Алена Ромашкова – Связанные туманом (страница 50)

Талсадар проследил, куда я ему показывала, и ответил, покачав головой:

— Нет! А почему ты спрашиваешь?

— Да так, любопытно.

Решила узнать у Талсадара, какая магическая связь может быть между неженатыми дроу, и подалась к нему, чтобы озвучить вопрос. Однако, меня опередили. К нашему столику подошел один из посетителей, очевидно, тоже лорд. Мужчина, не спрашивая, приставил стул рядом с моим лордом и обратился к нему:

— Простите, что помешал, лорд Гаэр'Дааль! У меня вопрос.

— Я не думаю, что вам, лорд Салазард, стоит задавать мне какие-либо вопросы сейчас. Мы с моей невестой отдыхаем.

— Но это напрямую касается и вашей спутницы, лорд. Какую игру вы ведете? Вы пытаетесь занять место Ваерона? С тех пор, как Селестру убрали, власть перестала принадлежать только одному роду, и я думаю, вы хитрите. С каких это пор светлые полукровки играют важную роль у темных? Что происходит?

— А происходит то, что нам нужно древо жизни, которое не переносит тёмную энергию, и Криссандра оказала всему нашему народу услугу.

— Король слаб настолько? Без древа будет прорыв?

— Спросите у самого Ваерана! И все же, с чего вы решили, что все настолько плохо? — Талсадар уже не выгонял собеседника, заинтересовавшись разговором.

— Мой старший сын погиб на дуэли, а моя лаэри не может родить мне больше. Она здоровая трёхсотлетняя эльфийка, я тоже еще не стар. Посчитайте, сколько за последние десятилетия в Северных горах родилось детей!

— Лорд Салазард, что вы хотите сказать?

— Я хочу сказать, что Ваеран обманул нас, когда пообещал, что последствий переворота не будет. Они есть, и сейчас его величество мечтает прикрыться магией светлых — привез древо и вот эту, — мужчина наклонился через стол, схватил меня за плечо и потряс.

То, что произошло после, не ожидал никто. Когда дроу прикоснулся ко мне таким пренебрежительным жестом, боевые когти на руках отрасли сразу у двух темных. Или точнее было сказать — у полутора? Один из них это Талсадар, а вторая — я.

Голова не успела еще и начать понимать ситуацию, а мое тело среагировало на угрозу: я выпустила когти, не меньше тех, которые демонстрировали мне ранее оба тёмных. Со словами: «Не смейте ко мне прикасаться!», опережая разум, с размаху вонзила свое обретенное оружие в лежащую на столе ладонь лорда Салазара. Одновременно с этим, мой лорд с рыком воткнул свои в плечо мужчине. Не знаю, что вышло более шокирующим: двойной ущерб здоровью дроу или когти у светлой эльфийки. Лорд Салазар даже не сразу почувствовал боль, какое-то время он в ступоре и с таким священным ужасом наблюдал за своей ладонью, что впору было картину с него писать.

На меня лорды перевели взгляд синхронно. Салазард с перекошенным лицом — мужчина наконец-то согнулся от боли, когда я выдернула свои когти. Глядя на эти длинные страшные отростки, я почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Мой лорд вытащил и спрятал в привычном жесте свои, а я убрать когти никак не могла. С отчаянием и слезами, я смотрела на свою руку, пока Талсадар не положил на нее ладонь и сказал:

— Просто мысленно представь, как они прячутся.

Сделав так, я увидела, как когти наконец-то втягиваются обратно, оставляя мои чистенькие белые ноготки в первозданном виде.

— Темная? Без магической клятвы подчинения? — удивленно прошипел лорд Салазард, прижимая здоровую руку к ране на плече. Кровь лилась ручьем. К нему уже несся официант с лекарем. Талсадар встал и пересел на стул рядом со мной, притянув меня к себе, закрывая ото всех.

— Что за магическая клятва? — шепнула я своему лорду. Ответил мне раненный темный. Ему бинтовали руку, а он скорчил лицо и выдавил:

— Женщины обязаны поклясться всем мужчинам, с которыми живут в доме, что не причинят вред.

— Зачем? Вы их боитесь? — недоуменно спросила я. Салазард опять поморщился, но в этот раз не от боли.

— Что ты знаешь о Даркмаре, полукровка? — зарычал было лорд, но, наткнувшись на предупреждающий взгляд Талсадара, сбавил тон и сказал уже более спокойно:

— Королева была жестока, а мужчины бесправны. Богиня дала ей слишком много власти.

— Не знала, что можно идти против воли богов, — тихо сказала я. А лорд, на удивление не вспылил, а задумчиво протянул:

— Да уж и я теперь не знаю… Как так получилось, что ты носишь темную кровь?

— Лорд Салазард, я думаю, настало время стать вежливым и принять высокий статус моей спутницы, — угрожающе сказал мой лорд и добавил:

— А еще, пожалуй, мы бы предпочли остаться вдвоем.

Лорд Салазард кивнул в знак согласия, встал и слегка наклонив голову сказал:

— Лорд и лаэри! Приношу извинения за инцидент. Надеюсь, он исчерпан, — сказал дроу, поднимая раненую руку.

Лорд ушел, а я повернулась к своему темному:

— Мы воткнули в него когти! А он не вызвал при этом тебя на поединок? И никто не удивился! Ничего не понимаю в ваших взаимоотношениях. Вот, кажется, только поняла что-то, но нет!

— Лорд был непочтителен в отношении тебя, схватив за плечо, — произнес темный, как будто я не замечаю очевидных вещей.

Я хотела возразить, но тут появился наш общий знакомый Хирон, который, заметив нас, помахал рукой в приветственном жесте и, не дожидаясь приглашения, также пристроился за нашим столиком. Не судьба, видать, сегодня нормально поужинать. Мужчина с размаху плюхнулся на стул, который несколько минут назад освободил лорд Салазард, и сказал:

— Нас всех вызывает к себе Ваеран. Сегодня. Только что пришло письмо.

— Кого — нас? — уточнил Талсадар.

— Посмотри!

Мы обернулись и увидели, как ко многим столикам подходят слуги и протягивают какие-то листки своим хозяевам, видимо, письма, а лорды, читая их, хмурятся и спешно встают с мест.

— Я не получал, — ответил мой темный, а Хирон хлопнул себя по карману на груди, бросив:

— Твое — у меня.

— Что происходит?

— Узнаем, когда придем. Но во дворец нам действительно надо. Я выяснил, что в столице сейчас пять светлых эльфов-мужчин, но только двое из них появились тут более двадцати лет назад. И оба они сейчас во дворце.

Я вскинулась на его слова, почувствовав, как сердце забилось чаще. Посмотрев на Хирона, увидела, что от него исходят одна толстая и множество тонких туманных щупалец — мужчина буквально окутан ими. Интересно, почему?

— Лорд Хирон, а у вас много рабов или рабынь? — решила проверить свою версию я.

Мужчина поднял бровь, но не стал спрашивать причину вопроса, бросив лишь:

— Полно.

— Они дают магические клятвы?

— Только дроу — люди и светлые не способны взаимодействовать с туманом, поэтому их контролируют по-другому, — ответил блондин, а, увидев, что я жду продолжения рассказа, закатил глаза, но все же пояснил:

— Цепи, кнут, голод. Что ты хочешь услышать? Есть много разных методов…

Вопросов я больше не задавала, погрузившись в свои мысли, попутно наблюдая за миром, теперь представляющим для моих глаз огромную черную паутину, в которой вместо липких паутинок узор формировали нити тумана. Почему-то я не стала делиться этим с лордами.

Во дворец, по словам Хирона, мы прибыли за час до встречи, поэтому вместо тронного зала, блондин нас повел по многочисленным коридорам.

— А, что каждый может ходить, куда ему вздумается? — спросила я.

— Не совсем, но мы с твоим лордом на хорошем счету у короля, — бросил Хирон, заглядывая в какую-то дверь и осматривая помещение. Увидев то, что он искал, он нырнул вовнутрь, а мы последовали за ним.

Это оказалась кухня. В ней было жарко, многоэльфно, вкусно пахло выпечкой. Среди работников кухни я увидела дроу и людей. Впервые я столкнулась с рабами в Даркмаре, и почему-то мне было неловко смотреть на них, словно моих вершковских загнали служить, а я повелеваю.

— Я ищу Триэля, где он? — громко спросил Хирон, перекрикивая шум.

Одна из посудомоек глянула недовольно на него, но все же прервала свое занятие, которое заключалось в чистке огромного чугунного котла, вытерла руки о фартук и вышла в какую-то подсобку. Вернулась женщина вместе со светлым эльфом, который удивленно смотрел на визитеров.

— Лорды? Что? — он выглядел настороженно и немного испуганно.

— Выйдем, кивнул головой Хирон, и через секунду мы все вчетвером стояли в коридоре, покинув кухню для приватной беседы.

— Покажи клеймо, — сказал Талсадар, а Триэль вытянул руку, показав запястье. Мы все синхронно склонились над его рукой, увидев, что рисунок даже отдаленно не напоминал форму звезд.

— Это рабская печать принадлежности короне. Ты другое клеймо покажи! — рыкнул Хирон.

— Лорды, вы про какое?

— Родовое, — ответила я, а светлый улыбнулся.

— Так вам, видимо, наш аристократ нужен местный. Шарсиэль, — облегченно вымолвил он. — Вот у него есть клеймо, он из какого-то очень древнего рода. Сам рассказывал.

Все напряглись, особенно Хирон, который выглядел, как гончая, взявшая след:

— Да, возможно, это тот, кто нам нужен, — протянул блондин. — Где он?