Алессандро Гатти – История о погасших огнях (страница 5)
Кроме грибокулёров, на деревьях там и сям виднелись маленькие скамейки из застывшей смолы и лифты, скользившие между деревьями с одной ветки на другую. На высоком перекрученном дереве выстроились в ряд большие окна, похожие на витрины магазинов. На других стволах, как виноградные гроздья, висели домики, а между ними росли сады, расположенные на невесомых на вид террасах из переплетённых тростинок камыша.
Чуть вдалеке прямо напротив Клинкуса высилась мощная постройка с деревянными стенами, которые поднимались между полупрозрачными стволами трёх высоких берез.
– Мы пришли, – объявила Глина. – Это Королевские Склады.
Клинкус подошёл ближе, и Склады предстали перед ним во всём своём величии: огромные ворота, напоминавшие кленовый лист, упирались в высокую двускатную крышу, покрытую черепицей из кусочков коры.
У входа его уже ждали три плетёные корзины, доверху наполненные дымящимися жареными каштанами, и бочонок из розоватого дерева, благоухавший отваром из трав и лесных ягод.
– Вот ты и дома, Клинкус Кора, – торжественно сообщил Юки, снова оказавшись на земле после прогулки на плечах Клинкуса.
– Клоп забыл сказать, что, если мы тебе понадобимся, наш дом рядом! – добавила Глина, тыча пальцем в домишко, приютившийся на соседней ветке большим зелёным жёлудем.
Клинкус широко зевнул в ответ. Побег, долгая дорога и горячий приём, оказанный ему в Листвянке, не прошли даром. А мягкий свет, лившийся из складских окон, вдруг напомнил о домашнем тепле и уюте.
– Кажется, я немного устал, – сказал Клинкус, словно прося прощения за зевок. – Так хочется лечь и спать дол…
Он не успел договорить, как во всей Листвянке неожиданно погас свет, и Большой лес погрузился в кромешную тьму.
10. Яркое изобретение
– Глина, мне страшно… – прошептал Юки, ища и не находя в темноте руку сестры.
– Да ладно тебе, не бойся, – попыталась успокоить брата Глина и сама взяла его за руку. – Сейчас свет вернётся. Он всегда возвращается…
– Ох! Сколько эмоций из-за потухшей лампочки! – вставил Рилло, в очередной раз упустив шанс промолчать. – Если свет не зажжётся, посидим в темноте. Подумаешь, проблема!
– Ну уж нет! Я боюсь темноты, – сказал Юки, едва не плача. – В темноте ничего не видно.
– Только не плачь! – заворчала Глина, убирая волосы назад резким движением руки. – Что такого ты хочешь увидеть в темноте?
Ей явно надоело успокаивать брата, и в голосе девочки тоже слышался испуг.
Клинкус очень хотел помочь, но он боялся сделать что-нибудь не так и, помня наказ королевы, стоял неподвижно, чтобы не натворить бед.
Прошло несколько очень долгих минут, и в Листвянке снова зажглись огни.
– Уф, наконец-то! – с облегчением вздохнул Юки. – Ненавижу темноту, ненавижу!
Глина, заметив, что всё ещё держит брата за руку, резко шагнула в сторону:
– Отпусти руку!
Рилло несколько вразвалку двинулся к корзинам с жареными каштанами.
– Что это было? – спросил Клинкус. – Почему у вас всё время гаснет свет?
– Это долгая история, – сказал Юки, поморщившись.
– Долгая, как страшный сон с продолжением, – съязвила Глина.
Клинкус сел на землю:
– Может, всё-таки расскажете? Спать мне всё равно расхотелось.
– Можно и рассказать, – вызвался Рилло. – Только сначала было бы неплохо сесть в тепле, перекусить…
– Рилло! Как тебе не стыдно! – упрекнула друга Глина.
– Нет, нет, отличная идея, – обрадовался Клинкус. – Заходите, располагайтесь.
Глина и Юки первыми прошли через высокие ворота. Клинкус помог белке занести внутрь корзины и бочонок и закрыл за собой дверь.
Они устроились поудобнее на ворохе соломы в углу и начали очищать жареные каштаны.
– Так кто хочет начать? – спросил Клинкус.
– Вот занудство! Как в школе! – фыркнула Глина.
– Эту историю каждый учит с первого класса, – пояснил Юки, успевший испачкать щёку сажей. – Да, да, мне учительница говорила. Эта история очень интересная. И очень древняя, между прочим.
Клинкус с удовольствием хлебнул травяного отвара и, растянувшись на соломе, торжественно заявил:
– Я весь внимание!
– Значит, так, – начал Юки, бросив через плечо закоптелые скорлупки каштана.
– Давай я, так будет быстрее, – перебила его сестра. – В общем, шли как-то по лесу дракон и дракониха, как вдруг началась страшная гроза. В дракониху ударила молния, и она погибла, не сходя с места. Дракон в отчаянии несколько дней лил слёзы…
– Представь, он так плакал, что из его слёз образовалось целое озеро, – решил вмешаться Юки. – А когда выплакал всё своё горе, взял и улетел, и никто его больше не видел. А через несколько дней в том месте проходил великий Альбурнус…
– Великий Альбурнус? Это ещё кто? – спросил Клинкус, жуя каштан.
– Величайший изобретатель, когда-либо живший в Листвянке, – с готовностью объяснила Глина. – Гений практически! Он увидел, что от слёз дракона поднимается светящийся пар, и из него над озером образовалось целое облако. Альбурнус очень удивился и набрал немного слёз во фляжку. По дороге домой он заметил, что фляжка нагрелась, стала прозрачной и начала светиться.
– Дальше я рассказываю! – закричал Юки, сердито глянув на сестру.
– Ой, рассказывайте уже кто-нибудь! – подключился Рилло с набитым ртом. – Мне всё равно кто, лишь бы побыстрее услышать историю.
– И тогда его озарила гениальная мысль, – продолжил довольный Юки. – Он решил, что пар от слёз дракона можно использовать для освещения города. В Листвянке тогда пользовались газовыми фонарями, которые зажигали каждый вечер и гасили каждое утро. А в домах у людей были свечи и лучины. Сам понимаешь, достаточно было небольшого пожара, чтобы целые участки с деревьями превращались в пепел! Один раз, например, ветер донёс искры аж до «Прошлогодней Грозди», это самое старое кафе в городе, которое всегда висело на древнем дубе в глубине леса. И представь себе, от пожара чуть не выгорел весь рынок Четырёх Пней!
– Давай теперь перескажи всю историю Листвянки от основания города, – перебила брата Глина. – Итак, Альбурнус несколько раз бегал от дома к озеру с двумя вёдрами и наполнил слезами дракона огромную бочку у входа в свою лабораторию. Оставался только один вопрос: как провести светящийся пар в город?
– С помощью нового гениального изобретения! – с готовностью ответил Юки.
Мозг Клинкуса тут же включился в работу, ведь мальчик умел мастерить и чинить самые разные предметы. Мотосани были его шедевром, и у Клинкуса больно кольнуло в желудке при мысли о том, что они остались где-то в снегу на окраине Листвянки. А в голове тем временем созрела пара решений.
– Надо было взять обычные медные трубы, – начал он, – пустить по ним пар и подсоединить трубы к герметичным фонарям из стекла и…
При этих словах Рилло в первый раз за вечер отвлёкся от жареных каштанов.
– Медь, стекло, трубы… чего только не придумают эти миуки! – покачал он головой.
– Да уж, – согласился Юки. – У нас тут ничего подобного нет.
– Хотя в принципе Альбурнус сделал примерно то же самое, – авторитетно заключила Глина. – Просто вместо труб он использовал полые стебли аниса, а вместо стеклянных фонарей – шары из сосновой смолы. Гениально, правда?
– Точно! Настолько гениально, что король Листвянки приказал, чтобы лампочки Альбурнуса горели по всему городу, – снова подключился Юки. – Так на наших деревьях появилась иллюминация, которую ты видел сегодня ночью.
– Здорово, – прошептал Клинкус, а потом, вспомнив, что свет два раза гас, спросил: – А сейчас-то что у вас происходит?
– Я тебе скажу, что происходит, – заворчал Рилло. – Эти болваны из Листвянки тратили слёзы дракона, совершенно не думая о том, что в один прекрасный день они закончатся! Ну вот, теперь этот день приближается.
– Не может быть… – не поверил Клинкус.
– К сожалению, это так, – со вздохом подтвердила слова белки Глина. – Мы практически осушили озеро, а теперь и запасы в бочках заканчиваются. Свет гаснет всё чаще…
– …и никто не знает, на сколько ещё дней хватит последних слёз дракона, – грустно закончил рассказ Юки.
– Что же будет, когда они закончатся? – спросил Клинкус, изо всех сил борясь с зевотой.
– Листвянка погрузится во тьму, – мрачно ответила Глина. – Придётся снова достать свечи и лучины и стараться не…
Она прервалась на полуслове, потому что их новый друг неожиданно заснул.
11. Великан в окне
Утром, пока робкое зимнее солнце освещало верхушки заснеженных деревьев Листвянки, в жёлудеобразном доме Юки потягивался в кровати и старался не думать о том, что ему давно надо было встать и собраться в школу. А Глина уже застёгивала пуговицы куртки, которую мама сделала ей из ароматных розовых лепестков, сшитых паутиновой нитью.