Алена Трубникова – Feel (страница 7)
Вокруг пейзажи как за окном поезда проносятся, но меня нет для них, а их для меня. Иногда начинаю рычать и бить вдребезги снег по пути, надо вырваться, что-то придумать, изменить, и бежать, бежать к какому-то решению, выкричать ревность и боль от нее в этом лесу.
Утром сюда на общее мероприятия я уже пришла в состоянии подавленном, потому что сердце мое разрывается от любви к тебе и невозможности вместе быть. Не хотелось видеть тебя, чтоб напрасно не радоваться, ибо опять понадобится делать вид, что все у меня хорошо и счастливо, а на самом деле хочется только с тобой говорить, говорить, говорить. Чтоб никто не мешал и ни к кому тебе не нужно было идти.
И вот я иду по утреннему февральскому парку с людьми подопечными, прокладываю дорогу уверенно, хотя на самом деле сама не очень знаю ее, но веду интуитивно вперед. И вдруг ты спускаешься с горки на лыжах на нас как с облака, радостными глазами заполняя все вокруг, всё ворчание и печаль мои снося на бегу и подсказывая дальнейший путь. Мое сердце делает сальто безостановочно и, как ребенок, не видящий преград в погоне за желанным, тянет меня за руку, чтоб бежать за тобой. Но нет, я же знаю, чем все это закончится, очередная игра при всех, когда мы ненастоящие, и мне нужно найти чем занять себя, ведь кроме тебя у меня еще целый мир.
Тем более ко мне маленькая девочка тянется, я ей о многом рассказываю, на вопросы бесчисленные отвечаю и веду за руку, абсолютно ей мне доверенную. Трепетно и немного боязно, дети быстро привязываются, я это уже когда-то с трудом пережила.
Отвлекаюсь на друзей, знакомых, на фото и девочку. Мы с ней на одних лыжах вместе бегаем. Я по-своему счастлива и, конечно же, мечтаю, что у нас с тобой может быть такая же, к которой не страшно будет привыкать, которой мы могли бы бесконечно дарить свою любовь. Улыбаюсь мечтам и с глубоким вздохом смотрю на тебя, кто же в мыслях твоих сейчас, кто в сердце, и кто я для тебя.
Иногда мы с тобой переглядываемся, иногда и словами обмениваемся, и весь снег при нашем приближении должен бы таять или взрываться, но мы с ним молча договорились все это скрывать.
Держу себя на расстоянии, но ты разными уловками возвращаешь к себе мое внимание и улыбкой раскрываешь как устрицу, заливая очередной лимонный сок.
Все собрались для фото, и мы тоже якобы, но на самом деле наконец-то обнялись. И весь мир вокруг перестал кружить, нет ни сердца, ни звуков, и ни людей, я как часть нас двоих и мы как одно, всё, абсолют.
Нахожу себя на площадке с тобой, мы стоим, слегка покачиваясь, почти все остальные уже разбрелись. Я ни с кем не прощалась, да и ладно уже, молчу, дышу в тебя, и счастлива.
Пора уходить, тебя зовут. Прощаюсь скомкано, лыжи скорее застегивая, во мне зреет то, что надо выпустить, убегаю, ломая лыжню.
И вот кручу под собой планету от ярости, да может даже и всю Вселенную, лишь бы выкинуть из себя боль от любви. Сколько времени длится агония, не замечаю. Выползаю из бора к троллейбусу, что дотащит меня до дома, гудя и раскачиваясь, где в постели на полу когда-то для нас с тобой собранной, я провалюсь одна в сон восстанавливающий, обнулившая себя.
История 18
В лагере, куда я езжу на семинар, состояние абсолютно раскрытой души усиливается погружением в практики. Удивительное состояние силы и себя настоящей, особенно если отдаться этому процессу полностью, довериться потоку, позволить ему нести себя, да к тому же иногда еще и грести, достигая немыслимых скоростей, от которых кричу, чтобы выпустить разрывающую энергию, черпаемую из космоса жадными ладонями.
События, люди, слова, предметы воспринимаются иначе в таком состоянии. Что-то теряет значение, а что-то становится возможным и более важным.
И вот в этой бурлящей Вселенной я нахожу себя за столом в общей столовой, где смотрю на тебя за обедом, и мы такие чужие и далекие. Не могу отвести взгляд свой пронзительный, вопрошающий, одновременно направляющий поток любви и испепеляющий. В моем молчании пульсирует крик «Почему?».
Понимаю, что мне нужно покушать, поскольку занятия очень энергозатратные, и я могу пожалеть потом, если не подкреплю свое физическое тело сейчас. Еда будто тает и сливается со мной, как только я ее выбираю, уже становится частью меня, являясь подарком Вселенной для продолжения моей жизни. Теплая рассыпчатая каша со вкусом свободных открытых полей, где выросли семена, трудолюбивых рук, что собрали их, и заботы тех, кто варил ее, возможно, кстати, твоей.
Кручу в руках яблоко. Из пальцев, будто нити света струятся, я закручиваю в них этот плод. Больше всех фруктов люблю именно яблоки. Больше всего историй могу поведать из своей жизни о них. Так странно. Улетаю мыслями и чувствами куда-то бесконечно далеко, продолжая наслаждаться тяжестью желанного фрукта в руках. Понимаю, что вновь все о тебе. Жадно кусаю, безумно вкусно.
Раньше я оставляла огрызочки, потому что знаю о том, что в семенах яблоках есть яд, который, например, попугаи нейтрализуют, поедая землю. Конечно, это микроскопическая малость, но все же, для меня этого аргумента было достаточно.
И вот однажды ты меня просишь отдать тебе свой огрызочек, потому что нет в мире большей сладости, чем огрызочек яблока от Алёночки, и начинается наша яблочная игра. Я их складываю для тебя в контейнеры, бережно распределяя и закрывая поплотнее, стараюсь побольше подготовить к нашей встрече, обновляю, если не успеваю передать. Ты им радуешься и ешь, будто твои чувства истинны, и нет ничего вкусней.
Но однажды они начинают скапливаться, нам уже не до игр романтических, и все же я продолжаю их для тебя оставлять. Каждый день я выбрасываю старые, складываю новые, поглядывая на безучастную серую металлическую дверь.
Потом я перестаю их откладывать, и ем яблоки полностью, чтобы самой наслаждаться тем, что тебя когда-то радовало, и мысль о яде продолжает сосуществовать, и теперь он не только в самих семенах, но и во всем этом образе, а я малыми дозами, привыкая, делаю себе сильней.
И вот возвращаюсь к событиям настоящего, нахожу у себя в руках тот самый заветный огрызочек, который когда-то так радовал тебя. Кладу его в миску, ладонями его обволакиваю, чтобы не расплескать то, что хочу подарить тебе, поднимаюсь и начинаю шагать нерешительно по направлению к твоей спине.
Всё во мне, раскрытое практиками, что заглушалось мной эти пару лет, что ждет своей реализации, что получила я от рода своего и несу в мир в виде Любви, всё сейчас сосредоточилось в этом огрызке в чашечке, что на дрожащих ногах тебе несу. Ум проснулся, кричит: «Что ты делаешь?! Никому не нужны твои яблоки! Хватит дурачиться! Оставь свои чувства при себе!». Нет, я же никого не убиваю, просто хочу подойти к тебе и молча подарить кусочек радости, я уверена, ты все поймешь.
Вот уже полпути прошла, смотрю на тебя боязливо, нерешительно, а ноги продолжаю двигать, сама не веря, что это творю. И тут ловлю взгляды соседей твоих по столу, которые в отличие от тебя, видят меня, в них вопрос, удивление, непонимание. Останавливаюсь. Будто сработал переключатель, ты ничего не поймешь.
Если бы правдой было всё то, что от тебя слышала, мы сейчас сидели бы вместе счастливые, и огрызочек был бы съеден сразу же, без необходимости куда-то что-то нести. Хочется кинуть его тебе в лицо, как и все слова твои и слезы на полу с признаниями. Сплошное вранье.
Поворачиваюсь, ухожу мыть посуду и лицо. Не сейчас, не сейчас, твержу себе, время еще не пришло.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.