Алена Медведева – Иномирец. Дилогия в одном томе (СИ) (страница 39)

– А кто нападает?

– Неизвестно, выживших нет, поэтому и рассказать некому, – бросив взгляд через плечо на исчезающее за линией горизонта светило, угрюмо сообщила караванщица.

Упс! Вот это поворот! Мало того, что умыкнули, так еще и жизнью рискуй…

Я, выждав пока доргиня отойдет на приличное расстояние, свирепо уставилась на шаенга, который наконец-то отмер:

– Ты чего творишь? Что стоял как истукан? Сам же сказал, что тебя как дорга все воспринимают, так чего пугаться? Кто из нас еще внимание привлекает…

Шаенг смущенно и одновременно грустно взглянул на меня, но в ответ промолчал. И тут меня осенило:

– Ты стесняешься??! – моему потрясению не было предела.

– Кто же знал, что среди погонщиков есть женщина, – как-то растерянно пожав плечами, Нитрок вновь отвернулся к котелку.

– Погоди-погоди, – я уже закусила удила и собиралась докопаться до истины любой ценой, – ты же со мной разговариваешь… даже хамишь временами, а от нее почему дара речи лишился? Или понравилась?

Подойдя к костру и расположившись рядом с шаенгом, при последнем вопросе я интригующе взмахнула бровями.

– Дина – ты Связанная, а это – просто свободная женщина! – как слабоумной пояснил он мне очевидное.

Я недоуменно зависла, хлопая глазами и пытаясь постичь логику по– шаенговски. Вот не знаю обидеться или рассмеяться в ответ. Для начала разберемся!

– А ты Зов уже получал? – решила начать издалека.

– Нет, – как-то слишком нервно и быстро ответил шаенг.

– Точно? – подозрительно уточнила я.

– Да! – по рыку поняла, что он уже считает обморок моим лучшим состоянием.

Припомнив состояние Киена, решила уточнить:

– Тянет убивать женщин?

– До последнего момента не тянуло, – услышала в ответ намек. – А что сказали про Видение? – увидев отрицательно качнувшуюся голову, быстро поправилась. – Ну, хорошо, там было сказано, что ты Обряд провалишь, и Жертва предпочтет истерично удавиться на твоих глазах? – решила быть прямолинейной.

Шаенг подавился. Во взгляде, брошенном на меня, было уже практически обещание удавить меня, причем без истерики. Вот уж точно от любви до ненависти… В нашем случае – от ожидания. Решив приободрить его, пояснила:

– А ты думаешь легко жить, когда у тебя есть Связанная?

Задумчиво обежав меня пристальным взглядом, шаенг явно представил себе огромную вечность рядом и… дрогнул! Я в ответ довольно оскалилась всеми тридцатью двумя – вот нечего похищать без разрешения.

– Значит так, – шаенг глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться, – в Видении не было ни слова о том, что я провалю Обряд. И давай не будем больше об этом.

В следующий раз я постараюсь вести себя нормально. А сейчас кушай и не отвлекай меня. Если кто-то нападает на путников, я должен быть готов. Тебя я защитить обязан.

Оглянувшись кругом, поняла, что уже совсем стемнело. Все путники рассредоточились вокруг множества костров. Мы находились ближе к краю стойбища и, вглядевшись в темноту, я различила несколько силуэтов. Наверное, это и есть охрана каравана. Мой спутник, прикрыв глаза и медленно потягивая горячий напиток из кружки, настороженно прислушивался к окружающим звукам.

Спиной я чувствовала, что начинает холодать. Глубже натянув капюшон, я поежилась, наклоняясь к огню. Шаенг отреагировав на движение, открыл глаза.

Заметив мой озноб, недовольно покачал головой:

– Дина иди в повозку, там теплее. Пора спать. И не бойся, я буду охранять всю ночь.

Решив, что это лучше, чем путаться под ногами, согласно кивнула. Одним глотком допив свой напиток, поднялась и направилась к повозке. Шаенг шел рядом. Отдернув полог, поднял меня на руки и осторожно уложил на мой матрас, укрыв сверху одеялом. Отошел и вернулся со своим одеялом, им так же укутав меня. Потом, положив обе ладони по бокам от меня, прикрыл глаза и сосредоточился. Я тут же почувствовала, как меня окутывает тепло. Создав вокруг меня теплый кокон, Нитрок отодвинулся, собираясь обратно прикрыть полог.

– А можно так оставить? – попросила я.

Молча кивнув, он отошел, растворившись в темноте. Я, немного поерзав, подоткнула угол одеяла под голову и легла на бок. Положив одну руку на выступающий живот с ощущением приятной теплоты вокруг, я посмотрела вверх. Надо мной раскинулся купол очень ярких, но совершенно незнакомых звезд. Оба спутника отчетливо виднелись. Вот уже месяц как я в этом мире. И впервые чувствую себя одинокой. Как же мне не хватало Нургха.

Наступила ночь. Мы, разделившись на пары, быстро следовали вдоль дороги. Темнота позволяла нам в случае, если возникало подозрение на наличие искомых нами запахов, даже выдвигаться на дорогу и спокойно ее исследовать.

Несмотря на второе тело, в котором передвижение в темноте не было проблемой, среди доргов было не принято путешествовать ночью – караваны на этот период обычно останавливались на специальных стоянках, давая отдых ящерам.

Раса шаенгов обладает отличным ночным зрением, совместив его с нашим обонянием, получаем прекрасный результат для ночных поисков. Этим мы и пользовались, так как по времени мы отставали на сутки от Дины и ее похитителя. Нашему стремительному движению ничего не мешало вплоть до ближайшей развилки. Там дорога делилась на два маршрута, расходясь к разным сторонам материка и дальше двигаясь примерно параллельными курсами на юг до побережья Серебристого океана. Обе дороги по пути следования пролегали через ряд как крупных, так и более мелких поселений доргов. Причем большая часть поселений была сосредоточена на восточном маршруте, который проходил через достаточно лесистую часть материка. А именно в лесах дорги предпочитали селиться. Да и для каравана двигаться по лесным территориям было предпочтительно – лес лучше защищал от непогоды, служил богатым источником пищи как для доргов, так и для ящеров, изобиловал дровами для костров.

– Вероятнее, что их караван повернул на восток. Сейчас сезон холодных ветров и в открытом поле гораздо холоднее. Практически все караваны в это время идут восточным путем, – высказал очевидную мысль Ригард, когда мы все в раздумье застыли на развилке.

В принципе он был прав во всем, но… У меня было целых два «но». В первую очередь насторожило то, что, судя по следам и запахам, западным направлением в последние сутки активно пользовались, что в принципе странно для этого сезона. Но было очевидно, что часть караванов шла западным путем, причем в обоих направлениях. Настораживающая странность!

И еще… Пусть Нитрок использовал древний артефакт для подавления любого контакта Дины с нами, но все равно какое-то еле уловимое ощущение ее присутствия сохранялось. Едва ни на уровне подсознания, но я каким-то чудом улавливал ориентировочное направление ее местонахождения. Сейчас меня больше тянуло на запад. С другой стороны, сделав неверный выбор и отправившись не в ту сторону, мы потеряем время. А время сейчас играло огромную роль. Чем дольше мы их будем искать, тем больше шансов у сиреневоглазого затеряться с Диной на просторах материка и тем ближе появление новых жизней у моей Связанной. Так что права на ошибку мы не имели. Это понимали все.

– У меня ощущение, что они на западе, – я бросил вопросительный взгляд на целителя, спрашивая совета.

Киен стоял с открытыми глазами, но они были настолько пусты, что становилось ясно – он так глубоко погрузился в собственные ощущения, что вряд ли слышит нас. Но я ошибся. Внезапно моргнув, он внимательно посмотрел на меня и прошептал:

– У меня тоже!

Ригард переводя взгляд с Киена на меня, ехидно усмехнулся, но итог озвучил просто:

– Значит, двигаемся на запад.

Рултаргх согласно кивнул. Мне в очередной раз бросилась в глаза его очевидная молчаливость. Чувствовалось, что рубиновоглазого что-то гнетет.

Предпочитая выяснить все из первоисточника, нежели строить догадки, я послал

Ригарду мысль:

– Поменяемся. Теперь вы с Киеном побежите вместе, а я с Рултаргхом.

Последний несколько напрягся от нашей рокировки, но спорить не стал.

– О чем ты беспокоишься? – послал я четкую мысль.

– Не могу решить, как поступить – хочу помочь вам и сыну, но беспокоюсь и за своих – Киен не один был на грани, – стремительный бег не мешал нам общаться.

Понимая переживания главы рода, решил немного его приободрить:

– Нам ты и так помог достаточно, поэтому отправляйся в Рисварт.

Обстановка во всех родах напряженная, многочисленные провалы Обряда порождают злость и агрессию. Боюсь слишком тебя обнадежить, но, возможно, найдется выход из этого тупика. У Дины есть предположение на этот счет.

Киен же просил пятерых шаенгов присоединиться к группе дининых кровников для выполнения ее поручения?

Рултаргх согласно кивнул:

– Да, он просил отправить самых отчаявшихся… Сказал, возможно для них будет шанс. Так это касается обретения Связанных? Я счел, что он дает им возможность погибнуть достойно, не дожидаясь пока их поглотит безумие.

– Надеюсь, до этого не дойдет. Хотя и слишком надеяться на успех не стоит. Просто не отчаивайся. Я верю в Дину, ей как-то непостижимо удается менять наши судьбы к лучшему. Верь и ты. Для нас еще есть надежда.

Постарайся убедить в этом шаенгов своего рода.

Рултаргх надолго задумался. Я чувствовал сплошной поток его эмоций: неуверенность, растерянность, тревога и сомнения перекликались с удивлением, ожиданием и предвкушением. Обратил внимание, что пока мы разговаривали, практически добежали до территории безграничных лугов. Древесные рощи все реже и реже попадались на пути, а порывы ничем не сдерживаемого ветра усиливались. Обычно караваны тут запасались дровами – чурки для костров приходилось грузить в телеги для стратегического запаса, ведь найти древесину для костра в травяном раздолье было сложно. Среди караванщиков было принято даже собирать по пути сухой навоз, чтобы подпитывать им костер на стойбище.