Алена Сказкина – Право на доверие (страница 49)

— Кто это? — шепотом спросила я у Галки, кивая на вражеских командиров.

— Кагерос, Закатное пламя, и Демон льда. Говорят, Пламя так и не схватили. Даже воины его личной свиты не знали, где он. Ходили слухи, Кагерос покончил с собой, предпочтя смерть плену. Смотри-смотри!

Полководцы обменялись угрозами и требованиями сдаться. Аратай пугал божественной карой, призывая недруга раскаяться и сойти с пути Хаоса. Западный завоеватель злобно хохотал и оставался возмутительно глух к голосу Справедливости. Через минуту вождям надоело заниматься болтологией, и под одобрительные и ободряющие крики многочисленных зрителей на сцене началась драка.

Поначалу силы противоборствующих сторон были равны, и, несмотря на численный перевес темных, никто не мог одержать вверх. Аратай и Пламя хмурились и выглядели одинаково недовольными. Но потом, повинуясь жесту командира завоевателей, в бой ворвалась страхолюдина, и алые дрогнули, отступили.

— Демон, — азартно шептала Галка. — Первоначально он был другом и правой десницей Аратая, но потом влюбился в Нейс, а та отказала ему, отдав свое сердце алому полководцу. Тогда воин переметнулся на сторону Западных завоевателей. Предал всех…

Беснующийся на сцене Демон практически в одиночку теснил алых и уже добрался до командующего. Вступил в схватку с Аратаем, и Альтэсса Севера явно проигрывал бывшему товарищу. Страхолюдина готовилась нанести последний удар, но внезапно на поле брани появилась Нейс, по-прежнему в белом платье, простоволосая, с воздетыми к небу руками:

«Богиня-мать, услышь мой зов,

Даруй защиту от врагов.

Как плату жизнь свою даю…»

Аратай, несмотря на занесенный над ним меч, потянулся к женщине:

— Нейс! Нет!

Она грустно улыбнулась:

— …Тебя люблю.

И упала замертво. На сцену выбежали девочки в разноцветных платьицах, играющие фей. Посланницы высшей силы с обворожительными улыбками, не встречая сопротивления, забрали у черных их мечи. Несколько повисли на Демоне, и Аратай, не изображая благородного олуха, проткнул соперника клинком. Предатель убит, разоруженные враги благоразумно сдались в плен, Кагерос досадливо сплюнул и покинул сцену. Ура! Победа! Командир алых бережно поднял тело погибшей возлюбленной, прошептал:

— Тебя люблю.

Я поморщилась от грохота аплодисментов.

Хотя чем не история? Трагическая любовная линия есть? Есть. Геройская гибель за родину присутствует? Присутствует. Да и «наши», в конце концов, победили. «Маленькие» неточности, например, что войска Альянса в бой у Черной реки вместе с Аратаем на самом деле вела ставшая к тому времени Альтэссой Харатэль, не играют значения. Правда? Кому она нужна?!

Я угрюмо обвела взглядом восторженную толпу и, к своему изумлению, заметила Рика. Дракон с каким-то мрачным удовлетворением, пристально, не отрывая глаз, смотрел на страхолюдину в маске, поднявшуюся с грубо обтесанного помоста и присоединившуюся к остальным актерам, вышедшим на поклон. Мелькнула мысль: а ведь он мог быть среди тех, кто бился против армии Альянса у Черной реки.

Рик внезапно обернулся, увидел меня. Я подумала, что дракон сейчас развернется и скроется в толпе, но он подошел ближе. Бездна усмехнулась мне странной, непонятной улыбкой.

— Вам понравился спектакль… леди?

Голос звучал вежливо и ровно, сухо и отчужденно. Меченый заговорил со мной! Впервые за последние дни! Надо же! Эсса, поздравляю, до вас снизошли! Язвительность, рожденная отвратительным настроением, едва не вырвалась наружу. В последний момент я прикусила язык, осознавая, что сейчас, вероятно, мой единственный шанс объясниться с драконом, и ограничилась нейтральным.

— Забавная сказка.

— Да. Сказка, — он пристально, пренебрегая всеми правилами приличия, смотрел мне в глаза, силясь что-то увидеть там, в глубине, за зеркальной гладью. Совершенно напрасное занятие. Как заявила однажды в порыве гнева сестра, в моей голове отродясь не водилось ни одной дельной мысли.

— Лана, — Галактия настойчиво теребила за рукав, неприязненно косясь на дракона. — Бой скоро начнется.

Ах да! Я бы с радостью отказалась от приглашения барона, но боялась оскорбить гостеприимного хозяина, заигравшегося в солдатики. Что поделать, у каждого свои слабости. Придется идти.

— Мы собираемся посмотреть финал боев. Присоединишься?

Рик секунду обдумывал предложение, прежде чем дать ответ.

— Как будет угодно Повелительнице.

Галка недовольно шагала впереди, указывая путь. Дракон молчал, я тоже не могла подобрать слов. Хаос, Лана, неужели тебе нечего ему сказать?

— Рик…

— Что? — бездна выжидающе посмотрела на меня.

— Ничего, — я стушевалась. Разозлилась. Хаос! И почему именно я должна делать первый шаг к примирению?

К началу соревнований мы опоздали. Состязались лучники, и каждый выстрел отзывался среди болельщиков возгласами одобрения или стонами разочарования. Весь замковый двор был забит народом, пришедшим полюбоваться на финалистов. Не стоило даже думать пробраться к центральному входу, над которым на балконе расположился барон Красноземский в окружении свиты из представителей купеческих и ремесленных гильдий, военных советников и высших чиновников.

Галактия уверенно обогнула столпотворение по краю, нырнула в одну из неприметных дверей для слуг и запутанными коридорами вывела нас в центральную галерею замка. Преодолев короткий подъем, мы очутились у входа на балкон.

— Леди Лаанара, рад-с видеть-с вас, очень-с рад, — барон встал, чтобы лично поприветствовать меня.

Чем же я заслужила подобную честь? Неужели Йорк подсказал? Или визит алого в лице Криса поднял мой статус в замке?

Приветствие вышло смазанным: барон постоянно оглядывался на арену, где оставалось всего трое участников. Стараясь не злоупотреблять любезностью увлеченного человека, я ограничилась короткой на грани приличия благодарностью за приглашение, церемонно поклонилась и заняла выделенное мне место. Галка уселась рядом. Рик, словно телохранитель, занял позицию за спиной, успешно игнорируя косые взгляды стражников и кисло-презрительные знати, вынужденной терпеть неприятное соседство.

Над ареной раздался звук гонга, и один из лучников под вой толпы покинул стрельбище. Двое других по указке судей сделали несколько шагов в сторону балкона, увеличивая и без того немаленькое расстояние до мишеней.

Галка привычно взяла на себя роль рассказчицы.

— Длинный тип с надменным противным лицом в пятнистой куртке — Дирк Риттер по прозвищу Белка. В Сейрии он считается первейшим следопытом. Последние пять лет приз среди лучников брал именно он, — девушка скривилась. — Может, он и попадает белке в глаз с пятидесяти шагов, но при общении обыкновенный мужлан с непомерной самооценкой. Второй — Виктор… — Галка на секунду запнулась, вспоминая. — Краш. Родом из Оско. Говорят, неплохой лучник, хотя я его никогда в деле не видела.

Стрелы почти одновременно сорвались в полет и с глухим стуком поразили мишени. Толпа одобрительно взвыла. Участники коротко поклонились и сделали еще несколько шагов. Снова выстрел и очередной отход. Я с трудом подавила зевок: никогда не любила стрельбища в частности и военные турниры в целом. Интересно, а меченому так же скучно, как и мне. Я украдкой покосилась в сторону Рика, но, как обычно, не смогла понять, о чем думает дракон.

Лучники сделали еще по десятку выстрелов, прежде чем у Краша дрогнула рука и его стрела зацепила лишь край доски с намалеванным на ней кругом. Зашаталась, выпала и легла на землю. Мужчина выругался. Его соперник с торжествующей усмешкой развернулся к главному балкону. На арену выбежал глашатай.

— В год Арки двадцать седьмого дня месяца Травня лучшим из лучших, Укротителем Ветра, признается Дирк Риттер.

— Как и ожидалось, — прошипела Галка. — Командира бы сюда.

Хозяин замка встал. Лучник преклонил колено.

— За проявленное мастерство мы-с, Николай Красноземский, барон Сейрии, надежда и опора-с южных земель, даруем-с победителю десять золотых монет-с.

Риттер принял из рук служанки расшитый бусинами кошель, поклонился барону и ушел, освобождая место для следующих участников. Глашатай благоразумно выждал, пока стихнет шум оваций, и звонким зычным голосом объявил.

— А теперь, дамы и господа, леди, лорды, купцы и ремесленники, ратоборцы и землепашцы, настал тот миг, которого все мы ждали! Сейчас перед вашими светлыми очами сразятся два отважных воина, дабы определить сильнейшего. Благородный сэр Людвиг фон Гранц, капитан замковой стражи, прославленный воин, не раз доказывавший свое мастерство владения мечом, вступит в бескомпромиссную борьбу с юным, но умелым Раэном из Сеглассэ. Встречайте!

Я без энтузиазма пару раз хлопнула в ладоши, приветствуя вышедшего на арену мужчину лет тридцати-тридцати пяти. Невысокий, наверное, даже ниже меня. Кряжистый. Кольчугу заменяла куртка с нашитыми металлическими бляхами — значит, воин больше полагался на быстроту и ловкость, а не силу. Лицо спокойное, доброжелательное. Располагающее.

Сэр фон Гранц уважительным кивком поприветствовал своего соперника. Хаос! Я от неожиданности привстала. С каких пор на арене сражаются дети!

Худенький вихрастый мальчишка волчонком зыркал по сторонам, сжимая двумя руками пляшущий одноручный клинок. Да ему лет тринадцать всего! Острое, бледное лицо с запавшими глазами. Потрепанная курточка в заплатках.