Алеся Лисовская – КРЫЛАТЫЕ (страница 1)
Алеся Лисовская
КРЫЛАТЫЕ
Глава 1. Начало пути
— Тати Мгар, зачем мы пришли сюда? — двадцать пять учеников — все десяти-тринадцати лет — столпились позади старца, что привёл их на Плато Старейшин.
Взъерошенные, суетливые они были похожи на беспокойных шикши́мышей, по очереди, с опаской выглядывающих из своих нор. От учителя же, облачённого по традиции в длинную светлую хламиду, веяло тревогой и затаённой грустью, отчего он, насквозь седой, казался даже старше своих лет.
— Ты будешь рассказывать, как устроен наш мир и что гора-мать Арма-Хадж старше ветров и солнца? — спросили самые любознательные из детей.
— Мы всё это знаем! — тут же возмутились и запротестовали самые нетерпеливые, не удосужившись даже услышать ответ.
— А нас не будут ругать? Теперь нам можно приходить сюда? Ай! — остроносый тощий мальчонка вскрикнул и схватился за шею, затем обернулся к товарищам.
До красноты растирая ушибленное место и полыхая взглядом, он пытался вычислить, кто из них выстрелил в него ягодой из плевалки, и уже вынул из-за пояса свою.
Тати Мгар молчал. Он шёл не спеша, опираясь на деревянный посох, что вырезал когда-то для отца, а теперь вот этот посох пригодился ему самому. Хорошая вещь. До сих пор сохранилась.
Мысли об отце напомнили о быстротечности жизни. Казалось, ещё вчера он и сам был ребёнком и с лёгкостью мог взобраться на любую возвышенность или дерево, прыгал с грацией вэйпы по странствующим островам, с азартом бил рекорды по ловле рыбы на гарпун, сделанный им же — вот этими руками. А потом, когда стал постарше, побеждал в состязаниях, и лучшие девушки посёлка оставляли ему послания. Тайно. Кто втыкал в стену стрелу, кто приносил дикие ягоды в листьях лио́пы, кто – трофей с берегов матери-реки И́ссы. Тати Мгар невольно усмехнулся, а на глазах проступили слёзы.
Время. Как быстро оно течёт. Оно иссушило его руки, обнажив синие вены, сделало немощным и дряблым тело, забрало силу, которой раньше наполняло с лихвой. Он изменился. Сейчас даже поход сюда требовал собрать волю в кулак. Уже ушли многие из его сверстников, и ему недолго осталось, а солнце всё то же и мир мир всё так же красив.
Несколько ягод угодило ему в спину и руку. Случайно. Тати Мгар сделал вид, что не заметил. Дети любили его и, окружившие учителя шумной стайкой, смолкли, стоило ему остановиться и повернуться к ним лицом. Они ждали. Сюда им дозволялось приходить только с родителями или если объявят общий сбор. Но тогда дозорный должен протрубить в рог, а сейчас рог молчал. Так почему они здесь?
Всматриваясь в каждого в этой внезапно образовавшейся тишине, нарушаемой лишь песней ветра и шелестом леса, что остался позади и окружал плато полукругом, Тати Мгар ловил их пытливые взгляды и думал о будущем.
«Что их ждёт? За кем из них однажды «придут» те, кому здесь не рады? По ком будут лить слёзы матери? А кто, как и он, останется один навсегда?»
Тати Мгар подвёл детей к самому краю Плато. Ещё пару метров и – обрыв. А там — бесконечный простор, царство ветров и небесных светил, мир летающих тварей, странствующих островов и ненавистных крылатых.
Дети, не сговариваясь, расставляли руки, ловя пальцами прохладные потоки воздуха, и их лица расплывались от переполнявшего, неподдельного счастья. Они перебрасывались взглядами, плохо скрывая улыбки. По их смущённым и хитрым мордашкам без труда читалось всё, о чём они думали. Но об этом нельзя говорить. За любое упоминание крылатых без веской причины можно получить наказание, но каждый, кто хоть раз видел полёт этих созданий, мечтал в тайне, один на один с ночной тьмой, глядя куда-то вдаль — каждый мечтал иметь крылья. Только цена слишком уж высока.
Тати Мгар улыбался, глядя на своих воспитанников. С теплом и тоской, что отозвалась болью в груди. Он читал их мысли и желания так же, как когда-то — мысли и желания своих друзей.
Дети Как мало они ещё знают, и как это здорово — быть в начале пути.
— Тати Мгар, а вы когда-нибудь поднимались выше? — чей-то голос вырвал старика из задумчивости.
Дети расселись на плато перед ним, с удовольствием поскидывав обувь. Они зарывались пальцами ног и рук в мягкий, прогретый солнцем мох и кудрявую низкорослую траву-игри́нку. Перед ними расстилались бескрайние просторы неба и облаков, угадывались силуэты птиц. Мгар же смотрел им за спины, на раскинувшийся перед его взором лес, полный жизни и звуков, видел синевато-зелёный остов матери-горы Арма-Хадж, уходящий высоко ввысь и скрывающий за пеленой облаков другие плато, на которых расселились соседние племена.
А где-то там, выше всех этих плато, живут крылатые. Никто не знает, вьют они гнёзда или, как люди, строят дома, охотятся на зверьё или довольствуются нектаром дивных цветов. А главное, никто не знает, какова судьба тех, кого они забрали с собой.
— Тати Мгар! — Эрне́й снова подал голос, этот мальчишка всегда был напористым. — Вы когда-нибудь поднимались выше? — повторил он, и даже те, кто только что нежились в траве, приподнялись, чтобы не только услышать ответ, но и увидеть то, что не будет сказано.
Двадцать пять пар глаз смотрели на учителя и терпеливо ждали, а он молчал. Знал, что должен солгать. Так, как когда-то врали ему и таким же, как он. А что, если сказать правду?
— Наш закон запрещает путешествия. Это слишком опасно. Все, кто уходили вверх и кто решал спуститься вниз, считаются погибшими. Каждое племя охраняет свой народ и свои секреты. Никто не вернулся назад, не передал о себе весть.
— Совсем нельзя? — изумилась Фии, округлив большие глаза цвета мёда.
— Можно! — возразил Тош, озорной рыжий мальчишка. — Я слышал, когда дядя Вэдс заболел, чтобы его вылечить понадобился сок гайво́ки. Добыть гайвоку — целое испытание. Это редкое опасное растение, у него есть щупальца, а зубы не меньше, чем у вэйпы. А её сок — и не сок вовсе, а настоящий яд. В общем, за ней снарядили отряд. Нашим пришлось спускаться вниз, к тарни́йцам. А ещё мой папа так встретил маму! Он долго не хотел жениться, и старейшина разрешил ему подняться к арга́лам
— Так ты наполовину арга́лец? А разве они не ходят на голове и не едят руками? — Фии прыснула со смеху, а мальчонка, подавший голос, окрысился.
— Я — киро́лец, как и ты, дура! Вот подвешу тебя за пятки к дереву, посмотрим, кто из нас кто!
— Хватит, — встрял Тати Мгар, устав от их болтовни. — Люди везде одинаковые. Везде. А путешествовать можно, с разрешения старейшин. Для этого должна быть веская причина. Как те, что назвал Тош, — Тати сделал паузу и завозился, пытаясь встать. — Сегодня я хотел показать вам, что наш мир велик. Он намного больше, чем мы можем себе представить. Но место каждого из нас, там, где его дом, даже если мечты уносят нас намного дальше А теперь я расскажу вам по расстановку на отборе, про то, как вы должны вести себя, когда зазвучит рог...
— А где Ари? — вдруг раздался вопрос, и все стали оглядываться в поисках девочки.
— Тэма и Неи тоже нет, — добавила Фии.
Тати Мгар быстро обвёл взглядом своих воспитанников. Так и есть. Это троица не пришла урок. Эта неугомонная троица!
— Далеко! — заорал Тэм.
Тэм был светло-русым мальчишкой. На вид лет тринадцати. С тёмными карими глазами и веснушками, одетый, как почти все кирольские дети этого возраста, в неброскую тунику цвета травы и такие же штаны. Он выставил руку, словно предостерегая, но Ари уже было не остановить.
Темноволосая, гибкая девчонка взяла разбег и сорвалась с места. Мышцы разогрелись мгновенно, чёрные глаза горели азартом. Странствующий островок-«черепашка», так эти островки называли дети, парил в воздухе ещё далеко, но ждать, пока он приблизится, больше не было сил. Добежав до края обрыва, Ари оттолкнулась и прыгнула. Под ногами разверзлась пропасть, и сердце замерло на пике ужаса и блаженства, но уже через мгновение девчонка почувствовала удар. Руки мягко вошли в мох, а колено пронзила боль, заставив взвыть.
— Ари! — закричал Тэм.
Нея, в чьих чертах лишь отдалённо угадывалось сходство с братом, стояла рядом, теребя светлую, выгоревшую на солнце, прядь волос и испуганно глядя на неудачно приземлившуюся подругу. Её милое личико застыло в напряжённом ожидании.
— Ари, ты как? — осторожно спросила она.
Та из позы на четвереньках переместилась на попу, и стало видно, что под мхом оказался достаточно крупный камень и колено разбито в кровь.
— Дьярт! — выругался Тэм, а Нея закрыла руками рот.
— Нам достанется за это! — пробормотала она.
— Мне не больно, — прошипела на них Ари, попытавшись встать. По её искаженным чертам было видно, что это ложь.
— Подвинься, — сухо буркнул Тэм, и Нея, поняв, что её брат собирается прыгнуть, побледнела.
Она попыталась схватить его за руки, но он бросил на неё такой взгляд, что стало ясно — всё бесполезно.
— Тэм, не надо! — взмолилась она. — Тэм, стой!
Куда там. Если эта парочка что-то решила, им хоть кол на голове теши. Он уже бежал. Нея зажмурилась, когда брат оттолкнулся от края обрыва.
Она открыла глаза, лишь услышав их смех. Эти двое сидели на «черепашке» счастливые до бесстыдства! Тэм закинул руку на плечи Ари. Им было хорошо вдвоём. Без неё. Они, конечно, любили её и никогда не оставили бы в беде, но Нея всё же почувствовала себя одинокой. Она никогда не решилась бы прыгнуть! Да если в посёлке узнают, с них шкуру сдерут! А они смеялись.