Алевтина Варава – Бюро по спасению попаданцев. Том 1 (страница 11)
Глобально Игорь соглашался. За последние пару дней прямо коса нашла на камень в плане тупорылого стечения обстоятельств, и он вообще не удивится, если тут нет никакого попадания, особенно начни они со Славой пролезать в мир без подтверждения маркерами.
Едва выбрались из газели, позвонил незнакомый номер.
— Игорь? Это Света, отдел О. Я тебе утром первую помощь оказывала. Как состояние?
— Норм. Сейчас неудобно, — собрался отключиться сразу Игорь.
— Подожди! — поспешно крикнула она. — Я сделала анализ, это важно. В твоём средстве от горла — спрей для очистки экранов мониторов.
— Бля-я-я-я, — выругался Игорь от всей души. — По запаре не то со стола схватил, что ли? Ну даю! — он даже прекратил искать свой любимый белый крест по секторам от удивления.
— Ты не понял, — возразила Светлана хмурым голосом. — Внутри флакона с этикеткой противопростудного лекарства налит спрей для очищения жидкокристаллических мониторов. Ну а уже как это понимать — думай сам. Спасибо, не кислота. Береги себя.
Игорь растерянно опустил телефон. То есть в смысле? То есть это не он, затурканный логистикой, взялся не за ту баночку, а кто-то нарочно перелил в лекарство отраву? На фига? И кто? И как?
У него прекрасные отношения с коллегами. И атмосфера на этаже альф вообще дружелюбная. Ну не Лампочкин же, в самом деле, мстит за перевод в Б-эшку? Это как-то не солидно и тупо, он же адекватный дед, да и в возрасте уже — мозги имеет. Бредятина.
И вообще, вчера толком никого не было, когда Игорь прискакал. Получается, из других кабинетов звенья? Это что вообще за прикол? Наверное, надо поднять видосы с камер по возвращении.
Могли товарищи по переводу берега попутать? Набивают себе цену, чтобы лучше справиться на фоне других? Соперничество между звеньями за показатели существовало, от этого не уйдёшь. Но Игорь считал его здравым и полезным, нормальным для людей спортивным азартом.
Да ну нет, с какой колокольни ни глянь — ахинея какая-то получается… Должно быть нормальное объяснение.
Телефон дзынькнул. В общем чате от Славы пришла фотка пятирублёвой монетки у края лужи в грязи.
«Фиксирую искажение цвета. Подтверждаю попадание».
Игорь вытаращил глаза и быстро нашёл довольного Славу, уже топающего к газели, из которой водила Ивэн и Даша выгружали привезённые из Москвы складные каталки. Найти
Только спешить всё-таки надо, мужик там почти десять часов. Шансы тают стремительно.
Игорь послушно занял своё место в инвалидном кресле. Его катила Даша.
— Ты как это сделал? — всё-таки поразился он, когда водила взялся перегонять каталкой Славы, чтобы провезти того через точку входа на проезжей части первым.
— Да легко! — заржал коллега. — Я сам её и положил, — объявил он на голубом глазу и полной грудью вдохнул порошок.
Глава 8: Кильжаб ахандыр!
— Вот идиот! — ахнула Даша над головой.
Игорь тоже разинул рот, но, так как этот фальсификатор не забился в падучей, а мирно расслабился в инвалидной каталке, отдавая сознание аватару, похоже, всё было в порядке.
— Не докладывай про это, — проворчал Игорь сквозь зубы.
— А вы не делайте так больше, совсем, что ли, ума нет?! — возмутилась Даша. — Ты хотя бы не делай. Конечно, я не донесу, — прибавила она, подталкивая и Игоря на точку входа. — Я вроде нормальная.
Он тоже послушно вдохнул свою порцию порошка и потому оказался на косой просёлочной дороге с опозданием всего минуты на три-четыре. И тут же вынырнувший из кустов Слава ухватил под локоть, затягивая в заросли.
— Цыц! Тут дом и куча крестьян! — зашептал он.
Слава уже стянул куртку и остался в футболке цвета хаки, неброской среди раскидистой растительности. Игорь присел на землю и тоже потянул за молнию, прислушался.
Звучала суетливая незнакомая речь многих голосов.
— Маячок Толмача на двор вкинул, — шепнул Слава. — Деревня, что ли. По виду жители как мы. На ближнем дворе столпотворение. Давай дёрнем шмот, пока тут кипиш. Как раз что-то подучить успеет.
Игорь кивнул.
Свою куртку он стянул и притрусил валежником, всё равно рассыплется вместе с аватаром. В мире было тепло и как-то очень влажно, ветки и камешки покрыл вязкий терракотовый налёт. В воздухе носились какие-то жуки и бабочки.
— Попаданца повязали? — кивнул Игорь, чуть раздвинув веточки и присматриваясь, на толпу крестьян в холщовых домотканых одёжках. Мужики были с бородами, бабы — в длинных юбках и передниках, ребятня — в подпоясанных рубахах. С виду — вроде бы люди, никаких физических различий в строении. Все активно переговаривались и охали.
Игорь сверился с приложением Толмача — шёл анализ речи по первым данным. Он всё-таки сунул в ухо наушник, утопив его поглубже, хотя было, конечно, рано.
— Не понял ещё, вроде как нет, — ответил на вопрос Слава. — Давай по-бырику, пока тут все толкутся. — И он, полусогнувшись, побежал к плетню дальнего домишки с соломенной крышей.
На верёвке сушились бельё и какие-то вещи. Игорь очень понадеялся, что они у владельцев не последние. Особо зажиточной деревенька не смотрелась.
Слава Дёрнул мешковатые штаны и какую-то сорочку пошире, Игорь тоже, быстро оглядевшись, выбрал что-то, с виду подходящее по размерам. С натянутой верёвки сорвалась странная птичка, но не взмыла вверх, а вдруг втянула крылья в спину и видоизменилась в зверька, похожего на кошку. Присев на зад и вздыбив хвост, она зашипела угрожающе на воришек.
— Прикол, — хмыкнул Слава и потрусил за безоконный сарай, в узкую щель между ним и забором. Взялся торопливо переодеваться.
Штаны Игорю оказались маловаты и закончились где-то на середине икры. Сверху он затянул их ремнём от джинсов, чтобы не падали, и скрыл странный аксессуар рубахой, которая, напротив, вышла шибко свободной. Слава тоже прибарахлился и стал довольно ржачным. Он как раз мазал в рыжей пыли свои теперь босые и очень белые ноги. Игорь закрепил сумку-бананку под рубаху и спрятал туда инвентарь, предварительно глянув на дисплей смартфона: Толмач выдавал жалкие один и пять процента. Пару маячков-анализаторов, декорированных под мелкие камешки, он оставил в руке — надо будет разбросать по деревне. Ещё стоило дёрнуть второй комплект одежды и пристроить в кусты около точки входа, на случай повторного рейда. Но тут на двор вернулись две местные тётки, активно что-то обсуждая между собой, и пришлось выбираться из закутка задами.
Где агенты столкнулись с первым сюрпризом.
За домишкой начинались скалы, ныряющие в клубы густого тумана цвета охры, простирающегося в бесконечную даль, и лишь где-то километрах в пяти-семи из бездны выныривало что-то вроде острова — отсюда было видно его край. Создавалось впечатление, что обломок суши парит над кисельной поволокой. Покрытый деревьями и тропками, кажется, с точками домиков в низине, тот остров поднимался вверх, и на гористой части было видно стены бастиона.
Однако охряный туман не выглядел как скопление в низине. Он был странным. Начинался резко у кромки скалы, но не расползался на берег. Густой и словно бы более плотный, чем до́лжно, туман этот отталкивал на уровне инстинктов. Соваться туда не хотелось.
Игорь завертел головой, изучая и доступный периметр. Тут тоже за деревней стартовал плавный подъём в гору, по которому бежала пыльная утрамбованная дорога. И хрен знает где вверху различался замок, окошки которого горели в сгущающихся сумерках первыми огоньками. Всё это затирало обманчиво обыкновенный вид крестьян. Ничто не помешает им превращаться в плотоядных монстров, как вместилищу Анны Каблуковской, или уметь кидаться энергетическими шарами. Или ещё что вытворять. До рекогносцировки надо соблюдать максимальную осторожность. Потом, впрочем, тоже.
— Если тут небольшая твердь, а туман — непроходимый, наш Чихнов из радиуса не сиганёт, — зашептал Слава. — Будет удачно. Хотя, может, в этой дымке он и бродит.
Игорь склонился над туманом и опасливо мазнул подушечками пальцев гладкую, не рассеянную поверхность. Субстанция была плотной, она ощущалась — и отзывалась внутри тоской. Но кожа осталась целой.
Он попробовал опустить ладонь глубже. Руку окутало что-то странное, тревожащее: щекотно волнующее. Хотелось её убрать, но Игорь лёг на живот и пошарил в дымке. Дном и не пахнет. Скала обрывалась, закругляясь куда-то под остров. Похоже, действительно именно остров.
Слава подобрал с земли еловую шишку и зашвырнул в охряную дымку. Ни стука, ни всплеска.
— Идём, — распорядился он, на полусогнутых двинувшись с внешней стороны плетня, через который они перебрались, вдоль линии иномирного поселения.
Через два двора Игорь сделал марш-бросок к домику с открытым окошком, закинув в помещение маячок Толмача. Сверхсовременный ИИ довольно быстро вычленял из чужеродной речи основное, чтобы составить первый корявый перевод для агентов. Но чем больше источников, тем вернее получится база.
— Мало домов, — прикинул Слава. — По-любе все друг друга знают.
— А может, мы того, с другого материка, — возразил Игорь. — Торговцами прикинуться? — предложил он, срывая с куста листья. — Редкие свойства, особый способ выращивания. Снимает мигрень, — как заправский агент по продажам, зачастил он, и Слава прыснул.
Кипиш в поселении утихомиривался. Какие-то мужики потянулись обратно к полю на побережье туманного океана — собирать брошенный инвентарь. Никто не делал ничего экстраординарного, и определить природу местных жителей было не по чему. Темнело. Вечернее время, особенно после какого-то необычного события — идеальная пора, чтобы набрать материала Толмачу. Разделившись и изо всех сил стараясь никому не попасться, Игорь и Слава раскидали ещё четырнадцать маячков. Все они — аватары, так что собирать потом не придётся, а вот инфа прогружается в общую базу — как-то сумели в отделе Н добиться этого от программного обеспечения. Толмач активно фиксировал и сверял иномирную речь с архивами, генерируя свои версии перевода согласно с ситуациями применения речевых конструкций. Он умел хорошо улавливать логику словообразования и был незаменимым атрибутом любого рейда в окружение разумных форм жизни. На ста процентах даже адаптировал фразеологизмы и расхожие конструкции под узнаваемые так, чтобы не возникало недоразумений. Но для ста процентов нужны многие месяцы обработки.