Алеса Ривер – Миссия Фальката (страница 2)
– Команда Райера. Позывной Лекси. Нужна помощь, квадрат 963.28 к северу.
– Принято. Будем через десять минут. Продержитесь? – Ответили мне на том конце связи.
– Команда, да. – Ответила я выдохнув, и ощутила дуло глока на своем затылке.
Боевик, что-то рявкнул на дальневосточном и я медленно развернулась к нему лицом. Естественно меня ударили в висок оружием и я потеряла сознание.
Очнулась я от сильного удара по ребрам. Открыла глаза, лежа на животе, в грязи у костра, со связанными руками за спиной. Вокруг стояло семь человек громко переругиваясь. Один из них подошел ко мне и схватив за волосы, стал что-то орать. Видимо именно его удар ботинком вернул меня в сознании. Ничего, сдохнет медленно и мучительно.
– Я не понимаю вас, – ответила я. Страх куда-то испарился. Только конечности потряхивало. Наверное, потому что я понимала, что так просто меня не убьют. Будет больно. И долго больно. Моей слабостью всегда была боль. Не умела я ее терпеть, но держаться могла долго. В академии научили.
Один из них побежал к краю поляны и вскоре привел того, кто знал английский.
– Do you speak English? – На меня смотрел взрослый мужчина, возрастом около пятидесяти лет. В глазах тьма и ни капли жалости. Вздутые вены на шее и лбу, говорили о его злости. Виски лишь чуть тронула седина, а в остальном его тело было стандартным широкоплечим, с каменным животом и осанкой военной выправки. Одет он был в штатское, словно на пикник выехал.
– Yes, I do. – Ответила я согласием на английском.
– Аre you Russian? – Спросил он о моей национальности.
– Yes.
– How many of you are there? Where is your team?
– I don't understand, – не смогла сдержать я улыбки, солгав, что не понимаю его. Выдавать своих и под пытками не стану. Хотя, играть в дурочку уже не было смысла.
За что и получила удар кулаком по лицу от того, кто меня пнул первый раз. Упала на землю. Голова нещадно болела. Скула начала отекать от удара. Сплюнула кровь разбитой щеки и поднялась на ноги:
– Kill me right away. I don't know anything anyway. They didn't trust me. After all, I'm just a woman. – Попросила я его убить меня, ведь все равно я якобы просто женщина.
Переводчик нахмурился и передал мои слова тому, что курил сигару. Он задумчиво меня рассматривал. Затем, что-то приказал тому, кто стоял за моей спиной. С меня сдернули китель, который повис за спиной на связанных руках и стянули штаны. Я осталась в нижнем белье.
– Beautiful. I'm first. (Красивая, я первый) – Услышала я ожидаемое.
Вдруг, вокруг поляны раздались взрывы. Моя команда в полном составе да еще и с подкреплением окружила и скрутила повязавших меня. Мне освободили руки. Кто-то натянул на меня штаны. Перед моим лицом оказался суровый Барс и накинул на меня китель со своего плеча. Я застегнула молнию дрожащими руками не веря в своё спасение. Неужели они успели!
Так, закончилась для меня работа с Райером. За это все же выполненное задание (разведка местности и уничтожение охраны входа в горы) я получила повышение. Мне дали младшего лейтенанта и право набрать взвод. Эта операция дала мне больше, чем просто звание. Я получила шанс на создание семьи. Конечно не той, о которой мечтают маленькие девочки, чьи семьи не связаны с военным делом. Но и маленький военный отряд мог стать семьей. А у меня другой семьи уже никогда не будет.
Если быть точнее, я себя вообще не помню лет так до шести. Приемные родители говорили детская травма. В мои пятнадцать лет на наш дом напали. Отца убили и смертельно раненная мать взяла с меня клятву запомнить, что когда потребуется я произнесу:
Техникум, это был тот максимум после школы, который был доступен обычным людям. У нас в стране как, ты либо обслуживающий персонал, либо умный. Если умный, то либо военный либо ученый. Все, другие были и не нужны. Страна набирала мощь военной силы. Человечества осталось не так и много после ядерной войны. Разработки и пробы оружия добили тех, кто был слаб пережив третью мировую в 2523. Была конечно еще одна каста, это дети государственных деятелей. Даже не хочу о них говорить. В итоге, в восемнадцать лет я закончила техникум с направлением на работу лаборантом на атомную электростанцию. Меня хватило там на девять месяцев. Четырнадцати часовая смена с графиком два на два, казалось бы неплохо устроилась. Но! Всю смену я выполняла роль – принеси подай иди на… и не мешай. Меня не подпускали к опытам, к серьезной работе и вообще я сидела лишь в офисе при лаборатории с бумажками. Потом, нас машина компании развозила по домам. Пустой дом меня убивал. Я видела свою жизнь, как бесцельное прожигание времени. И я забрала документы, с отметкой о первой работе. Следующее место было в такой же крупной компании. Позвонили мне сами, спустя сутки после моего увольнения. Это было щедрое предложение с переездом в соседний город за их счет. Я согласилась. Год. И снова в поиске. Следующее место обычного бармена я покинула спустя один месяц. Что со мной не так и почему я не могла найти свое место, не могла понять.
После войны, Россия желала брать качеством военной мощи, а не количеством, как раньше. Потому, шел активный набор солдат. У солдата не было пола. Был десант, была разведка, были моряки и летчики. Это все были войска специального назначения. Десант учился выживать и убивать. Разведка училась самозащите и выживать. Морской десант были и разведкой и убийцами на воде. А летчики изучали все то, на чем можно летать. В том числе космические корабли и простые скайры. На скайрах вообще были помешаны все. Не спорю, вещь крутая. Продай я родительский дом, могла бы купить себе такой, к примеру макларен 32,9. Разгон 0—100 км/ч – 3,8 сек. Причем на любой городской высоте. За городом можно вообще свыше 200 м высоты набрать.
В общем, направилась я в военную учебку до поступления в академию. Конечно, смысл сразу туда брать слабака. Многие не выживали за время предобучения. Кто не выжил, тот слабак, а слабый воин не нужен никому. Поляжет в первом же бою. Нас проверяли на прочность и физической и моральной силой. Я выстояла все шесть месяцев. Далее последовали жестокие пять лет учебы на разведчика в элитные спецвойска. Выпуск в звании сержанта и я поняла, что нашла свое место в этой жизни. Благодаря знаниям химии и физики, меня многие хотели в команду на учениях. Но друзей так и не было. Малочисленный женский пол не находил времени подружиться, потому как извечно спасался от похабных шуточек и домогательств. Десять девушек на сотню мужчин в казармах. Наверно, в этом была вся беда.
Сержантом меня пригласили на испытательный срок в команду капитана Райера. Я согласилась даже на отборочные. Я знала, что была готова и к такому. Я была достаточно умна, чтобы заранее просчитать возможные действия, как свои так и противника. Я была готова биться насмерть, надеюсь не хуже десантника. Я тренировалась в борьбе, карате и даже самбо все свободное время все пять лет. Иначе меня бы давно изнасиловали и убили. В какую именно академию я попала, я поздно поняла. Элита мать их золотой молодежи. Кого-то исправляться, кого-то в наказание отправляли туда. А я каким – то чудом пришла туда сама. Так что стимул для тренировок у меня был.
Райер выбрал меня и девчонку Ким. Три года в его взводе. Из тридцати пяти нас осталось пятнадцать и к этому времени, команда уже не относилась ко мне так враждебно, как первые года. Я смогла доказать, что я могла стать бойцом, а не балластом. Что я не генеральская дочка с бзиком хочу “быть крутой” или “напугаю папочку”. Да- да были и такие.
И вот, я младший лейтенант набираю себе взвод. Официально я лишь командир отделения. А на деле, я набирала тех, из кого смогу сплотить такую команду, как была у нас с Райером. Для меня была честь – возможность самостоятельно выбрать себе семью.
Отобрала себе взвод из пятнадцати самых лучших бойцов устроив проверку не только на бой и стрельбу, но и на профпригодность. Многие «лучшие» шли в отказной список лишь по причине недоверия мне как женщине. Таких долго перевоспитывать, а рисковать тем, что мою команду могут не исполнить… Задача штаба была важнее. Мне хватало других проблем в жизни и службе с одними мужиками. За пять лет академии и уже пятый год службы, я смогла себя зарекомендовать, как надежный боец, и меня в части уважали. Хотя конечно, случались и неприятные моменты. После победы на операции в горах, на меня стали обращать внимание больше, чем раньше. Я знала, что шли споры на тему: “Я уложу ее первый”. И вот, я позволила себе влюбиться. Вот только после тяжелых операций с Райером, слух у меня отменный. А знали об этом не все. После второго в своей жизни свидания, я решилась на интим с тем, чьи глаза казались синими, как бездонный океан. Мы были в его квартире, когда я услышала тихое слово “камера”. И совсем не от Льюиса, моего бойфренда. Я замерла, а затем плавными движениями начиная снимать китель подошла к шкафу. Резко развернувшись, я открыла дверцу и ребром ладони ударила четко в кадык того, кто сидел с телефоном подглядывая. Телефон я разбила, затем набила морду оператору, а когда подошел ко мне Льюис… каюсь, не сдержалась и объяснила ему на кулаках, как не хорошо играть с чувствами девушек. Он неделю пролежал в больнице с переломанным лицом и ребрами, но продолжал слать мне цветы с конфетами прямо в часть. Я их демонстративно выкидывала, а сладости ставила на общий стол в казарме. Когда он вышел на службу, то перевелся в другую часть. В тот день, он шел мимо улюлюкающих парней и демонстративно нас не замечал. Это был мой первый и последний подобный случай. А если кто из новеньких офицеров, что либо пытался предпринять в мою сторону, меня защищали мои парни: тот самый Барс, Хак, Шрам и Ник.