Алевтина Онучка – Северный странник (страница 2)

— Неужели командир решил проверить его академические знания? Думает, что вру. — Подходя к церкви, думал Мишка. — Да ладно. Проверка так проверка. Подумаешь, опозорюсь ещё разок. Сколько уже раз позорился на зачётах и экзаменах.

Парень отворил церковные двери, перешагнул порог и рухнул на колени.

— Эй, студент, что с тобой? — Забеспокоился один из солдатиков.

— Не трогай. — Приказал солдату командир. — Он точно так упал и стал от боли корчиться, когда за монастырские врата ступил. Видно чувствительная натура у парня, раз так на энергетику нечисти реагирует. Мы вот её едва замечаем.

Мишка слышал голоса, видел суету солдат рядом с собой, но ничего не мог ответить. Просто стиснув зубы, старался унять боль от нового столкновения с потоком отрицательного эфира.

— Спокойно, Мишка. Спокойно. Терпи, терпи. — Уговаривал сам себя молодой странник. — Боль пройдёт, тело свыкнется. Успокойся и перетерпи. Ты не на экзамене.

Вскоре парень сумел совладать с собой. Его тело медленно, но верно освоилось с новой энергетической обстановкой и боль ушла. Мишка с облегчением вздохнул. Открыл глаза и ясным взором осмотрел помещение церкви.

То тут, то там на полу цепкий взгляд подметил окровавленные пятна, разбитые иконы, перевёрнутую утварь. Но больше всего внимание парня привлекла искрящаяся взвесь.

— Тут что, дыра в потолке? — Спросил Мишка, поднимаясь с колен и заглядывая на церковные своды.

— Нет. С чего ты взял? — Скрывая удивление, спросил командир.

— Тут же снег идёт мелкий, искрящийся. Наверно в дыру с улицы залетает. — Пояснил студент, стараясь разглядеть повреждения на потолке.

— Ты что, ещё в себя не пришел? Тут нет ни какого снега.

— Проявись. — Произнёс Мишка эфирное заклинание, сразу смекнув, что представители власти не имеют достаточно сильных эфирных способностей, раз не могут увидеть снег. А раз они его не могут увидеть, значит это действительно не снег, а что-то иное.

Заклинание сработало, и вскоре команда военных увидела то, что наблюдал Мишка. Помещение, заполненное искрящейся взвесью, что сильно напоминала мелкий снег, блестящий в солнечных лучах.

— Что это? — Спросил один из солдатиков, завороженно глядя на чарующее зрелище.

— Сам не знаю пока. Но скоро узнаю. — Ответил Мишка, в котором проснулось любопытство исследователя. — Сейчас проведу пару анализов и узнаю, что это такое. На вид, очень красиво и не страшно. Но лучше перестраховаться, чем потом страдать от этой красоты.

— Действуй. — Одобрил командир. — Если нужна помощь, скажи, поможем. Только поспеши, темнеет уже. В таком месте на ночь лучше не оставаться.

— А где тогда ночевать? — Поинтересовался студент, делая странные знаки руками, словно нанося невидимые письмена.

— В сторожке. Там точно безопасно. — Ответил командир. — Только на площадь её помещения распространяется воздействие нейтрализатора эфира. Там можно спокойно спать.

— Хорошо. Я быстро, до темноты успеем вернуться. — Ответил студент и из возникшего над его ладонью тумана выпал чемоданчик.

Это не ускользнуло от внимательного взора командира.

— Значит, парень не такой уж простой студент академии. Те, что раньше попадались ему на жизненном пути, призывать предметы силой эфира не могли. А этот, гляньте ка. Щёлкнул пальцами и чемодан в руке. — Подумал командир.

— Что это? — Вслух спросил старший.

— Походная, портативная лаборатория. Разработана, у нас в академии. Пока это прототип, которым мне любезно позволили пользоваться. — Объяснил Мишка, доставая из чемоданчика несколько стеклянных колб.

— Понятно. — Кивнул командир. — Слушай, студент. Будь добр, поясняй всё что делаешь, чтобы мне не приходилось постоянно спрашивать. Объясняй всё просто и понятно, без лишних сведений.

— Хорошо. Сейчас я возьму несколько проб этой взвеси. — И не откладывая в долгий ящик, приступил к пояснениям Михаил. — Если вы внимательно посмотрите на эти летающие частички, то заметите то, что они разные. Как минимум пяти — шести видов. Сейчас я поймаю в колбы по несколько частиц каждого вида. Затем по очереди колбы отправлю в эфироанализатор, который даст мне ответ, что за субстанция заполнила это помещение. А вы, если не сложно, поймайте для меня церковную мышь.

— Кого? — Удивлённо спросил один из солдатиков.

— Церковную мышь, самую обыкновенную, серенькую. Она сейчас сидит возле разбитого алтаря и в наглую, свечку грызёт. — Пояснил студент.

— Зачем она тебе?

— Загляну в её скрытую память. — Ответил студент. — Грызунов отрицательно заряженный эфир притягивает к себе словно магнит. Через неделю, если он не рассеется, весь монастырь грызунами кишить будет. А значит, эта мышка могла почувствовать эфир и прибежать поживиться им сразу, едва тот наполнил помещение. Отсюда вывод. Грызун мог стать свидетелем того, что здесь произошло. Эти сведения. Вернее то, что мышка видела и слышала, последние двадцать четыре часа жизни, всегда сохраняется в подкорке его скрытой памяти. Зная способ заглянуть в эту память без вреда для зверя, увидим произошедшее здесь.

— Ты знаешь такой способ? — Тут же поинтересовался военный.

— Конечно. Это же из первого курса практической магии. — Ответил студент.

— А на каком ты сейчас курсе учишься? Вернее учился? — Поинтересовался собеседник.

— На последнем пятом. — Ответил Мишка и бывалый вояка почувствовал нотки сожаления в голосе парня.

Солдаты ловили мышей, студент собирал образца блестящей взвеси, а командир внимательно наблюдал за происходящим, периодически подстёгивая острыми словечками подопечных.

— Поймали! — Радостно закричал один из солдатиков, держа за хвост вырывающегося грызуна, пищавшего на всё помещение.

— Студент, а ты там как? Собрал образцы? — Понимая, что совсем скоро наступит тьма, спросил командир.

— Да. — Кивнул Мишка и подошел к выходу из церкви. Парень уже уложил запечатанные колбы в чемоданчик и теперь спешил в безопасное место, чтобы начать исследование. Он встал спиной к закрытой двери и довольно улыбнулся военным.

— Пойдёмте отсюда. Мне не терпится провести опыт по опознанию веществ.

— А мышь куда? — Спросил солдатик.

— С собой берём в сторожку. — Ответил Мишка и хотел ещё что-то добавить, но внезапно входная дверь распахнулась настежь, с силой, ударила парня в спину, и он полетел плашмя на церковный пол. — Кхэ. — Вырвалось из груди студента от удара.

— Где они?! — Орал громадный разъярённый мужик, ворвавшись в дверной проём в распахнутой шубе с высоким воротником. — Где моя дочь! Куда девушек дели, признавайтесь бандиты!

— Стоять! — Грозно приказал командир с пистолетом в руках. — Ещё шаг и схлопочешь пулю в лоб.

Мужик резко остановился, сверля присутствующих свирепым взглядом.

— Ещё раз мирно спрашиваю. Куда вы дели мою дочку. Отвечайте, иначе мне будет плевать на твой пистолет. И с сотней пуль в груди сверну вам шеи. — Устрашающе предупредил громадный мужик.

— Нет тут твоей дочери. — Холодно ответил командир. — Никого нет. Сами ищем, куда все делись.

— Успокойся, сынок. — Раздался из-за громадной спины мужика старческий голос. — Это те военные, о которых нам сторож рассказывал. Это он их вызвал, чтобы найти пропавших.

В помещение медленно вошел старик, укутанный в добротную шубу с головы до пят.

— Ребятки не серчайте, мой сын очень испугался за внучку, вот и не смог совладать с чувствами. Простите его. — Попросил дед.

— Старик. Не вопрос. Мы всё понимаем. Но сейчас нам всем необходимо спрятаться в сторожке. Через пять минут тьма наступит. — Предупредил командир. — Быстро все туда. В безопасности болтать будем. Антон ты мышь доставь в безопасность. Женька, студента волоки в сторожку вместе с его чемоданом. Кузьма, ты дедом займись.

— Отца я сам быстрее донесу. — Более спокойным тоном произнёс громадный мужик и подхватил старика на руки словно пушинку. — Показывайте дорогу.

Командир вышел из церкви первым. За ним пошли в безопасное место мужик с дедом, потом Женька с Кузьмой поволокли Мишку, потерявшего сознание и завершил процессию Антон с грызуном в руках. Мужчины быстро и молча, без пререканий добрались в сторожку. Ведь каждый знал, стоит задержаться и остаться ночью на улице или в незащищённом помещении — пиши пропало. Нечисть с радостью пообедает тобой, ведь ночь её время суток.

Когда все оказались в безопасности, военный решил разобраться кто эти двое, так нагло ворвавшиеся в монастырскую церковь.

— А теперь, выкладывайте. Кто такие, откуда и зачем вмешались в ход следствия. — Строго спросил командир, демонстративно положив руку на пистолет.

— Ты воевода не бушуй. — Скрипучим голосом произнёс старик, показывая на скамейку за столом. — Присаживайся, поговорим за чаем тихо и мирно. Мы не враги вам.

— Слушаю. — Всё не успокаиваясь, сказал командир, усевшись рядом со стариком.

— Мы родственники одной из девиц пропавшей прошлой ночью. Как только слухи о пропаже единственной внучки дошли до меня и моего сына, её отца. Так в него словно черт вселился, обезумел совсем и рванул в монастырь. Вы уж простите его. Он после смерти жены сам детей воспитывает, поднимает. Трёх сыновей и вот дочку Ниночку, мою внучку. — Начал рассказывать старик. — Она у меня младшенькая. Родилась такой крохотной, такой слабенькой. — Печально начал рассказывать громадный мужик. — Милая девочка не перечливая и красотой не обделена. Одна беда нет у неё таланта к управлению эфиром. А в наши дни сами знаете. Если эфира в твоём теле мало, или как у Ниночки он совсем на нуле, то и жизни нет. А тут слух пошел, что в этом монастыре живёт святая старица, которая может помочь девочке, пробудить в её теле приток эфира. Вот я и подумал, почему не отправить Нину сюда, помолиться, пожить с монахинями. Молодой девушке такое только на пользу. Вдобавок через нашу деревню как раз проходил караван с такими же девушками как моя дочка. Родители ещё пяти девушек собрали их в дорогу и договорились о том, что они целый год будут тут жить, помогать святым старицам и те в благодарность помолятся, дабы высшие силы вернули эфир их телам. Тогда я договорился с караванщиками, узнал, на каких условиях сюда девиц брали, и собрал в дорогу дочку. Оплатил её проживание у пастыря. Отправил дочку. И недели не прошло, как вдруг сторож прибегает и говорит — пропали. Пропали, все до единой. — Громадный мужик быстро вытер кулаком предательскую слезу. — Как мне теперь сыновьям в глаза смотреть? Какой я для них теперь пример? Если одну единственную дочку уберечь от беды не смог.