Алена Медведева – Брачный капкан для ведьмы (страница 29)

— Мышь!!! — Завопила я, что есть мочи, рукой указывая в направлении позади кресел гостьи и нахала-инквизитора. — Спасите!!!

Для леди Розамунды эта новость стала заключительным ударом — дама, наконец-то, отключилась, обмякнув в кресле. А магистр, его коллега-маг и двое юных подмастерьев-магов самоотверженно кинулись спасать даму в моем лице от смертоносной угрозы. На считанные минуты стол остался в полном моем распоряжении, а ведьме большего и не требовалось!

Сказался знатный опыт — я частенько подливала зазевавшимся покупателям чего-нибудь в напитки, и твердая рука. К моменту, когда не обнаружившие грызуна мужчины вернулись — снадобье уже смешалось с вином в бокалах полуэльфа и леди Альгра.

— Не нашли, — с виноватым видом развел руками Тиарон, отвечая за всех.

— Видно, показалось, — раскаялась я, покаянно подняв взгляд к потолку.

Почти все…

Гостья заворочалась в кресле. Полукровка щелкнул над ее лицом пальцами, наверняка, активировав заклинание бодрости — и леди Розамунда не просто вернулась в реальность, но еще и обзавелась румянцем на щеках.

Теперь важно было не упустить момент: я приготовилась. Нельзя допустить, чтобы первыми, кого они увидят был не мой подлый «муженек». Детишки не в счет — зелье магического приворота так устроено, что на несовершеннолетних не действует. Нет, конечно, юным впечатлительным барышням, несущим мне звонкую монету, я говорю совсем другое, но… Кодекс чести ведьм, который мы с сестрами чтим более законов империи, тут неумолим: нельзя.

— Что ж, — едва все вновь обрели вид положенный и достойный, магистр, как и пристало хозяину застолья поднял свой кубок, — полагаю, все мы должны отметить это событие: отсутствие мышей во дворце!

Ушастый только вздохнул, поднимая свой кубок: одни проблемы с этой ведьмой.

— Лучше бы это было отсутствие кое-кого другого… — пробормотал он себе под нос, но среди присутствующих острым слухом не обладала лишь леди Розамунда…

Впрочем, мне было не до обид, наблюдая как гости пригубляют напитки. Торопясь, содержимое своего кубка я проглотила залпом, а затем, совершая привычный маневр, рухнула на пол, шустро забиваясь под стол.

Затаившись, прислушалась…

Недоуменное безмолвие поначалу не насторожило — частенько первой реакцией становилось потрясенное осознание свалившихся на голову чувств, когда ты еще все понимаешь, но сделать уже ничего не можешь. Но минута сменяла минуту, а тишина продолжала давить… Где же вскрики жарких признаний? Неужели… зелье просрочилось?

— Дорогая жена? — Подал первым голос «заботливый» супруг.

— Госпожа Картрама? — Судя по голосу, заволновался Лариус.

— У вас судорога? — Уточнил практичный Торотон.

— Может стул не выдержал? — С явной надеждой предположил полукровка.

А я со всей отчетливостью сообразила: не сработало. Не сработало, ведьмина ты колода!!! А-а-а…

Складки скатерти приподнялись — голова магистра показалась рядом. Я подняла на него разгневанный взгляд, готовая извечно обвинять в любой неурядице.

— Что-то случилось? — В серых глазах мага плескалось искреннее беспокойство.

И я даже успела пролепетать, судорожно шаря рукой по полу в поисках искомого прибора:

— Вилка упала…

Когда, случилось страшное: мир перевернулся вверх дном, а мой дух словно вытряхнули из тела, неумолимо потянув вперед. Туда, где также на четвереньках стоял примкнувший ко мне под столом Тиарон. Воображаемый свет засиял вокруг его лица, а фанфары заголосили в моей голове и дрожь желания пронзила тело — ведьму накрыло любовью.

Да, нас не берет ни одно пойло. Вот только на варево собственного приготовления это правило не распространяется… Мне пришел полный и безоговорочный конец: я влюбилась. Уже все понимая, но уже ничего не имея сил изменить, я со всей отчаянностью порывистой натуры, вытолкнув нас из-под стола, кинулась на мага, желая… задушить его в страстных объятиях, конечно.

Последним связным воспоминанием стало громкое падение леди Розамунды Альгра в очередной обморок. Вытянувшееся от шока лицо остроухого дознавателя, крепкое словцо, сорвавшееся с его губ и спешное движение обеих рук, призванное прикрыть округлившиеся глаза несовершеннолетних подопечных.

Удача сегодняшнего дня оказалась авансом, и сейчас бумеранг вернулся, возмещая все сторицей! Где я просчиталась — не знала, но полное поражение в тактически беспроигрышном плане свершилось: я завалила мошенника-мага на пол посреди обеденной залы и впилась в его губы страстным поцелуем всепоглощающей любви.

Навязанной любви! К навязанному мужу!

Глава 12

Мир сгорел в пламени моей страсти вчистую! Молниеносно… Я проваливалась в нее, падая все ниже и ниже. Тонула, с каждым вдохом, наполнявшим меня ароматом желанного мужчины, погружалась все глубже и глубже. Тело пылало словно бы в настоящем огне, и воздух вокруг воспламенился, утягивая мужчину, к которому я стремилась всем своим существом, утягивая в самый эпицентр огненного водоворота. А следом за ним и меня…

Если бы я способна была думать о чем-то кроме необходимости содрать с этого конкретного так необходимого мне мага рубашку, прижаться к нему собственным телом, осязать и ласкать каждый крошечный лоскуток кожи, я бы несомненно обомлела от мыслей о могуществе ведьм! Всего-то, приворотное зелье, сваренное по древнему рецепту, передающемуся от матери к дочери, усиленное нашими способными увеличивать желаемое рунами. И как меня накрыло! Почему? На ведьм же собственные снадобья действовать не должны? Разве, что лечебные?.. Хм… Можно ли приворотное зелье в моем случае считать лечебным? Очевидно, мое тело решило: да!

И это я «прописывала» каждому третьему клиенту! Даже в самых преклонных летах. Да я не ведьма, я ведьмИще!

Словно распахнулись давно сдерживаемые створки, выпустив наружу сметающий все на пути поток… чувств. Ведьма воспарила, ведьму окрылило и ведьму притянуло к невольному объекту ее страсти.

О том, что мы переместились в спальню, на попытки мага как-то дозваться меня или удержать — я не реагировала. Сила чувств… Я оглохла, ослепла, а мощь моя словно удесятерилась. Когда Тиарон силился что-то прокричать мне, я закрывала его рот поцелуями. Когда надеялся сжать меня в объятиях, позволив одуматься или остыть, я кусала его, вжималась в тело мужчины, терлась о него с таким жаром и истовым пылом, что выдержки магу не хватало: он сдавался, уступая.

Но вновь пытался прижать меня к матрасу, лбом упираясь в мою голову в попытке поймать замутненный взгляд и призывая:

— Картрама, Картрама, посмотри на меня, посмотри… Я могу попробовать заблок…

Но смысл его слов я не воспринимала, реагируя лишь на манящее движение мужских губ, на горящий ответным жаром взгляд, на широкие плечи, что укрывали собой, на близкий и такой возбуждающе-рельефный торс… Оттого сила страсти лишь возрастала, заставляя прогибаться, сдирать с себя платье и тянуться к его телу каждой клеточкой своего.

Барабаны били в моей голове, сердце заходилось в ошалелом танце, а кожа немногим не пылала от покалываний сотен невидимых игл. Вся я сейчас была словно сплошной оголенный нерв, малейшее соприкосновение наших тел заставляло тело изгибаться от волн нестерпимого удовольствия. Но хотелось большего.

Хотелось добиться и от него такого же шквала чувств, тех запредельных эмоций, когда разум отключается полностью, а порывы и желания первозданны и искренни. Ох, если бы я не ощущала своей обостренной и настроенной сейчас на этого конкретного мужчину женской сутью его глубинный отклик, затаенную и сокрытую за сотнями и сотнями непробиваемых заборов страстность. Если бы не распознавала в основе всего его непреложную готовность сдаться, смирение перед моей сокрушительной страстью, потребность, в конце-концов, спасти меня, раздираемую бурей страсти…

Если бы… Возможно тогда был шанс сдержаться и не рухнуть в бездну страсти. Вместе!

Но, увы, не в этот раз и не с нами. Магистр Тиарон Танариус Родольт Манас банально не смог справиться с силой воздействия приворотного зелья, сваренного его женой. Или старался недостаточно? А сама ведьма? Она предпочла принять этот поворот событий, в душе вряд ли осмелившись хоть когда-то признать данный факт.

Огонь, реальный огонь, бушевавший вокруг сплетенных тел, спал, превратившись в огненную лаву страсти, растекающуюся по венам одурманенной желанием и друг другом парочки. Безликий шепот, стоны, жар близости и сладостного трения тел — наполнили эту ночь и эту спальню.

Мне же приснилось?

Приходить в себя было непривычно сложно, тело ощущалось обессиленным и неподъемным. Вернее, его словно бы чем-то прижимало. Мысли работали так замедленно, что потребовалось время, чтобы осознать: магия! Ее вязкие, в чем-то даже удушливые оковы — кандалы, браслеты и ошейник, что намертво прикрутили к матрасу. Так качественно, что не встать, не подскочить… Треклятый маг! Он что, все же засадил меня в застенки?

Но стоило подумать о магистре, как вновь вернулись воспоминания. Кубки с вином, пронзительный серый взгляд Тира… и все. Ошеломленное лицо ушастого дознавателя, наши с Тиром тела, проваливающиеся в спешно раскрытый им огненный портал, и… страсть — временами упоительная, но больше ураганная, на предельном накале чувств.

О, сестры, что же я натворила…

Стон сорвался с губ. В тот же миг, перекрывая вид на светлый балдахин, надо мной появилось сосредоточенное лицо мага: