Alex Darkness – Счастье есть, оно в нем (страница 9)
Брат бежит домой.
– Дядь Сереж, с ней будет все хорошо? – чуть не плача от переживания спросил Саша.
– Надеюсь, кости целы. Лена убьет, когда узнает. Эх… Отвези велосипед и побудь с Сережей. Я поеду с ней в больницу, пусть все осмотрят через аппараты. Все будет хорошо. – Саша стоял уже чуть плакал в переживаниях за девочку.
Деда берет ключи у брата и тот открывает дверь. Меня тихо укладывает деда и идет за руль. Машина срывается с места. Проходит время и я замечаю скопление машин у большого здания. Деда выходит и берет меня. Несет в здание и увидевшие врачи везут каталку. Деда все рассказывает и меня осматривают изначально.
– На аппараты!
Долгое и нудное меня утомляет. Лежа на аппарате засыпаю. Деда в переживаниях берет меня на руки и со слезами целует. От этого я просыпаюсь и смотрю на него.
– Все хорошо, не плакай. – он кивает.
– Сэр, кости целы, но сильные ушибы. Нужно все обработать. На брови останется шрам.
– Ничего не поделаешь, главное жива. Мой малыш, деда не усмотрел за тобой.
– Это я виновата, я больше не буду, – начинаю теперь я плакать.
Деда вытирает мои слезы.
– Все будет хорошо, я рядом.
– Мама будет ругаться.
– И это переживем.
Врачи обрабатывают все раны и ногу, что сильнее ушибла, заматывают под специальный бинт тянущийся. Когда все было готово, врач отдает дедушке бумагу с названием лекарств и тот забирает меня. Мы едем обратно. Возле дома мы припарковались, и деда вышел меня забрать. Перехватил аккуратно и взял на руки. Я увидела Сашу грустного на скамейке и посмотрела на деда.
– Он переживал за меня.
– Конечно, малыш.
– Сашуль… – позвала я того.
Тот услышал мой голос и резко поднялся. Нашел меня глазами и побежал к нам. Саша стал осматривать и машинально взял мою ладонь. Увидев множество повязок и спецбинт, расстроился.
– Все хорошо, ну ты чего? Деда, расскажи ему.
– Хорошо, малыш. Саш, переломов нет, только сильные ушибы. На лице еще шрам останется по брове. Две недели дома точно просидит, эх.
– А можно она у нас побудет? Вам всем на работу надо. Бабушка присмотрит, а я со школы приду и помогу.
Дедушка ведь умный и что-то понял, раз искренне улыбнулся. Мне видимо, еще рано такое понимать.
– Хорошо. Тогда буду приносить с утра.
– А что ходить нельзя?
– Можно, но больно будет и лестницы.
– Эх…
– А можно с ней у вас поиграю?
– Нужно, только маме или бабушке скажи.
– Я мигом.
Парнишка быстро убежал домой, а деда рассмеялся. Пришлось допытать его, и тот сказал, что я Саше точно стала дорога, раз такая реакция. Я улыбнулась. Мама, придя с работы, ругалась, увидев меня такой, но я ее успокоила. Папы хватает на ее голову. Крепко обняв, я стала шептать на ухо:
– Мам, ты у нас лучшая. Мы видим, как папе не нужны. Мы вместе, все будет хорошо. Я упала не сама, меня взрослые пацаны на мотоцикле сшибли, задев об колесо. Я хотела на Сережином прокатиться. Я уже могу, только чуть не достаю. Прости, что расстроила. Я больше не буду. Деда с теми разберется, Саша знает что-то про тех.
– Хорошо, родная. Я так испугалась за тебя.
– Мам, я же ребенок еще и травмы это нормально. Так взрослые говорят. Все хорошо же и это пройдет. Саша сильно переживал.
– Дочка, ты с ним становишься собой. Врачи не знали как помочь, их методы почти не помогали.
– Он добрый, Владу со мной не интересно. Сережа со мной так не играет, как с ним, а меня Саша вечно развлекает. Он такой смешной. Задание ему помогала даже делать, хотя он старше, а тот меня учит школе.
– Это замечательно же. Вдруг вырастите и будете вместе. Сейчас это дружба, а после и семья.
– Мам, маленькая я еще! Вырасти надо!
К ночи издевательства отца были сильнее. Страх темноты большей силой впивался в сознание. Ругачки по поводу этого набирали ход. Ночью порой не могла из-за этого уснуть и засыпала на кровати Саши. Он беспокоился, и пришлось рассказать все.
– Сашуль, а где твой папа? Я его вообще, кажется, не видела с тех пор.
– Он в деревне живет, а мама туда не хочет из-за нас. Говорит, я окончу школу, и переедем. Влад там пойдет в школу.
Я погрустнела заметно.
– Сашуль, ты чего?
– Ты уедешь…
– Ну, ты чего, я же буду приезжать, малыш.
Я посмотрела в его глаза.
– Такие красивые… – тихо сказала я.
– Кто? – удивился он услышанному.
– Глаза… – покраснела я.
– Стеснюля…
Он обнял меня, и стало так хорошо. Я крепче вкопалась в него, от чего тот растерялся даже.
– Никогда, таких как ты, не встречал. Очень добрая, искренняя и заботливая.
– Какая есть.
После я спросила про уроки, и он сразу улыбнулся все понимая. Стал доставать все, и я поближе к его столу села. Его бабушка подходила и видела, как я стараюсь хоть чем-то ему помочь. Мало понимаю, но Саша еще учил меня многому к школе. Вечером забирала мама или деда меня. Я все рассказывала, что с Сашей выучила и те удивлялись мне.
Время шло, и мои раны зажили. Мы все вместе ходили гулять. Я познакомила Диму с Сашей и его братом. Приходил иногда Леша еще. Его компании я была не очень рада. На улице я радовалась играм активным и видела, как мама счастлива, что я прихожу в себя. Это длилось недолго. Брата стали водить на подготовку, и чаще всего со мной был отец. Тот находил моменты поиздеваться. Когда приходил деда, я кидалась к нему в объятия со слезами. Начались опять ругачки, и состояние вернулось только серьезнее. Я сидела постоянно плакала. Было душевно больно. Отца это стало раздражать, и начались еще побои. Синяки стали отговорками, что я постоянно стукаюсь в песочнице или еще где. Саша видел и ему пришлось говорить тоже самое. Я знала, как он отреагирует, так было лучше для всех. Целых три месяца мучений выбили меня из себя. Я стала убегать из дома и прятаться на улице. Деда с мамой стали искать меня. Рядом были гаражи и большой лес. Я даже решила сходить туда однажды. Там было странно очень. Я, боясь всего, но со страхом пошла туда. Стало вечереть, а я маленькими шагами шла вперед. Лучше тут, чем домой.
Послышался вдалеке лай собак. Я сильно испугалась. Через некоторое время они показались у деревьев, и пошли на меня. Страх сковал. Животные подошли ближе и стали рычать. Слезы потекли из глаз, и я подумала, что это все. Они злобно смотрели на меня. Я стала тихо смотреть на палку лежащую рядом. Птицы отвлекли их, и я быстро хватаю ее. Собаки срываются, и я сильно бью одну. Она, скуля, отлетает. Другая собака успевает укусить, но получается проскользила по ноге через ткань платья и порвала подол. Я закричала громко. Третья собака кинулась и стала отнимать палку. Сил у нее было много, и она царапает руки. Как больно.
Слышу удар и громкий скулеж собаки. Меня хватают и прижимают к себе крепко. Сашины руки. Вижу деда, с огромной палкой бьет по собакам и те убегают побитые. Саша поворачивает меня к себе все трясущуюся и заплаканную. Осматривает руки и все. Я резко вкапываюсь в него и плачу.
– Малыш, малыш, мы рядом… Тебя никто не тронет. Никто.
От страха начинаю задыхаться, и тело не слушается. Размякаю и падаю. Саша хватает меня.
– Дядь Сереж, Саше плохо…
– Черт, только бы не перешло в болезнь… Малыш, не отключайся.
– Дядь Сереж, что с ней такое? Она никакая и теперь убегает.
– Отец ее издевается над ней. Понимаешь… не все взрослые могут сохранить семью. Их папа видимо разлюбил их маму и издевается над ней точно. Саша боится темноты теперь ужасно. Ругачки ее зажимают в себе. Я вижу, как она тоже тянется к тебе, как и ты к ней.
– Я люблю маленьких, а она такая хорошая, милая.
Мужчина взял девочку, и нес из леса, разговаривая с Сашей. Тот всегда смотрел на нее, переживая. Я просто лежала и смотрела по сторонам. Тело перестало трясти, и дыхание успокоилось став спокойным. Силы стали кончаться и клонило в сон. Стала засыпать.