Алена Медведева – Суженая (СИ) (страница 16)

Он, несомненно, о своей работе! На наше несчастье, для него очень важна избранная стезя. Смогла бы и я ради своего профессионального долга избежать искушения увидеть новый мир? Вряд ли…

Получив нежданную возможность узнать карангарца чуть ближе, я вдруг устыдилась собственного нежелания принять его требовательность. Я немногим не возненавидела его за период обучения, но можно ли осуждать за неукоснительное стремление к идеалу? Тем более в собственной профессии? Пусть даже объекты обучения – такие неумехи, как я. Муэн Тоон не виноват, что ему поручили из кадетов гражданского сектора сделать боевиков.

– Мне только хотелось бы верить, что эти причины не навредят моему миру, – тихо шепнула я, поднимаясь навстречу распахнувшимся дверям.

Он понял, возможно, знал о слухах насчет тайных карангарских интересов, что циркулируют у нас.

– Нола, вы можете быть уверены – я не замышляю зла, не держу в голове скверных планов для землян!

Этим неформальным заявлением Муэн Тоон заставил меня окончательно осознать, что сегодня мы вне привычного режима учебного процесса. Куратор порывисто обхватил мою руку ладонями. Голос его звучал подходяще – с жарким желанием убедить. Это прикосновение сломало лед моей скованности, и я решила: сегодня выходной, а значит, мы не преподаватель и кадет. Мы просто двое напарников по интересному приключению длиною в сутки.

– Спасибо, что сказали мне об этом.

Невольно по губам скользнула улыбка – при более близком знакомстве наш неугомонный куратор совсем не так жуток и даже весьма искренен.

– Тогда, – словно почувствовал мое настроение, – может быть, перейдем на «ты»? Нола?..

Он давно начал называть меня по имени, а сейчас предлагает делать это и мне?! Ого… А смогу?.. Надо попробовать.

– Да… – стушевавшись, я куда более робко добавила: – Муэн.

Сработала та самая чертовщинка, что еще в детстве подвигала на приключения. Странное дело, но мне вдруг начало нравиться. Глубинного возбуждения и необъяснимого трепета, накрывавших меня с головой на пересдачах, не было. Может быть, дело в другой обстановке, мы не заперты вдвоем в тренировочном зале, но сейчас я чувствовала себя рядом с ним спокойно. В каком-то смысле равноправно. Это придало уверенности.

Губы Муэна раздвинулись в широкой улыбке – ему такой ответ точно понравился. Пока я зачарованно любовалась этим чудом – улыбкой сурового преподавателя, он обхватил мою ладошку и заговорщицки напомнил:

– Завтракать?

– А давай! – И вслед за мужчиной решительно шагнула из переместительной кабины, чтобы тут же удивленно выдохнуть.

Почему-то решила, что мы отправились в упомянутый ранее ресторан в облаках. Место, несомненно, элитное и претенциозное – еще бы, оно же возвышается над всем космополисом, за один вид из окна полагается существенная надбавка к ценнику в меню. Впрочем, карангарский адмирал как никто другой должен подходить по статусу такому заведению. К счастью, Милена убедила меня нарядиться в платье – не буду совсем уж белой вороной, возможно, что-то даже проглочу под всеобщие недоуменные взоры.

Так думала я за миг до того, как покинула переместительную кабину. Но первый же взгляд вокруг заставил ошеломленно воскликнуть:

– Где это мы?!

Мне вдруг показалось, что я… дома. В одном из укромных двориков-беседок посреди диких виноградников, которыми изобиловала местность, где я выросла. Те же домики из грубо отесанных, теплых от солнца камней, высокие заборы, увитые лозой с гроздьями поспевающих ягод. Они забирались так высоко, как могли, цепляясь за малейшую выбоину или веточку, и в итоге смыкались над головой дарующим тень пологом.

И деревянные, выбеленные временем стол и скамейки, куда так и тянуло присесть после трудного дня в поле.

– Мы точно на Луне? – сама себе задала я вопрос.

Запрокинув голову, постаралась разглядеть хоть что-то сквозь крышу из виноградных листьев. Не сразу, но распознала где-то очень высоко гигантскую спираль космополиса и едва различимую дымку накрывающего купола. Выходит, мы у самого подножия города? Где-то в самом его «подвале»? Но все же на Луне, пусть кто-то и постарался доподлинно воссоздать здесь уголок «моей», простой и естественной Земли.

– Приятное место? – Придержав под локоток, Муэн Тоон подвел меня к столу. – Тебе оно что-то напомнило? Не удивляйся, его владелец, как и ты, родился и вырос в натурализованной общине на Земле. И даже обосновавшись на Луне, не смог полностью расстаться с миром детства. Пробует разводить здесь виноград и делать домашнее вино. Как я понимаю, оно отличается от земного, все же освещение искусственное, но…

– Погодите! – перебила я, вникнув в слова. – А вы… ты откуда знаешь про это место? И про мое детство?

– Давай для начала закажем еды?

Успокаивающе сжав мою ладонь, маран нырнул в дверной проем, привлекая мое внимание к витающим вокруг одуряюще аппетитным ароматам. Хлеба, сыра и мяса… Таким знакомым, как в детстве, запахам натуральной еды.

Не сдержав восторга, я блаженно прикрыла глаза. Волшебно…

– Никакой синтетики, – подтвердил Муэн, вернувшись с подносом со снедью, – мой друг и хозяин этого места ее не признает. Продукты получает с Земли, не пользуется пищевой органикой, произведенной системами космополиса. Мы заочно знакомы много лет, поддерживаем дистанционную связь. Что до тебя, то, разумеется, я изучал личные файлы своих кадетов.

Устроившись на скамье напротив, мужчина придвинул к себе тарелку с похлебкой. Я не отставала, уже зачерпнув варево из своей. Как же вкусно…

Какое-то время мы молчали, занятые едой, но молчание было уютным и безопасным. Или это мои вкусовые рецепторы сошли с ума от восторга, приглушив осязательными ощущениями все сторонние мысли?

– А где он? Хозяин этого места? – немного позже вспомнила я о вертевшемся в голове вопросе.

Желание поблагодарить за чудо и мгновения абсолютного счастья переполняло душу.

– Предпочитает оставаться в тени, – после небольшой паузы пояснил Муэн. – Ты же понимаешь, дружба с карангарцем… А ты – пусть и гражданский специалист, но кадет звездной академии, в будущем тебе предстоит претворять в жизнь планы своей цивилизации… – Снова смолк, позволяя мне додумать главное: благодатные годы обучения пройдут, мне предстоит работать на одном из военных звездолетов конфедерации, и кто знает, что ждет нас всех в будущем? Можно ли винить того, кто не стремится афишировать свою дружбу с одним из вероятных противников? – Хозяин приготовил для нас еду и вино, разрешил провести здесь время. Тебе понравилось это место?

Не имея сил выразить всю гамму охвативших меня чувств, я только молча кивнула.

Наполнив бокалы светлым шипящим напитком, Муэн протянул один мне. Встал и, поманив за собой, подхватил тарелку с нарезанным сыром. Шагнул в сторону, привлекая мое внимание к широкому гамаку под тенью лозы. Неуверенно двинулась следом.

– Побудем еще немного в тишине? – предложил карангарец, придерживая гамак, пока я усаживалась с краю.

Сомнений не было, была уверенность – он понимает, что я сейчас ощущаю. И не испортит это волшебство пробудившейся ностальгии грубостью. Стоило устроиться, как Муэн, передав мне тарелку, вытянулся рядом.

Между нами осталось достаточно свободного пространства, чтобы не ощущать себя настороженно. Позволив себе расслабиться и перестав соотносить отдыхающего рядом мужчину с суровым преподавателем, гоняющим меня на занятиях, я медленно отпивала вино, радуясь и его знакомому вкусу.

Умиротворение и покой снизошли на меня. Как-то мимолетно подумала о Курте – с ним я точно не оказалась бы в этом месте. И к лучшему, что он не смог отправиться на прогулку.

– А почему ты улетела оттуда?

Не требовалось уточнять, я знала: Муэн говорит о доме. Свой нетронутый бокал он так и вертел в руке.

– Мне было хорошо там, – сразу призналась я, рука невольно затеребила под тканью платья камешек, что подарила бабушка. Или причина в дурманящем эффекте вина, или мне подсознательно хотелось довериться карангарцу, но я говорила искренне, признаваясь и себе, и ему. – Но с детства, сколько себя помню, хотелось чего-то большего. Такая странная и неутихающая тяга в душе. Даже потребность к чему-то другому. Чему, я и сама толком не могла понять, но сидеть на месте мне не позволил странный зуд нетерпения. Не поверишь, меня всегда тянуло отправиться куда-то в неизвестность. Думаю, я создана для работы в космосе. Вот серьезно, не пойми неправильно, но Земли мне мало.

Только выплеснув из себя признание, поняла, что мой безмолвный слушатель лежит, повернувшись ко мне лицом. И пусть выражение его глаз скрывал экран шлема, губы чуть подрагивали, как если бы он сдерживался, чтобы не ответить мне.

– А назад?

– Вернуться домой? Вот сегодня вдруг захотелось, – улыбнулась я. – На летние каникулы в этом году полечу.

– Нола, сколько тебе лет?

Почему он спрашивает, раз видел мой личный файл? Но я ответила:

– Исполнилось двадцать четыре… А тебе?

Взгляд скользнул на его волосы, заплетенные в тугую косу. Вдруг я вспомнила рассуждения Милены про его матримониальный статус. Что, если в самом деле я валяюсь на одном гамаке с женатым мужчиной?

Опомнившись, резко села. Кошмар, чем я занимаюсь? Еще и болтаю всякую ерунду!

– Наверное, нам пора?

Я суетливо отставила почти пустой бокал, ощутив неловкость и осознав, что маран так и не ответил.