уже подтянулись, за вояками, как я понял. Может неправильно понял.
– Что-то интересное выяснил?
– Не особо: они в напряге еще, не освоились кто есть что. Из важного только то, что он слышал, будто местные татары вчера казанскую делегацию послали в пень.
– Это плохо. Для всех плохо.
– Это, извиняюсь, очевидно было, они ж тут скорее – азера и турки, чем татары.
– Ну, значит, догадаются, поди, наверху, нохчей заслать. Я б догадался.
– Думаю, там не глупее нас. А сразу не заслали, только потому, что потом их отсюда не повыковыриваешь.
– Это да. Тут земля благодатная. Во всех смыслах.
– Поэтому за нее всегда воевали. По сути, тут лучший климат в Союзе. Цари знали, где строиться – на ЮБК.
– А Сочи?
– А там были болота и знаменитые адлерские каторги. Да и сейчас сыро. Я вчера с одним местным зацепился. – На вас, – говорю, – десятилетиями весь Союз работал, бабки-дедки, папки-мамки наши, да и мы немного успели. Недополучали,…но деньги эти шли сюда, вваливались в санатории, дороги, дворцы, парки-пляжи, инфраструктуру… Потому что знали, что это для народа, для детей, внуков. Все общее. Навсегда… А теперь, даже с местной пропиской, к морю не пройти через большую часть этих самых санаториев!
– А воевали сколько за этот Крым?! Веками, а теперь видите ли, «это не ваше»! Да тут уже планы на несколько военных баз НАТО.
– Халед говорит, что еще в 2012 году в НАТО составили смету по Севастополю и Симферополю, инструкции уже хохлам выслали по переоборудованию аэродромов и прочего по стандартам НАТО. Этот год, типа, значился как время начала военного обустройства. А в 2017 заканчивался договор на аренду Россией базы в Севастополе.
– После переворота бандеры его точно не продлят. И к бабке не ходи. Сам как считаешь: срастется у нас? Дадут проглотить?
– Уже дали. Думаю, сделали это сознательно.
– Какой смысл?
– Многоходовочка. Шахматы. Судетский вариант.
– Я тебя не понимаю. Можешь нормально объяснить?
– Да как тут объяснишь? Непросто все. Я могу только предполагать. Время покажет. Ты ж на живца рыбачил?
– Ну?
– Гну! Живец – тоже рыба. Но им можно пожертвовать. Ради большой рыбы, которая повелась.
– Думаешь, наши этого не понимают?
– Надеюсь, что да. Возможно, считают себя умнее рыбака. Тем более, шесть лет назад прокатило. Но там, на твоём рыболовном жаргоне, была, похоже, прикормка. Ладно, все это сложно. Одно понимаю: песец неизбежен.
– Это еще почему? Все ж пока вполне себе в рамках…
– Уже нет. За рамками косплеим. Как взрослые.
– Нормально всё будет, вот увидишь. У вас в корпусе вайфай нормально ловит?
– Терпимо, а что?
– Да у нас еле-еле, да еще тридцать балбесов со смартфонами.
– Ты че, не поотбирал их?
– Бесполезно. Не понимают. Начну, наверное, штрафовать. Особенно тех, кто с российскими симками. Обзвоню всех специально.
– Давно пора. Лишь бы не настучали. Там у тебя есть парочка хитровыдуманных.
– Знаю. Долбишь-долбишь… А им вообще все понятия по барабану, особенно этим. Молодые. Но, мы ж такими не были? Берега знали.