Алена Ячменева – Жених, найди мне жениха (страница 49)
Никогда не считала себя феминисткой, но сейчас все инстинкты вопили о том, что надо бежать от этого парня как можно скорее и как можно дальше. Пока не стало поздно, и моя зарождающаяся влюбленность не переросла в более сильное чувство, которое может лишить меня воли и силы, как Олю.
И при этом мне необходимо покинуть этот остров, а билетом на волю является Алек, потому что только с ним Вирилий отпустит меня. Следовательно, надо показать всем, что отношения у нас наладились и мы помирились, засунуть свою гордость в дальний угол и сделать вид, что я простила все обиды. Но при этом необходимо всеми силами избегать возвращения к опасному вопросу о замужестве, ответа на который ночью мне удалось избежать, заявив, что «мы поговорим об этом завтра».
И вот «завтра» наступило. Я усиленно избегала парня, прикрываясь любым предлогом для того, чтобы не оставаться с ним наедине. А он смотрел на меня совсем не так, как обычно. Не рассеянно и с издевкой, а настороженно и с опасением, будто я представляла для него опасность. Вирилий бросал на парня встревоженные взгляды, а Оля улыбалась, накрывая на стол завтрак.
— Я так рада, что ты нашла своего Дракона! Теперь мы сможем дружить семьями. Наши дети будут дружить с вашими. И мы не будем одиноки, потому что сможем общаться! — ворковала она, а я старалась глубоко дышать, чтобы не начать кричать, пытаясь ее вразумить.
Алек, садясь за стол, глянул на меня исподлобья, словно проверяя мою реакцию на слова девушки, и я через силу ему улыбнулась, ставя на стол блюдо с очередным рыбьим деликатесом.
— Ты расскажешь, где пропадал одиннадцать дней? И почему оказался в воде? — поинтересовалась я, стараясь сменить тему. Парень после моего вопроса напрягся ничуть не меньше меня после фразы Оли.
Опять врать будешь, Алек?
— В пещеррах Виррилия лазил, — неубедительно соврал он, и я поскорее обернулась к печи, чтобы он не видел, как я закатываю глаза.
— Одиннадцать дней? — все же не сдержала я скепсиса. — Вирилий тебя искал, и там тебя не было.
— Я ушел вглубь пещерр. Заблудился. А потом упал в подземную рреку…. Видимо, меня течением вынесло на поверрхность.
Я глянула на Вирилия оценивающе. И правильно сделала, потому что лицо Дракона вытянулось от такого вранья. Даже простоватая Оля нахмурилась недоверчиво. Я, конечно, тоже была не особо сложная, а по версии некоторых, полная идиотка, но не до такой же степени!
— А где машина?
— В пещерре.
А не утопил ли ты ее случайно, летая неизвестно куда?
— И почему же ты больше двенадцати часов не дышал и сердцебиения у тебя не было? — спокойно поинтересовалась я, продолжая выставлять блюда на стол.
— Как не было? — рассмеялся напряженно Алек. — Было. Иначе бы я сейчас уже был мерртв … Ты прросто не заметила, — покачал он головой, а я еле сдержалась от того, чтобы котелок с ухой не вылить ему на больную голову.
— И вдруг так быстро поправился… — продолжала я топить его легенду, недоумевая до какой степени дурой он меня считает.
Видимо, до очень большой.
— Молодой, здорровый оррганизм. Что ему будет? Сейчас поем, вообще побегу! — бодро ответил он.
Вирилий осуждающе покачал головой и тут же дернулся, будто Алек его пнул под столом. Оля постаралась скрыть улыбку, а дети в отличие от взрослых расплылись в довольных оскалах и даже не спешили вгрызться в еду, прислушиваясь. Кошмар, даже эти недоросли понимают, что у меня на ушах килограммы лапши. На что только надеется этот парень?
Поел он знатно. Оля только успевала выставлять еду на стол. Младшая девочка даже придвинула к Алеку свою недоеденную порцию, глядя на то с какой жадностью дядя уничтожает съестные припасы и, видимо, опасаясь, что если он не наестся, то съест и ее. А Алек ничуть не постеснялся объесть ребенка.
Когда же он, наконец, опустошил все запасы драконьего семейства, Вирилий позвал его на «серьезный разговор». Они вышли из башни, направились к скалистой части острова и пропадали там не меньше трех часов.
Вернулись оба, о чем-то тихо переговариваясь. При этом парень недовольно внимал наставлениям более опытного Дракона, глядя себе под ноги, а Вирилий вещал. Мне удалось услышать лишь конец их беседы, когда они подходили к башне, а я сидела в стороне, делая зарисовки пейзажа. Меня они не заметили, поэтому, полагаю, не замолчали.
— Это не шутки, Алексий. С этим нельзя шутить, потому что в следующий раз ты просто не пробудишься.
— Я не мог так вляпаться, — еле слышно упрямо отвечал Алек.
— Смирись.
— Мне еще и двухсот нет! С чем я должен смирриться? С жизнью собаки на поводке? Я не закончу свою жизнь вот так…
— Ты не понимаешь, что иначе она может закончиться иначе? — разозлился Вирилий. — Из-за таких придурков, как ты, наш род и вымирает. Тебе надо смириться с новыми реалиями жизни и научиться в них жить, а не сбегать каждый раз, поджав хвост от любых неприятностей.
— Никуда я не сбегал.
— Твоя Искра чуть не сбежала! Почему я должен был за ней следить, пока ты где-то пропадал? Если бы ей все-таки удалось сбежать, ты бы сейчас рядом со мной не шел, тут бы уже собралась твоя семья и сжигала твое тело…
— Я понял, понял, — раздраженно ответил Алек. — Хватит меня жизни учить.
— Сейчас ты ее забираешь и летишь в гнездо. Понял?
— Понял, — огрызнулся парень. — Только я поеду. А ты меня перренесешь черрез воду.
Вирилий устало вздохнул.
— Какой же ты еще… — похоже нехорошие слова так и норовили сорваться с языка хладнокровного и безразличного мужчины, — молодой и упрямый.
— А ты старрый и мягкотелый! — обиделся Алек. — У каждого свои недостатки.
Парень зашагал вперед быстрее, Вирилий, качая головой, последовал за ним, а я быстро собрала свои вещи и побежала к башне другой дорогой, потому что, кажется, мы все-таки уезжаем из этого дикого места.
И действительно сразу после обеда, мы с Алеком направились к машине, которую он все-таки не утопил, но на боках которой остались вмятины и царапины от драконьих когтей. Оля расцеловала меня, собрала нам с собой рыбных деликатесов, от которых я уже устала за эти дни, и передала письма для бабули и «типа мамы».
— Может, еще свидимся, — со слезами на глазах сказала она. — Если увидишь маму, скажи ей, что я жива и у меня все хорошо.
Я кивнула и с грустью распрощалась с девушкой. Все-таки Оля не так уж и несчастна со своим Драконом, как я себе вообразила. Ее полностью устраивает ее жизнь, она смогла найти свое счастье даже на этом одиноком острове.
Но я не такая. Я не смогу полюбить чудовище и пожертвовать ради него своей свободой и своими интересами.
Мы с Алеком залезли в машину, и избегать его стало труднее, потому что он тут же впился в меня все тем же выжидающим опасности взглядом. Наверно, мы представляли забавное зрелище, когда глядели друг на друга с опаской и настороженностью.
Вирилий подхватил машину с нами лапами и перенес на материк. С Драконом мы так же распрощались по-дружески. Он снова сурово глянул на Алека, неожиданно по-отечески потрепал меня по голове, которую я вновь прикрыла платком, и наказал парню:
— Береги девочку.
Алек взглянул на него обижено, и ничего не сказал, будто ответ был очевидным. Я же обернулась к Дракону, от которого бегала больше одиннадцати дней, одновременно с чувствами благодарности и неприязни.
— Все-таки Вы мне не нравитесь, — заявила я прямолинейно. Мужчина чуть ли в впервые за время нашего знакомства улыбнулся мне.
— Не дури. И парня не бросай. Он молодой еще, горячий. Может, делов натворить.
— Да как бы она этих делов не натворрила! — возмутился Алек.
Вирилий осуждающе покачал головой.
— Ой, намаетесь друг с другом… Ну ладно, глядишь все-таки сможете разобраться…
Мужчина кивнул нам в знак прощания, мы залезли в машину, одинаково недовольные его наставлениями, и раздраженный парень тут же нажал на газ. Вирилий некоторое время следил за тем, как мы удаляемся, а потом обернулся к обрыву и спрыгнул, в полете превращаясь в Дракона и возвращаясь обратно на свой остров, к своей семье.
Мы с Алеком переглянулись и облегченно выдохнули.
— Итак… — начал он с улыбкой, видимо, пытаясь завести разговор, но я перебила его:
— Остановись, — попросила, отстегивая ремень безопасности.
Парень опешил.
— Зачем? — не понял он.
— Остановись.
Машина медленно затормозила, я открыла дверь и вылезла из салона.
— Что ты делаешь? — спросил парень, перегибаясь через сиденье, пока я открывала заднюю дверь и доставала сумку. — Василиса?
Я нехотя подняла на него глаза.
— Я думаю, наши дороги должны разойтись на этом.
— Что?
— Я возвращаюсь в Русланию.
— Зачем?