Алена Волгина – Броня из облаков (страница 5)

По её лицу было сложно понять, о чем она думает. Помолчав, Крис твердо добавил:

– Только в небе становится ясно, чего ты стоишь.

Лин, наклонившись ближе, накрыла его руку ладонью.

– У тебя всё получится, я уверена. По тебе сразу видно, что летать для тебя привычнее, чем ходить! – пошутила она.

Он смутился, вспомнив про забытую в Капарике злосчастную трость. Как бы он ни старался держаться непринужденно, больная нога то и дело напоминала о себе. Он решил сменить тему:

– В первый раз я попал на аэродром, когда мне было четыре. Запускал воздушный змей, и меня унесло ветром.

– Не может быть. Ври больше! – рассмеялась Лин.

У неё был красивый смех. Серебристый и мягкий.

– Честно-честно! Сестра сказала тогда, что это судьба.

– О, у тебя есть сестра? Старшая?

– Нет, мы с Вирджинией близнецы. Ей восем… двадцать один, как и мне, – ответил Крис, беззастенчиво прибавив себе три года.

Девушка улыбнулась с оттенком грусти:

– Это здорово, когда есть сестра или брат. А у меня никого нет.

Её глаза потемнели. Воздух между ними, казалось, потяжелел от неловкости. Крис мучительно соображал, что сказать. У него был небольшой опыт доверительных разговоров, а уж опыт общения с девушками – вообще мизерный, так что он понятия не имел, чем можно её отвлечь. Избегая глядеть на Лин, он опять обернулся в сторону окон, и то, что он там увидел, заставило его оцепенеть. Среди других пассажиров, обсуждающих проплывающие внизу городки и лесные кущи, маячила знакомая долговязая фигура. Возле переборки, спиной к их столику стоял Хавьер да Коста – бывший одноклассник Криса и его худший школьный кошмар.

«Какого хереса он здесь оказался?» – с бессильной злостью подумал Крис.

На первый взгляд да Коста производил исключительно приятное впечатление: это был высокий спортивный парень с коротким ежиком светлых волос, прямым твердым взглядом и правильными, тяжеловатыми чертами лица. Однако у Криса отношения с ним категорически не сложились. С первого дня, появившись в их классе, Хавьер проникся к нему живым интересом и избрал его объектом для покровительства. Он придумал ему дурацкую кличку «малыш Кристо» и обращался с ним с той обидной снисходительностью, которая была хуже открытого издевательства. Крис предпочитал общество других мальчишек, которые, не стесняясь, могли в лицо назвать его «крабоногим». С ними можно было честно подраться и расставить все точки над «ё», а с некоторыми из них они потом даже стали приятелями. «Сочувственные» комментарии да Косты с издевательской подоплекой ранили гораздо больнее. От них труднее было придумать защиту. А ещё больше бесило то, что постепенно и другие одноклассники переняли этот снисходительно-насмешливый тон. Последний год в школе дался Крису особенно тяжело.

Иногда он думал: почему да Коста такой? Чего ему не хватало? Он был на хорошем счету в школе, его уважали преподаватели, у него были друзья – так откуда в нем столько желчи? Может, это у них семейное? Отец Хавьера тоже умел находить себе… необычные развлечения. Например, он разбил сад рядом с усадьбой, в котором собрал все ядовитые растения острова – а надо сказать, что на Сильбандо их водилось немало – да ещё устроил питомник для ядозубов и скорпионов. Соседи прозвали этот живописный уголок «парком смерти». Впрочем, да Коста был настолько богат, что мог позволить себе подобные шалости. Хавьеру точно не приходилось каждый месяц выбирать, какие из счетов оплатить. На семнадцатилетие ему подарили прекрасный выезд с коляской, и вообще, у него было всё, о чем мог мечтать избалованный молодой человек его возраста.

«Или это со мной что-то не так? – думал Крис. – Ведь должна же быть причина, почему именно меня да Коста выбрал своей мишенью?»

Ему хотелось избежать встречи с бывшим одноклассником ещё и потому, что, покупая билеты на дирижабль, Крис представил Лин как свою сестру. Он же не рассчитывал встретить здесь кого-нибудь из знакомых! Но да Коста не купился бы на этот обман, потому что он отлично знал Джинни, более того, год назад он пытался за ней приударить. Крис до сих пор с содроганием вспоминал то время. Когда он в первый раз увидел этого болвана рядом с сестрой, то чуть из себя не выпрыгнул от злости и два дня собирался с духом, не зная, как подступиться к Вирджинии. А вдруг Хавьер ей действительно нравится? Многие девчонки находили его привлекательным, хотя Крис считал, что они просто не в своем уме.

Джинни, однако, оказалась проницательнее своих сверстниц.

– Не дождется, – заявила она, грозно сдвинув красивые тонкие брови. – Твой да Коста – просто потный канюк!

– Он не мой, – возразил Крис, внутренне просияв от радости.

– Тем лучше для тебя. Я его предупредила. Ещё раз сунется ко мне со своими мерзкими шуточками и предложением «покататься» – и я сброшу в его драгоценную коляску мешок навоза, прямо с джунты!

Это была не пустая угроза. Крис не сомневался, что сестра действительно могла это сделать. Джинни носилась на своей «Эстрелье» с такой бешеной скоростью, что могла поджечь воздух, и управляла лодкой так виртуозно, что попала бы камнем в удирающего ядозуба с высоты в двадцать метров. Щегольская коляска да Косты представляла собой гораздо более удобную цель.

Не удивительно, что Хавьер трезво оценил свои шансы и исчез с горизонта. После окончания школы они больше ни разу не виделись. И надо же было ему очутиться здесь, на «Аркадии»!

В любую минуту его одноклассник мог оглянуться, и тогда всё пропало. Нужно было срочно уводить Лин отсюда. Неожиданно у Криса возникла идея:

– Хочешь, я покажу тебе рубку? Я немного знаком с капитаном.

В светло-карих глазах девушки блеснули смешинки:

– Что, и с ним тоже? Кажется, ты «немного знаком» со всеми летчиками с побережья!

– Пока нет, но стараюсь, – засмеялся Крис.

От её завораживающей улыбки у него теплело на сердце. Кашлянув, он напомнил себе про агентов Эрленхейма и тез громил, нарушивших его планы. Глаза Лин сияли ему через стол, но не следовало забывать, что за этим мягким лучистым взглядом таилась стальная хватка и инстинкт выживания, как у летучей акулы.

Тем не менее, почему бы им не провести приятный дружеский вечер? Надо только найти безопасную тему для разговора. Дирижабли! – вдруг осенило Криса. Дирижабли – вот самая подходящая тема. Очевидно, Лин тоже любила летать, и значит, ей будет интересно послушать истории из летной практики. В его памяти хранился неистощимый запас таких историй. А уж про дирижабли и особенности их конструкции он мог рассказывать вечно.

***

Когда они шли по длинному коридору в сторону рубки, все силы Фейлин уходили на то, чтобы держаться прямо. Одна мысль о милях пустоты под ногами вызывала у нее дурноту. Конечно, внутри «Аркадии» было гораздо комфортнее, чем в открытой кабине биплана. Изысканный интерьер, приглушенная музыка, нарядная публика и изящные, ни к чему не обязывающие беседы… Если приложить немного усилий, можно было вообразить, будто ты сидишь в семейной гостиной, у кого-нибудь из отцовских друзей.

«Здесь безопасно, – уговаривала она себя. – Главное, держаться подальше от окон!»

К сожалению, в стеклянном «фонаре», куда привёл её Крис, никуда нельзя было деться от неба. Командирская рубка на девяносто процентов состояла из окон. Поначалу Фейлин обрадовалась возможности уйти из салона, потому что боялась, что кто-нибудь узнает ее и донесет отцу. Но теперь она пожалела, что не заперлась у себя каюте, сославшись на мигрень, простуду или чуму – на что угодно, лишь бы избежать прогулки по дирижаблю! Отворачиваясь от преследующих её стеклянных стен, она делала вид, будто слушает сеньора Кальво, помощника капитана, снисходительно объяснявшего им устройство машинного телеграфа.

Хотя Кальво был молод, вряд ли старше неё, но самоуверенности у него было хоть отбавляй! При одном взгляде на его новый, с иголочки форменный синий китель Крис даже притих от зависти. Ненадолго.

– А почему у всех новых моделей укороченные хвосты? – спросил он.

– Что? – Кальво запнулся на полуслове. Пряча улыбку, Лин подумала, что в моменты растерянности этот трижды выглаженный сеньор становился немного похож на рыбу.

Вообще-то она могла бы сама провести экскурсию по этой рубке, да и по всему дирижаблю, если на то пошло. Её отец был одним из тех, кто проектировал «Аркадию» и ещё два корабля похожей конструкции. Однако воспитанным девушкам не пристало вмешиваться в мужской разговор, поэтому приходилось терпеть, раз уж она взялась сегодня изображать приличную барышню.

Зато в виде развлечения можно было понаблюдать за Крисом. Оказавшись в рубке среди приборов и циферблатов, он словно ожил или очнулся от сна. Пожалуй, он действительно был настоящим фанатом неба и всего, что в этом небе летало. Через пять минут после знакомства они с Кальво уже увлеченно спорили, какой газ лучше подходит для дирижаблей: водород или гелий. Воодушевление Криса была так заразительно, что подействовало даже на Лин. Спустя некоторое время она с изумлением поняла, что полеты в небе уже не кажутся ей такой бредовой идеей.

– Если хотите, можем взглянуть на одну из моторных гондол, – предложил им Кальво, давно отбросивший свой снисходительный тон.

– Да, конечно! – с восторгом ответил Крис.

– Нет! – спохватилась Фейлин, которую обдало ужасом от этой мысли. Покинуть надежный борт дирижабля, чтобы проползти по узкому мостику в висящую над пропастью маленькую гондолу?! Нет, спасибо, ей ещё хочется немного пожить.