Алена Медведева – Половинки из разных вселенных (страница 14)
– Вот, – спокойно пояснил он, – пока придется пожить тут.
«И куда делось все его бахвальство?..»
Я оглянулась. Увиденное, мягко говоря, не впечатляло. Комнатой назвать это было трудно. Узкое «помещение» в ширину достигало полутора метров, в длину – метров трех-четырех. Внутри была вырублена полка-ниша, заполненная каким-то барахлом, каменный выступ с тюфяком выполнял функцию кровати и занимал большую часть жилья.
«Какое счастье, что для меня все это уже не имеет значения!»
Настойчиво коснувшись его руки, я указала на свой намордник, жестами демонстрируя, что хочу от него избавиться. На этот раз он согласно кивнул и, притянув меня ближе, осторожно плеснул мне на подбородок водой из кружки, стоявшей на полке. Затем плавными движениями начал отламывать застывшую массу, освобождая мое лицо. Вокруг было тихо, поэтому каждый хруст казался невероятно громким. Внутренне подобравшись, я приготовилась, как только вернется возможность речи, сразу же озвучить пароль активации капсулы.
И вот упал последний осколок. Я, с трудом размяв затекшую от неподвижности челюсть, разлепила губы:
– Ква-к… – договорить мне не дала стремительно дернувшаяся рука арианца. Сильные пальцы, сжав подбородок, удержали меня от завершения фразы.
Бешеные глаза уставившегося на меня Даргэна светились синим!..
Глава 8
Стало страшно и… холодно. В этих подземных тропиках меня прошибло ледяным ознобом от выражения глаз арианца…
«Как он понял, что я собираюсь сделать?..»
Взгляд был властным, сильным и угрожающим. С кем я связалась? Да меня сейчас, как маленького зверька… Додумать дальнейший сюжет своей эпохальной кончины мне не дали.
Все так же удерживая мою челюсть рукой, арианец другой резко развернул меня, прижав спиной к своей груди. И… начал принюхиваться к коже плеча. Если бы я не была так напугана, может быть, смутилась бы от одной только мысли о том, как «благоухаю». Но сейчас подобные мелочи меня беспокоили значительно меньше, чем поведение мужчины.
Решив отчаянно сопротивляться всему, чему бы он ни захотел подвергнуть меня, я начала извиваться в его хватке и пинать по его бедрам своими полусогнутыми ногами. Учитывая, что, прижатая к его груди, я оказалась висящей в воздухе, сопротивляться было сложно. Да еще и арианец, видимо, чтобы не мешала ему своими дерганьями, решил приструнить меня. Сначала просто слегка щелкнул хвостом по моей лодыжке, но когда эта мера не оказала должного воздействия, просто обвил им сразу обе мои ноги. Ощущая себя практически связанной, я скосила глаза вбок, пытаясь понять, что он делает.
Арианец же, перестав нюхать мое плечо, о чем-то задумался… Неожиданно он прижался к коже ртом и осторожно прокусил ее одним клыком. Помня о том, как подобный маневр отразился на тарте, я возмущенно замычала, пытаясь опять вырваться. На коже выступила и набухла маленькая капелька крови, которую этот изверг… слизнул!
В изумлении от его действий, я даже прекратила извиваться, а вот арианец неожиданно взревел:
– Хочешь смерти? Как ты посмела?! – И уже немного более спокойным тоном: – Значит, у моей земляночки есть острые зубки, что ж, это только делает игру интересней.
Кивнуть мне было сложно, поэтому я понадеялась, что он и сам догадается об ответе, исходя из ситуации.
– Твоя жизнь отныне принадлежит мне! – прямо над моим ухом, полуоглушив очередным рыком, снизошел он до пояснений. – Поэтому о гибели можешь не мечтать!
Мои ближайшие перспективы становились все туманнее, и, что самое обидное, я опять оказалась не в силах что-то изменить.
Вдруг прямо перед моими глазами появилась его рука с прокушенным пальцем, на котором тоже набухали капельки желтой крови. Даже не подумав испрашивать согласия, мужчина сдавил ладонью мое лицо, вынуждая приоткрыть рот и засовывая в него свой окровавленный палец!
– Иначе мне не избавиться от этой гадости в твоей крови! – странно, но голос звучал сочувственно…
Меня резко скрутило от адской боли: по венам точно прокатилась волна лавы, выжигая все на своем пути. Я бы наверняка уже упала и билась в конвульсиях, если бы арианец не поддерживал меня.
Боль отступила так же неожиданно, как началась, и я осознала, что мои разговорные функции больше ничего не ограничивает. Задыхаясь от злости, я закричала на него:
– Ты… Да ты!.. Да… Ква-ква! Ква! Ква-ква…
Мои попытки оказались напрасны. Не знаю, что он сделал, но ликвидатор не активировался! Это меня совершенно подкосило, под внимательным и слегка недоуменным взглядом зеленых глаз арианца я медленно осела на землю. Возможность воспользоваться блокадой была тем стержнем, на котором держалась вся моя надежда, вся уверенность, вся стойкость. Что же делать теперь? Я не представляю. Получается, мне придется пройти через все испытания судьбы, испив до дна чашу пленницы. Вспомнилась Тина со своими гаданиями…
– Как ты понял? – глухо, не поднимая головы, спросила я.
– Ты такая решительная была в то мгновение, когда рот открыла, такая сосредоточенно-отчаянная, словно в последний миг перед прыжком в огненный кратер, – не сразу, но ответил он.
«Гадство! Так глупо все провалить! Надо было квакать с улыбочкой и самым развеселым тоном, хотя… что теперь об этом думать…»
– Долго сидеть тут будешь? – усмехаясь, поинтересовался зеленоглазый. – Или, может быть, для разнообразия решишь сделать что-нибудь полезное для себя: поесть, помыться?
Несмотря на насмешку в голосе, по его скованным движениям я чувствовала, что он обиделся на мою попытку самоубийства, но виду не подал. Вот же странный! А чего он ожидал? Что я прямо с порога ему на шею брошусь?
«И о чем я думаю?! Мне же еду и купание предложили…»
Озвученные варианты казались самыми наипрекраснейшими идеями на свете. На сытый желудок и чистую голову думается всегда лучше. Поэтому я осторожно кивнула арианцу.
– С чего хочешь начать? – иронично уточнил блондин, продолжая стоять на месте.
Я задумалась. Желудок, по ощущениям, уже плотно приклеился к ребрам, но не мылась я так давно…
– Помыться, – неуверенно поглядывая на мужчину и каждое мгновение ожидая подвоха, ответила я.
Арианец согласно кивнул, потом быстро развернулся к единственной полке и принялся там рыться. Результатом поисков стал небольшой тканевый рулончик.
– Прости, что только это, – как-то напряженно протянул он, – я не ожидал твоего появления, не был готов сейчас…
Недоуменно прислушиваясь к его словам, я набралась смелости и спросила:
– Почему ты объясняешь мне все… я же «награда»? И почему говоришь так, словно мы заранее договорились встретиться?
Арианец нахмурился и отвел взгляд в сторону.
– Это странно… Ты – чужая. Не знаю, как объяснить, – словно бы сам себе пробормотал он. И уже глядя на меня в упор. – Ты можешь не опасаться меня!
На этом – все. Явно решив не продолжать дальше разговор, арианец подхватил меня под руку, вынуждая подняться и следовать за ним. Покинув помещение, мы опять куда-то спускались по нескольким безлюдным переходам, пока не оказались в крохотной пещерке с маленьким подземным озерцом, вода в котором была теплой. Вероятно, разновидность термальных источников? Получив реальную возможность, наконец, вымыться, я испытала огромное облегчение.
– А чем мыться?
– Вот, – он протянул рулончик, – тут ткань, чтобы обсушиться, и одежда, какая нашлась. А мыться… Видишь на стенах необычных улиток? Их надо оторвать и обмакнуть в воду, а потом, не сдавливая, потереть в нужном месте. Возникнет пена. Они выделяют на поверхность раковины какое-то мылящееся вещество. Здесь это единственное доступное нам средство.
Блондин философски пожал плечами, все еще продолжая держаться как-то натянуто. Обижен?..
– Я буду у входа, на случай, если кто-то придет, а ты – мойся!
И он решительно направился к выходу. Я же, не позволяя сомнениям одолеть себя, быстро разделась и, положив на камешек верпанский браслет, залезла в горячую воду. Присела, стремясь полностью укрыться в воде и скорее растворить скопившуюся на мне грязь. Улитки так улитки, сейчас я была на все согласна, лишь бы почувствовать себя чистой! Отмокнув сама и замочив у края заводи свое белье, я потянулась за местным «мыловаром», осторожно отлепляя его от скалы. Не знаю, что это было, но пенилось отлично. Я быстро вымылась и отстирала ту одежду, которая уцелела.
«Теперь предстоит помыть волосы».
Намыливая и пропуская пряди сквозь пальцы, я с грустью смотрела на последствия пережитого горя – стало очень жаль моей жгуче-черной шевелюры…
Обсушившись отрезом довольно грубой материи и закрутив в нее влажные волосы, я развернула одежду. Это было что-то среднее между рубашкой и платьем, а внешне походило на мешок с тремя отверстиями. Решив, что так лучше, чем вовсе без одежды, я решительно натянула одеяние. Сломанный палец, который до сих пор был скован по принципу гипса застывшей субстанцией верпанов, теперь распавшейся от воды, очень ныл. Надо будет туго перебинтовать его. Глубокая царапина на бедре и прочие повреждения и ушибы после купания саднили с новой силой. Но лучше потерпеть, чем продолжать зарастать грязью! И за эту возможность привести себя в порядок я должна поблагодарить арианца…
«А вдруг все еще сложится к лучшему, и не страшно, что блокадой воспользоваться не удалось?» О чем это я думаю?! Я же «награда»! Сейчас отмоет, откормит и использует… по назначению. Наверное, я такое «нечто» была, что сразу – побрезговал…