Алена Реброва – Пути неисповедимых (страница 20)

– У моей жены ручная крыса, – ответил Дейк.

– Крысу можно. Отойдите, чтобы вас не задело.

Мы послушно отошли подальше от ворот. С той стороны послышались крики мужчин, потом напряженное пыхтение и, наконец, тяжелые ворота распахнулись, оставляя за собой борозды вспаханной земли.

– Входите, – к нам встречу вышел тот самый сторожила. Вместе с ним было примерно восемь мужиков, все как на подбор крепкие мускулистые воины с глазами, не выражающими ничего, кроме враждебности. Сторож же был почему-то тощий, в длинной грязной рубахе, подпоясанной тонкой веревкой, шерстяных штанах, босиком и, ко всему прочему, в нелепой шляпе.

– Чувствовать себя как дома не советую, на особый почет не рассчитывайте, – сказал он, подойдя к нам. – Проспитесь в сарае вместе со скотиной, жрать будете то же, что и все.

– Нас устраивает, – кивнул Дейк, слезая с лошади.

– Тогда проходите, – махнул рукой сторожила. – Меня здесь зовут Сиплый, я, так это сказать, здешний сторож, дозорный и дипломат, – весело объяснил, когда мы оказались за стенами.

Место, куда я попала, в корне отличалось от моих представлений о кроличьей ферме. Забор был не таким уж длинным, потому я думала, что площадь, ограждаемая им, тоже небольшая, – что ж, я ошиблась. Огромную территорию, другой конец которой я едва могла различить среди построек, ограждал не только забор, но и скалы, которые я умудрилась не заметить, находясь снаружи.

Само место больше походило на лагерь. Здесь было около сорока небольших деревянных домиков, несколько больших сооружений, некоторые из которых были в два этажа. Десяток сараев, одна конюшня и одно странное здание, сделанное из камня, в нем не было окон и имелась только одна дверь, почему-то железная. По всему лагерю расхаживали торопящиеся куда-то обнаженные по пояс мужчины с оружием. Копья, колы, топоры, боевые косы, огромные тесаки, ножи, кинжалы, дротики, самодельные луки и орудия, названия которых я просто не знаю… Господи, да что они делают с несчастными кроликами!?

– Кроличья ферма? – Дейк посмотрел на Сиплого, выгнув бровь. – И давно кроликов копьями убивают?

– Конечно, это не ферма, – улыбнулся сторожила тремя золотыми зубами. – Хотя когда-то была, я еще помню те времена.

– А что здесь сейчас? – спрашиваю, с любопытством вглядываясь в каменное здание.

– Твоя баба слишком много болтает, – презрительно сплюнул старик прямо мне под ноги. У меня от возмущения уже рука поднялась, но Дейк остановил меня подзатыльником. – Не ведьма ли?

– Да вот воспитываю, как могу, только она из диких, не понимает ничего, – грозно посмотрел на меня. – Штаны вон носит, на коне ездит, ноги раздвинув, ругается, пьет, трубку курит…

– Эх, дикие-то они такие, – ухмыльнулся Сиплый, поведя нас, наконец, к сараю. – С Равнин небось?

– А как же!

– Хе-хе-хе, зачем же в жены взял-то? – полюбопытствовал старик.

– Баба в пути завсегда пригодится, а эта неприхотливая, все стерпит, – просто объяснил рыцарь.

– Ну да, ну да, – покивал сиплый. – А вот он и ваш сарай.

Место ночлега оказалось вполне нормальным. Животных там не было, видимо, его использовали как раз для хранения сена.

– Скотину привяжете снаружи, а сами здесь, – объяснил старик. – Вы вообще вовремя пришли, у нас ужин вот-вот. Ха, как унюхали!

– Надеюсь, детям можно есть вашу пищу? – спросил Кудеяр, ведущий за руки двойняшек.

– Ну, коли они глотнут кактусовой настойки перед тем, как есть, то ничего им не сделается, – пожал плечами старик, поглядев на детей.

– Л-люди! – раздраженно выругался Кудеяр, закатив глаза.

– А кто он такой? – заинтересованно спросил старик, указав пальцем с черным ногтем на нелюдя. – Чудной какой…

– Лучше не знать, – предостерегаю старика, но опять получаю подзатыльник от Дейка.

– Молчи, женщина, когда мужчины говорят!

В ответ я только пихаю Дейка в бок локтем.

– Хе-хе-хе, – опять противно захихикал старик. – С огоньком девка! Ладно, привязывайте лошадей и поведу вас в нашу столовую, а то вас там никто ждать не станет.

Мы сделали так, как сказал этот мерзкий Сиплый, и пошли за ним в столовую, которая представляла собой длинный навес, под которым находились столы, поставленные впритык друг к другу, и лавки. На столах в мятых железных блюдах лежали куски запеченного мяса какого-то животного, кое-где встречались глубокие миски, полные слизистой зелени. За столами уже сидело около сотни мужиков, все они громко ругались, хохотали и били кулаками по столешницам.

От вида этих подвыпивших обезьян мне стало как-то не по себе, и я невольно стала держаться поближе к рыцарю.

– О чем я и говорил, – шепнул он мне.

– Вон там командир, с ним сядьте. Он с тобой, рыцарь, поговорить хотел, – сказал Сиплый, подтолкнув нас к самому краю навеса, где сидел угрюмый мужик, лысый и с выгоревшей бородой.

Мы пошли к нему и уселись напротив. Кудеяр с детьми сел с самого края, я устроилась между ним и Дейком.

– Так вы, значит, гости, – пророкотал мужик, откусывая от куска мяса значительную часть, хрустнув при этом попавшейся костью. Он внимательно изучал нас.

– Мы, – невозмутимо кивнул Дейк. – Вы, уважаемый, хотели видеть нас?

– Да. Ешьте, не стесняйтесь, – указал на блюдо в середине стола. – Детям и женщине я велел принести воды.

Я собралась сказать, чтобы мне тоже принесли кактусовой настойки, которую я еще не пробовала, но Дейк поднял руку, и я промолчала, взглядом пообещав ему все припомнить.

– Меня зовут Жаг и я здесь, как вы уже поняли, главный, – объяснил мужчина, громко разгрызая еще одну кость, попавшуюся под мясом. Он специально, что ли?…

– Дейкстр Донан, – представился рыцарь.

– Кудеяр, – бросил царевич, занятый детьми. Он даже не посмотрел на главаря этой странной фермы.

– Где мы? – спросил Дейк, беря с блюда кусок мяса. Я последовала его примеру, за нами потянулись дети и, в конце концов, Кудеяр, который позеленел уже от одного вида пищи.

– Это оборонительный лагерь, – начал рассказ Жаг, сделав большой глоток из своей кружки с мутной белесой жидкостью. – Здесь и впрямь была ферма еще каких-то десять лет назад, но потом хозяева разорились из-за местных тварей. Территорию заселили добровольцы, которых я собрал из тюрем и каторг со всего Тангея. У нас есть свое хозяйство, примерно тысяча кроликов и огород, тем и живем. Раз в год нам привозят материалы для строительства и оружие.

– А от кого вы защищаетесь в пустыне? – поинтересовался Дейк. – Границы достаточно далеко отсюда, а здесь настоящая пустошь, зверей нет, не то что людей!

– От тварей мы защищаемся, а не от людей, – усмехнулся Жаг. – Ты ведь из ордена Черного дракона, верно мне передали?

– Да, – кивнул рыцарь и показал медальон.

– Тогда ты не мог не заметить, что в последние годы от нечисти, нежити, чудовищ и прочих бед стало слишком много, – она наклонился к рыцарю, заговорив тише. – Они стали агрессивнее, набрасываются на людей просто так, даже когда сыты! В пустыне и раньше было тяжело из-за них, теперь же… Их в разы больше, они крупнее и сильнее, кровожаднее, готовы пойти даже в огонь, лишь бы убить! Прямо за пустыней есть город, куда эти гады непременно отправятся, если мы их не сдержим. Каждую ночь, в последнее время даже днем мы выходим на охоту и сталкиваемся с отрядами монстров. Эти твари стали настолько умны, что используют орудия труда убитых! Недавно они построили мост, к которому вы, видимо, и идете.

– Что!? – рыцарь едва не подавился кактусовой настойкой.

– Мы идем по пустыне уже второй день и на нас никто не напал, – сказал невозмутимый царевич. – Наша ночь прошла спокойно, если не считать того, что мы нашли детей, едва убежавших от бандитов, которые напали на повозку их семьи.

– Какие здесь бандиты, юноша!? – возмущенно сплюнул под стол Жаг. – Да ты руку высунешь за ограду ночью – отцапают, и моргнуть не успеешь! Эта пустыня кишит нечистью! Ни бандитов, ни повозки, ничего бы от них не осталось в первый же час пути!

– А наше появления и живых детей как ты объяснишь? – нахмурился Кудеяр, которого издевательски обозвали юношей. И хотя ему было всего каких-то двадцать два, выглядел он определенно постарше.

– На вас они не нападали, потому что с вами был тот ящер. Он крупнее любой нечисти, обитающей здесь, – решил ветеран, обсасывая очередную кость. – А вот дети… понятия не имею, почему они остались живы. Даже предположений нет о том, как они могли выжить, как их родители могли оказаться в этой местности и как бандиты могли сюда пробраться! Это просто невозможно!

– Я бы заметил, если бы к нам кто-нибудь приблизился, – продолжил царевич. –Ни одна тварь не ускользнет от охотника-сенари, связанного с тенью и ветром.

– О, как запел! – весело протянул Жаг, ухмыльнувшись. – Ты, видать, сынок наложницы одного из этих охмаражских ублюдков? Оно и видно, волосы у тебя чудные… Но еще б ты засек этих монстров, ушастый! Они не на земле и не на скалах, не среди деревьев! Они в пещерах и под землей, дурень! Ты шел, а на глубине трех метров под тобой вилась стая жарыгов, сходящих с ума от запаха твоей крови и биения твоего сердца! Ты понял бы, что они рядом, только тогда, когда они вылезли бы и кинулись на тебя.

– С землей я не связан, – признался царевич.

– То-то и оно, – кивнул главарь. – Мне вам врать незачем.

– Так, ты на полном серьезе говоришь мне, рыцарю Ордена, что нечисть построила мост? – спросил Дейк, придя в себя.