Алена Сказкина – Право на доверие (страница 38)

Пришелица мгновенно заполнила все свободное пространство, успевая одновременно заниматься несколькими делами. Переворошила-переставила пузыречки на тумбочке, хотя порядка ее уборка не прибавила. Провела ладонью по моему лбу, довольно хмыкнув. Поправила одеяло. Перевесила сбившийся на спину медальон. Жрица? Не видела данный феномен в Южном Храме. Это еще девичья память или уже старческий склероз?

Кружась по закутку, девица не прекращала ни на секунду тараторить.

— Доброе утро! Наконец-то ты очнулась. Хотя полдник уже был. Значит, правильней, добрый день! Неважно. Как ты себя чувствуешь?

Я прислушалась к ощущениям. Вместо тела расползлась квашня, каждая мышца немилосердно ныла. Тошнота то подкатывала к горлу, то ненадолго отпускала. Голова слегка кружилась. А мельтешение красок и вылетавшие со скоростью снарядов самострела слова вызывали непреодолимое желание зажмуриться и провалиться обратно в темноту.

— Отвратительно, — честно созналась я.

— Ничего, скоро пройдет, — девица ловко подхватила несколько баночек, смешала их содержимое в миске, подпихнула мне под нос. — Пей! Видела бы ты себя седмицу назад. Серо-зеленая как упырь. То лежала бревно бревном и молчала, будто дух уже испустила, а то стонать начинала, да так тяжко… так тяжко…

Предложенное мне зелье по виду здорово смахивало на яд для крыс, а запах наводил на мысли о выгребной яме, но на вкус оказалось вполне терпимым. А главное, обратно не полезло и голову прояснило, заставив задуматься, что неплохо бы определить, куда я попала.

— А ты…

— Ой, забыла представиться. Галактия. Но все зовут меня Галкой. И ты зови, — строго приказала она, потом легкомысленно мотнула головой. — Моя мамаша, мир ее духу и перца под зад, была без ума от любовных романов, а в них героиням дают такие несуразные имена: Рафаэлла, Марадонна… вот и мне досталось. А ты ведь тоже из Храма? Я тебя помню!

Галка? Галактия. Вроде была в Южном Храме одна девочка с таким именем. Серая неприметная мышка, вечно сливающаяся со стенами. Она?! Невозможно! Ни за что не поверила, если бы не видела перевоплощение собственными глазами!

— Лаанара. Лана.

— А, нелюдимая гордячка, у которой сестра — Верховная Жрица? Ты еще исчезла накануне заключительного экзамена. Шуму-то было! Весь Храм на ушах стоял!

Вот как на самом деле я выгляжу со стороны? Зазнайкой, пользующейся покровительством влиятельных родственников? Кстати, а откуда Галактия знает о том, что глава Южного Храма — моя сестра? Харатэль постаралась скрыть данный факт как от воспитанниц, так и от большинства наставников. Меня, в отличие от некоторых птенцов, ничем не выделяли среди других девочек, гоняли в хвост и гриву, заставляя и работать в саду, и убираться в комнатах, и присматривать за животными. Да и требовали с меня едва ли не больше, чем со всех остальных.

Галактия между тем не умолкала.

— Ой, прости-прости. Не хотела тебя обидеть. Правда, я не со зла. Говорю, что думаю. Сначала говорю, а потом думаю.

Еще бы ее болтливость обратить в нужное русло. Только как умудриться вставить хоть одно слово в нескончаемый поток?

— Слушай, можешь не трещать? У меня голова идет кругом.

— Могу, — покорно согласилась она, потом печально вздохнула. — Но недолго. Меня из-за этой привычки чуть из Храма не выкинули, брат бы точно не пережил.

— Брат?

— Сводный. Кстати, мы находимся в его замке. Николай Красноземский, барон Сейрии, — в голосе девицы послышалась невольная гордость. — Надежда и опора трона, верный подданный короля, постоянный член малого совета, защитник южных земель, — она прыснула и сбилась. — И тэдэ, и тэпэ. В общем, он неплохой человек, только помешан на военщине.

— Военный? — я спешно припоминала все, что знала о Сейрии.

Маленькое, как большинство королевств в западной части Мидла[49]. Ничем не примечательное. Основной род деятельности — сельское хозяйство: земледелие, скотоводство. Два десятка шахт. Стандартный туристический набор: сотня замков, дворцов, колоколен, святилищ и просто красивых зданий, горная гряда с водопадами и пещерами и пара крупных рек. Спокойной местечко, я не слышала, чтобы в этом районе случались крупные стычки, даже народных волнений не возникало. Правда, во время Раскола на юге Сейрии кипели ожесточенные бои. Но причина, по которой понадобилось колоссальной ценой удерживать кусок не особо плодородной земли, успешно ускользнула от моего внимания.

— Ну да, — Галактия снова фыркнула. — У самого китель на пузо не налезает, а туда же — маршировать по плацу вместе с солдатами. Знаешь, — она забавно округлила глаза. — Я тебе скажу. Мой брат помогает алым! Охотникам! Здорово, правда?!

Так алым или охотникам? Хороший вопрос, жизненно важный, я бы сказала. Алые — воины-драконы, опора Пределов, подчиненная Совету. Их часто путают с Карателями, хотя последние всего лишь одно из подразделений, следящее за соблюдением законов и приводящее приговоры в исполнение. К алым также относятся Лунные стражи и рыцари Серебра — внутренняя гвардия, телохранители Повелителей Небес, в том числе Альтэсс и эсс. Еще есть Теневое братство… В свете прошедших событий я бы не отказалась от сопровождения отряда драконов. Сразу же почувствовала бы себя уверенней. Только алые не нуждаются в покровительстве людских королей, вполне обходясь теми средствами, что им способны дать Пределы. А возможности у Совета обширны.

Значит, охотники. Еще недавно они являлись малочисленным воинствующим орденом с непонятными традициями и идеалами. Но после Раскола набрали колоссальную силу и влияние, став для моей сестры и остальных драконов нескончаемой головной болью. Проповедующие идеи исключительности человеческой расы, облекающие их в вычурные слова об освобождении подлунных королевств от тирании драконов, непримиримые фанатики умело воспользовались войной в своих целях, сведя на нет многовековые усилия по налаживанию мирных отношений между людьми и потомками Древних. Если охотники — желанные гости в замке барона Красноземского, нужно убираться отсюда и быстро.

Я вновь попыталась встать. Безрезультатно. Ладно, настолько быстро, как получится. И почему меня терзает неясное предчувствие, что я о чем-то забыла? Точно! Где Рик? Алые или охотники, меченому не сулит ничего хорошего встреча с любыми из них.

— Со мной был человек… с клеймом на лице.

— Дракон? Ой, ты не волнуйся. Он больше не причинит никому вреда. Он тебя похитил? Ужас! Бедная. Если со мной такое случилось, я бы не пережила.

Скорее, я его украла, но посвящать неугомонную болтушку в подробности незачем. Важнее узнать:

— Он цел? — сердце замерло. В Сейрии суд короткий: увидев нависшего над полумертвой девушкой типа с явно преступной наружностью, бравые гвардейцы-рыцари-солдаты местного королька вполне способны изрубить «злоумышленника» на мелкие кусочки, а уж потом выяснять, что он на самом деле пытался помочь.

Галактия отмахнулась, не заметив или же списав мою бледность на общее плохое самочувствие.

— Не знаю, у брата спросишь. Вроде в темнице отлеживается. Представляешь, — девушка снизила тон, покраснела. — Этот развратник… ну… когда мой брат со свитой вас двоих обнаружил… ты лежала без дыхания, бледная словно покойница, да в таком, извини, непотребном виде — штаны расстегнуты, рубашка на груди порвана. А он склонился, льет в рот какую-то отраву, а у самого рожа что ни на есть разбойничья, клейменная… Но он не успел ничего сделать — вовремя остановили.

Да и не собирался, я убеждена. Скорей всего, я еще дышу благодаря той «отраве».

— Этот человек спас мне жизнь!

Искрящиеся синие глаза изумленно расширились.

— Не может быть! Точно? Ты уверена?

Я повторила, твердо, отметая все сомнения.

— Этот человек спас мне жизнь! Он мой… друг. На нас в лесу напали, меня ранили отравленным кинжалом. Он вытащил меня.

— Если… — Галактия задумалась, растерянно произнесла. — Я сообщу брату. И командиру. Пусть они решают. Им виднее.

В дверь постучали. Девушка вышла на несколько секунд, вернулась, неся жестяную кружку с теплым куриным бульоном. Присела на край кровати, помогла мне приподняться.

— Ты пей-пей. Тебе сил набираться надо.

Я неловко отстранила ее руку в сторону.

— А дракон?

— Разберемся, — она ответила излишне легкомысленно, чтобы я ей поверила. Так взрослые отмахиваются от назойливых детей, лишь бы они успокоились и прекратили надоедать глупыми расспросами.

Но я не настаивала. Комнату качало как в десятибалльный шторм. Вернулась слабость. Я отдохну немного, а потом обязательно вытащу тебя, Рик. Дождись меня.

Я разом допила бульон и провалилась в сон без сновидений.

— Доброе утро, жрица.

На меня, довольно ухмыляясь, смотрел дракон. Не верится, но разноцветная балаболка действительно исполнила обещание.

— Рик! Живой! — я протянула руку, чтобы убедиться в реальности видения. Которое оказалось вполне материально — теплое, нахальное, язвительное.

— Не твое — не лапай!

Он легкомысленно качнулся на стуле.

— Знаешь, я хотел бы пожаловаться управляющему этого так называемого замка. Сущая дыра! Обслуживание отвратительное: комнаты темные, холодные и сырые, кормят раз в три дня какими-то помоями. Прислуга несговорчивая.

Он многозначительно покосился на вошедшую Галку. Девушка, необычно молчаливая, сердито тряхнула головой, процедила сквозь стиснутые зубы.