Алена Реброва – Пути неисповедимых (страница 17)

Когда дело пошло к сумеркам, мы ехали вдоль бесконечного на вид обрыва. Останавливаться было негде, потому мы продолжали путь до тех пор, пока совсем не стемнело. Тогда мы, наконец, вышли на более ровную холмистую местность, на которой можно было найти не только более-менее достойное место ночлега, но и высохшие кусты как раз для костра.

На ночь мы расположились под высоким холмом, укрывающим от сильного в этих местах ветра.

Отправив Леопольда собирать ветки, а Сашу на охоту, мы с Дейком принялись расчищать местность от ветоши и среднего размера камней, разбивать палатки.

Леопольд мастерски разделал четыре тушки каких-то мохнатых зверьков и натер их приправами, купленными Дейком еще утром. Кудеяр заворожено наблюдал за процессом готовки, а потом вдруг встал и принялся рыться в сумка на спине Мафусаила. Оттуда была выужена какая-то фляга. Царевич откупорил ее, закатил глаза от удовольствия, вдохнув запах, а потом протянул флягу Леопольду.

– Смажь этим мясо, будет вкусно, – пояснил Кудеяр оборотню, не понимающему, чего от него хотят.

– Хм, – задумчиво промычал Леопольд, нюхая жидкость. – Что это такое? Ни в одной книге не встречал подобного, а уж я-то знаю все возможные приправы!

– Это из Охмараги, ты и не мог ничего о ней слышать, – кивнул царевич. – Мать подарила, сказала, что меня будет первое время рвать от вашей никчемной еды, и я должен добавлять в пищу это. Вам она понравится.

– Пахнет хорошо, – согласился Леопольд и вылил немного желтоватой жидкости с разными листочками и маленькими красными ягодками внутри на руки. Обильно обмазав все тушки, оборотень положил их в котелок, куда перед этим добавил немного масла. Коснувшись раскаленных стенок, мясо тут же запузырилось и покрылось желтоватой корочкой. Видимо, это как раз от приправы Кудеяра.

Довольно поглядев на готовящийся ужин, Леопольд превратился в крысенка и начал тщательно умываться. Когда от приправы и крови не осталось и следа, оборотень вновь стал человеком, только уже чистым.

– А ты когда-нибудь моешься? – полюбопытствовал царевич, внимательно пронаблюдав весь процессом. – Или только вылизываешься?

– В зависимости от ситуации, – объяснил Леопольд. Усевшись возле меня, он принялся переплетать растрепавшуюся за день косу. – Сейчас воды нигде нет, так что и выбора у меня тоже нет.

– Ясно, – кивнул царевич. – Ты странное создание. По твоей ауре тебя абсолютно не отличить от обычного животного, она меняется вместе с телом и в ней не появляется ничего, что говорило бы о наличии других ипостасей… Это удивительно! Что ты с собой сделал, чтобы быть таким?

– Родился, – хмыкнул оборотень. – Мой отец был проклят.

– Интересно, – кивнул Кудеяр, а потом повернулся ко мне: – Ну а ты, ведьма? Что с твоей рукой? Ты так ничего и не рассказала мне!

– И не буду, – удивленно смотрю на царевича. – Это не твое дело.

– Эй, хватит пререкаться, ужин готов! – объявил рыцарь, протыкая одну из тушек тонкой острой палочкой.

Эти слова подействовали, как заклинание, мы умолкли и с жадностью уставились на куски ароматного мяса. Разделив все это великолепие между нами и питомцами Кудеяра, мы принялись за еду, предварительно поставив на огонь чайник с травами.

– Мясо действительно получилось потрясающее! – похвалил Дейк то ли стряпню Леопольда, то ли приправу царевича.

– Я же говорил, – сказал Кудеяр, откусывая от одного из кусков.

После еды, когда голодный желудок каждого наполнился, мы умиротворенно развалились около костра с кружками псевдочая. Даже вечно угрюмый царевич, кажется, был доволен. Он лег на землю и блаженно замурлыкал, так, что земля начала вибрировать. К нему присоединилась пантера, улегшаяся ему на грудь, и оба они стали сотрясать воздух своим громоподобным «муррр».

Небо постепенно чернело, вскоре все, что находилось дальше от костра, ушло в темноту. Вокруг стало холоднее, промозглые ветра с уходом солнца стали сильнее, словно почувствовав свою силу. Среди этого свиста мы все вдруг ясно различили еще один, который вызвал холодные мурашки страха на коже и нервную дрожь.

– Волки? – насторожился Леопольд, по-звериному поведя носом по воздуху.

– Если бы, – помрачнел Дейк, поглядев в темноту. – Не просто так боятся пустынь Тангейя. Здесь водятся твари похуже волков.

– Нам нечего бояться, – усмехнулся Кудеяр, едва сдерживая дрожь на плечах. – К моему огню они не подойдут, а если осмелятся, то у Мафусаила будет плотный ужин.

– Чего дрожишь? – спрашиваю у царевича.

– Мерзну. Я привык к теплу Охмараги, а з-здесь… здесь ужасно холодно, – объяснил он, прикладываясь к своей кружке с горячим отваром и кутаясь в меховой плащ. – Ненавижу холод.

– Да уж, – кивнул Дейк, прижимаясь боком ко мне. – Холодно. Спать лучше всем вместе, так не замерзнем.

– А мне обязательно спать человеком? – спросил Леопольд, тоже ежась.

– Да! – хором ответили мы с рыцарем.

– Ты совсем не бываешь в нормальном состоянии. Скоро на двух ногах ходить разучишься, – проворчал Дейк, подкидывая веток в костер.

– Но я же замерзну! – запротестовал оборотень.

– Укутаешься плащом, прижмешься к нам и не замерзнешь, – пресек все возражения рыцарь. – Ты хочешь стать человеком или озвереть в конец?

– В шкуре теплее, – обиженно заметил Леопольд, обнимая колени.

– Ладно, давайте спать, – вздохнул Дейк, прицеливаясь и закидывая свою кружку точно в котелок.

– Мафусаил! – позвал своего дракона Кудеяр.

Как только тот прилетел, царевич велел ему лечь прямо у подножия холма. Мафусаил лег, свернувшись широким кругом, и мы все устроились рядом с животом ящера, как за забором.

Дейк по неизменной традиции лег рядом со мной и обнял, закрыв плечом от ветра. Леопольд устроился спиной к спине с рыцарем, а Кудеяр завалился спать, прижавшись спиной ко мне и обняв свою пантеру, которая легла с самого края. Все мы укрылись с головы до пят плащами и так приготовились провести ночь.

Кроличья ферма

Сложно сказать, сколько времени я проспала, прежде чем проснуться. Кудеяр, на чей широкий меховой плащ я улеглась во сне, ни с того ни с сего вскочил, резко дернув шкуру за собой. Перевернувшись в воздухе, я больно упала на голую землю.

– Ай! – невольно вскрикнула я, хватаясь за голову. Чую, светит мне большая шишка на затылке…

Поднял меня посреди ночи, засранец!

– Что это за звуки? – пробормотал Кудеяр, поднимаясь.

– Ветер, наверное, – говорю, сев на земле. Удивительно, но ни Дейк, ни Леопольд не проснулись от моего вскрика, оба спали, как убитые.

– Нет, не ветер, – помотал головой царевич. Настороженно растопырив свои длинные уши по ветру, как локаторы. – Это… как будто дети плачут.

– Откуда здесь могут быть дети? – недоуменно спрашиваю, прислушиваясь. В отличии Кудеяра, я не различала никаких подозрительных звуков… хотя, возможно, виной тому звон в ушах после удара головой. Из-за него я и себя не очень-то хорошо слышу. – Ложись спать, тебе примерещилось.

– Тс! – шикнул на меня царевич, приподняв уши повыше. – …Вот, опять! Звук идет оттуда, – указал куда-то вперед. – Там точно кричат дети!

– А это не могут быть твари, заманивающие нас к себе своими изменчивыми голосами? Я слышала, что тут и такие водятся…

– Возможно, – неуверенно сказал Кудеяр, призадумавшись. – А если это все же дети? Судя по голосам, им лет восемь-девять… почти как моим сестрам.

– Предлагаешь пойти проверить? – спрашиваю, до последнего надеясь, что никуда идти не придется.

– Да, – твердо сказал царевич, разбив все мои надежды. – Пойдем вдвоем, незачем будить этих, – кивнул на спящих. – Я справлюсь с любой тварью, если понадобиться, а ты детей успокоишь. Меня они испугаются не меньше, чем стаю волков…

– Ладно, пойдем, – вздохнув, я поднялась с земли.

Глянув на спящих и молча им позавидовав, я еще раз вздохнула и, кутаясь в плащ, последовала за длинноухим царевичем, в котором посреди ночи вдруг проснулось благородство.

Лунного света вполне хватало для того, чтобы различать крупные предметы на несколько десятков метров вокруг… но только не камни на земле, о которые я то и дело спотыкалась и в итоге отставала от Кудеяра. Растопырив свои локаторы, царевич уверенно направился в сторону слышащихся ему звуков. Он как будто заранее знал, где ему попадется камень или ямка, быстро обходил все препятствия.

– Они совсем рядом! – вдруг воскликнул царевич и перешел на бег. Я устремилась за ним, пытаясь если уж не догнать, то хотя бы не потерять Кудеяра из вида. Создавать в этом месте магические шарики определенно не стоило: мало ли, кого привлечет свет?

Мы пробежали еще около трехсот метров, а потом вдруг выяснилось, что мы двигались прямо к холму, который резко обрывался. Тренированный нелюдь мгновенно сгруппировался и спустился вниз по крутому склону без всяких затруднений. Я же, пытаясь затормозить, споткнулась у самого края, упала на землю и красиво покатилась вниз по веткам, острым камням и кочкам… Когда я добралась до основания холма, все тело напоминало избитый и изрезанный мешок с костями. Лицо и голову я, слава всем богам, все же смогла вовремя закрыть руками, потому сотрясение мозга или уродливые шрамы мне не грозили. К сожалению, о черных синяках, вывихах и даже переломах того же сказать нельзя.

Кудеяр, пронаблюдав мое падение, тяжело вздохнул.

– Как ты вообще дожила до своих лет? – удивленно спросил он, помогая мне подняться. – Ходить можешь?