Алевтина Онучка – Сильнейшие витязи Энэрнии (страница 11)

– Вот же. Не поддаётся. Заржавел, наверное. – Предположил принц.

– Давай помогу. – Предложила Уся, берясь за ключ.

Они вдвоём попробовали открыть – не вышло. Приложили ещё больше усилий и всё равно неудача.

– Вот же. – Ещё больше раздражаясь, сдержал ругательство Ник. – Такими темпами мы как дикари на улице под стенами будем жить.

Тут его взгляд упал на Фара, который с блаженным видом пялился на ворота чуть ли слюни не пуская.

– Эй, придурок! – Повысив тон, раздраженно обратился к спутнику Ник. – Иди помогай! – Но Фар не отреагировал на оклик. – Фар! – заорал во всё горло Ник, легонько пнув ногой задумавшегося парня.

– Ащ! – Вырванный из плена воображения, выругался бездушник. – Какого ты пинаешься? По роже захотел? Так я отделаю тебя, не посмотрю, что принц.

– Иди, помогай! Уже битый час тебя зову.

Фар подошел и без лишних слов взялся за третью лопасть рукояти и тут же с первой попытки, ключ легко повернулся и пошёл, словно по маслу. Данный факт весьма удивил Никона.

– Неужели этот крестьянин столь силён? – Удивился принц. – Мы вдвоём его даже на миллиметр сдвинуть не смогли, а этот раз и готово. Повернул, даже не напрягаясь.

После двух поворотов что-то трижды щёлкнуло внутри замочного механизма, и Фар толкнул массивную створку двери. Она легко без скрипа открылась, ровно на столько, чтобы новые владельцы дворца могли проехать вместе со своими пожитками.

– Как странно. – Удивился Ник. – Так легко открылись эти двери, словно и не стояли запертыми несколько тысячелетий.

– В смысле? – Недоверчиво переспросил бездушник. – Хочешь сказать, что несколько тысяч лет императорская семья сюда никого не ссылала.

– Так и есть. Это факт. Как только наука научилась поправлять божий помысел так, чтобы в императорской семье рождался только один здоровый ребёнок мужского пола, так сюда и перестали ссылать тех, кто угрожает трону. – Подтвердил Ник. – Его как закрыли, отправив принца Юрия с молодыми женами, так больше не открывали.

– А что с ними стало? – Тут же поинтересовалась Услада.

– Не знаю с тех пор о них ничего неизвестно.

– Может это их потомки эти двери смазали в надежде, что их выпустят. Ну, или чтобы новым поселенцам, таким как мы можно было зайти. – Предположил Фар.

– Может. – Кивнул Ник. – Давайте заезжать внутрь, там проверим, что к чему.

Изгои вновь уселись на транспортёр, поверх нагруженных на него коробок и двинулись в путь. Проезжая под сводами крепостных ворот они молчали, каждого поглотили нерадостные мысли и всё потому, что пришло осознание. Осознание того, что это место рано или поздно станет их тюрьмой, пусть и золотой, но всё же клеткой.

– Какое запустение! – Ужаснулась девушка, едва увидев внутренний двор крепости. – Это же настоящие руины! Тут раскопки проводить надо, а не жить!

Действительно куда не глянь, кругом горы опавших листьев, дикая трава и деревья пробившие себе путь к солнцу из под каменной брусчатки.

– О, боги, смотрите! – Тыча на одно из деревьев пальцем, привлёк внимание спутников Фар. – Тут даже дичь водится. Просто птичий рай какой-то.

– Ещё бы. За крепостные стены хищникам не перебраться, а вот птицы легко перелетели и обосновались тут. – Сделал вывод Ник.

– Присмотритесь. Здесь когда-то было весьма, величественное место. – Уся в воображении убрала всю растительность с внушительных размеров площади во внутреннем дворе крепости перед дворцом. – Эта площадь большая, вон виднеются красивые столбы с уличными фонарями. А вон там, гляньте, остатки каких-то перил. Может они раньше пешеходную зону отделяли? А вот прямо из-под наших ног начинается дорога к самому дворцу. Она сделана намного прочнее, чем остальная территория площади. Присмотритесь, на этой полосе у наших ног, так и не смогло прорости ни одно дерево. Она просто завалено листвой и пылью, что тысячелетиями сюда приносил ветер.

Никон слушал наблюдения девушки и любовался её красотой. Ох, уж эти меняющие цвет косы. Они просто с ума его сводили, так и хотелось прикоснуться к ним, как это сделал Фар. Но он всё-таки принц, а не какой-то там мужлан из провинции. Он должен вести себя чинно и благородно. Внезапно прелестное личико переменилось, и волосы окрасились в печальный серый цвет.

– Что случилось? – Тут же спросил Ник.

– Я только что поняла, что весь этот дворец и вся эта крепость в ужасном запустении и грязи. И всю эту грязь придётся убирать нам. – Ответила Уся.

– О, да. – Почесав затылок, согласился с ней Фар. – Работёнка будет не из лёгких.

– А может, не будем во дворец идти. Остановимся в одной из крепостных башен, мимо которых проходили. – Предложил Ник. – По идее в башнях над крепостными воротами должны быть помещения для стражников и дневальных. Обоснуемся там. Так убирать меньше придётся.

– Согласен. – Тут же поддержал идею Фар. – Всё равно через тридцать дней уходить. А когда вернёмся неизвестно. Как тебе такое предложение, моя Услада?

– Хорошее предложение. Убирать меньше, а комнат хватит для всех. – Согласилась девушка, не замечая, что между парнями уже началась незримая война за её сердце.

– Пошли в ту, что ближе к нам. – Предложил Ник и отправился первым в указанном направлении, чтобы скрыть буру чувств и негодования, которую не сумел сдержать в себе.

– Моя Услада. – Стучали словно удары под дых, слова Фара в его голове. – Вот же. – В ответ он мысленно ругался. – Не упускает случая приударить. Его услада? Как бы ни так, простолюдин. Это моя Услада и ничья больше. И я уж постараюсь, чтобы из путешествия вернулись только мы вдвоём, без тебя.

Он с раздражением рванул дверь, ведущую во внутренние помещения сторожевой башни у входных ворот. Как не странно она легко поддалась и осыпав нежданного гостя ворохом пыли, распахнулась настежь. Тут же в нос ударил запах затхлого воздуха, пахнуло сыростью и пылью.

– Фууу. – Морща нос, протянул бездушник. – Тут пару дней придётся всё проветривать. Воняет прямо как в могильнике.

– О, ты знаешь, как пахнут могильники? Откуда? – Удивилась Уся, пряча свой милый носик под воротом серого балахона.

– Мы как-то вспахивали целину. Что в наше время большая редкость. Диких мест ведь не осталось. А тут лес на окраине Чичидарского леса почему-то пропал. Все реликтовые деревья на площади в пару гектар высохли, вот нас и послали облагородить эту территорию. Мы выкорчевали трухлявые корни и начали вспашку, как вдруг один из тракторов забуксовал. Мы пошли проверить, в чём проблема, оказалось, он зацепился плугом за вершину каменного кургана. Мы сообщили, куда следует, а потом понаехали археологи. – Фар на минутку прервался довольный тем, что девушке нравится его рассказ. – А потом нам пришлось помогать им. Так вот. Когда учёные вскрыли этот могильник, то запах был таким же.

– Хватит её запугивать. – Осёк рассказчика принц.

– А я не запугиваю, просто рассказываю. – Дерзко возразил бездушник, намекая, что тут они не принц и крестьянин, а равные по положению и статусу люди.

Тройка изгоев быстро поднялась по ступеням винтовой лестнице на вид, сделанной из камня.

– Пришли. – Останавливаясь перед ещё одной закрытой дверью, сообщил Никон.

– Открывай. – Нетерпеливо попросил Фар. – Нам ещё убираться в этих комнатах, а уже полдня прошло. Скоро стемнеет.

Дважды просить не пришлось. Принц на этот раз более спокойно открыл дверь, в очередной раз, поражаясь тому, что они хорошо смазаны. Троица вошла внутрь помещения и опешила. Мечты о том, что они смогут выспаться после трудного дня в чистой комнате, рухнули, словно разбитое стекло, ибо картина перед ними предстала ужасающая.

Это помещение в древние времена действительно было комнатой стражи, об этом говорили стоявшие у одной из стен стеллажи, заполненные запылённым и поржавевшим от времени холодным оружием. Но не оно повергло в ужас вошедших, а большая двуспальная кровать, рядом с которой стояла пара тумбочек. На ней, на полуистлевших мехах лежали в обнимку две мумии. С первого взгляда было понятно, что это мужчина и женщина.

– Я же говорил, запах как в склепе. – Прошептал Фар, первым пришедший в себя.

– Бедные, что с ними случилось. – Чуть не плача, прошептала Уся.

– Пойдёмте поближе. Там на тумбочке пергамент лежит и письменные принадлежности. – Обратил внимание присутствующих Ник.

Ребята осторожно подошли к предмету мебели.

– Только руками его не трогайте. Рассыплется в прах от старости. – Предупредил принц и стал читать ели заметную надпись. – Простите нас. Но мы не согласны жить в изгнании. В такой жизни нет будущего для нашего ребёнка. Поэтому, мы уходим из этого мира добровольно, воспользовавшись ядом, что вы так любезно положили в наши пожитки. Прощайте. Принц Тихон и его моя молодая супруга Злата.

– А это наверное те самые флаконы с ядом. – Указав на противоположную тумбочку, на которой стояла пара запылённых стекляшек, предположила Уся.

– Ага. – Кивнул Фар. – А вон та куча, скорее всего их не распакованные вещи. Там только один сундук открыт, остальные аккуратно сложены.

– Что-то мне не по себе. – Пробормотал Ник. – Пойдёмте отсюда. Пусть покоятся с миром. Запрём эту башню раз и навсегда, чтобы их никто не беспокоил.

– Пошли. – Согласился бездушник и тут же подметил. – Странно, что нам с ними одна и та же идея в голову пришла.