Алена Медведева – Брачный капкан для ведьмы (страница 16)

— А как же?.. — Так же тихо начал он, но я перебила.

— Раз такое дело, надобно соседкам помочь. Отложим наш визит к могилам предков — как управимся здесь, так и пойдем. Не посрами репутацию моей лавки! Пустишь дело под откос — по миру пойдем, рыбалкой не прокормимся. Я же пока… ванну приму.

Последнее произнесла многообещающе, таинственно прищурившись и похлопав себя по внушительной груди под тканью платья.

— И еще, — вновь в толпу сделала я новое заявление. — Всякому, кто донес… ээ… сообщит об отлынивающих и жалующихся от меня будет бонус — эликсирчик для подъема… ээ… духа.

Мужчины точно сообразили, о чем я — немного приободрились, явно настроившись бдить собратьев по несчастью. В сторону жен не смотрели, явно затаив обиду.

— А что делать-то? — Донесся от мужской половины довольно споро строящихся в колонну по четверо неуверенный вопрос.

Ясное дело, они решили быть покладистыми в надежде смыться под шумок. Все лучше, чем на глазах у всех разводить споры со своими женами.

— Десять кругов вокруг городских стен, — облекла я таки надежды старосты в реальность. Пусть это стадо там все вытопчет. — Времени до полудня! После всем явиться сюда — обед учиться варить будем.

По рядам обнадеженных жен пронесся шепоток восторга. Я же в душе только вздохнула: откуда такая вера в чудо и полная неспособность самим воплотить его в жизнь? Вот нам ведьмам ничего с неба не падает!

Супруги же их замялись — энтузиазм увядал на глазах, желания работать над собой и самосовершенствоваться не было и в помине.

— Помните, — снова заулыбалась, — я всех запомнила. Кто не явится — найду и расцелую. А пока, Трушик мой станет вам примером.

Зыркнув в сторону, сделала муженьку «страшные» глаза, обещая: или бежишь, или до конца жизни придется ходить налево. А с ведьмой в женах это так чревато…

Во взгляде коварного мужа отражалась бешеная работа мысли. Я прямо-таки видела, как его раздирают противоречия: показать истинное лицо и дать мне ого-го отпор, или… или в духе деревенского олуха плестись по моему научению, продолжая представление? К счастью, он полагал меня обманутой…

— Куда это, — пригрозила я ему пальцем, едва муженек дернулся скинуть пудовый мешок на крыльцо. — С собой бери, чтобы потом в суматохе не потерять!

Ага! Маги славятся хорошей физической формой — вот пусть и оправдывает репутацию этой подлой братии. Он со вздохом поддернул перевязь котомки на плече и понуро потопал в строй.

— Шагом марш, — радостно, в душе почти прыгая от счастья, отправила я в путь колонну местных проблемных мужей.

Вид при этом сохраняла строгий, даже зловещий, взгляда от них не отводила, пока не скрылись за поворотом. Топали они не слишком бодро, но от коллектива никто не отбивался. И только Трушик, прежде чем повернуть, оглянулся и бросил на меня долгий пристальный взгляд. Я немедленно послала ему воздушный поцелуй и прикусила нижнюю губку, обещая… образно говоря, златые горы и море дармового сыра!

— Ждите! — Едва спины мужей исчезли из видимости, взоры городских несчастливых в семейной жизни дам, обратились ко мне. — И все будет!

Процитировав им девиз-обещание всех мошенников мира, я резво скрылась за порогом. У кого ума нет — своим с ними не поделишься. Впрочем, такие вот незадачливые клиенты, полагающие что для всего и от всего есть в мире рецептик — это мой хлеб.

Не теряя время на раздумья о призывах совести, не зная толком можно ли рассчитывать на послушание мага, я заперла изнутри дверь на засов и рванула к спасительному шкафу. Все самое необходимое было при себе, обращаясь в бега, с собой тюки с барахлом не тащат.

Миг и тайная дверца в проулок распахнулась, даря мне шанс на немедленный побег. Какую-то фору я себе обеспечила?..

Вопреки почтенному по человеческим меркам возрасту, я в считанные минуты преодолела проулок и свернула на косую улицу, что вела к широкой дороге в лес. Ею пользовались охотники, да грибники. Сама же я обычно предпочитала неприметную тропку, что вела через ивняк вдоль берега реки и подступала к лесу с другой — неприступной — его стороны. Там стояли толстые, поросшие мхом стволы, а чуть вглубь за ними начиналось непростое болотце — на вид чуть подернувшаяся ряской и прихваченная по краю осокой заводь с редкими кочками, покрытыми брусничником, но на деле о том омуте в Удолье ходила плохая слава, многие души в этом месте сгинули. Но для ведьмы никакие болота не страшны, а вот многолюдье хуже изжоги. Оттого всегда и заходила я в лес по той тропе. Но не в этот раз…

Не скрывая спешки, уповая на то, что запал направленных мною мужчин еще какое-то время будет толкать их вперед, а их жен заставит топтаться возле крыльца моей лавки в ожидании, я неслась вперед. Главное добраться до леса, преодолеть очерченную дознавателем границу! А там… свистите ветра в поле, вернее ловите ведьму в чаще!

Топала как могла, оставляя следы на пыльной обочине — знала, за мной пойдут те, кого обмануть невозможно. Но я-то знала, что возможно… Однажды уже смогла удрать, обвела ковен магов вокруг пальца, вон по сей день рыщут в поисках разгадки.

Едва ступив на лесную опушку, довольно зажмурилась — управилась шустро. Рука нырнула в поясную сумку, извлекая пузырек. Всего лишь по щепотке его содержимого, брошенное следом и вокруг… Это собьет со следа самого матерого инквизитора. Развернувшись, со всех ног кинулась обратно, преодолев все ту же дорогу и свернув к привычной тропке. И зелье спасительное посыпать не забывала.

Лес встретил привычным умиротворением, поманил обещанием защиты и негой. Только вот кожа под легким платьем похолодела, а дышать стало труднее — я сразу сообразила: вот она граница наброшенной на меня магом удавки. Решись я идти дальше без страховки в виде заветного артефакта — начала бы задыхаться, а затем и вовсе упала бы замертво.

Сейчас же, выудив из скромных припасов троильд, решительно надломила его, избавляя себя от напасти — сильнейшего заклятия. Для всякого кроме ведьмы этот металл несокрушим, но в наших руках способен надломиться, что глиняный черепок.

Древний принцип: на любую силу найдется большая — сработал, воля правительницы, запечатанная в троильде, давала его обладательнице индульгенцию от любого наказания. Вот и моя удавка исчезла.

И тут же отпустило — задышалось ровнее, зашагалось бодрее! Окрыленная, я стремительной тенью, не шелохнув ни веточки, прошмыгнула за высокие стволы. Дознаватели остались не у дел — рыбка ускользнула из сетей. Продолжая чуть посыпать вокруг специальной пылью, я навеки заметала следы, не оставив ищейкам и шанса отыскать меня в дебрях чащи.

Сурово! Отныне для меня на просторах империи дорог нет, городов нет. Остается лишь следовать направлениям, избегая малейшего шанса засветиться. Подобно дикому зверю я пройду окраинами, проберусь по самым нехоженым местам и выйду за границу земель, на которых распространяется власть магов. Пришло мое время покинуть империю Заалес! Наверняка, так уже поступили многие сестры, сбежав к эльфам или оркам — без поддержки не останусь. Справлюсь! Не впервой начинать все с начала.

Час мелькал за часом, шаг сменялся другим — я уходила все дальше и дальше от Удолья. Травы за моей поступью не гнулись, ветви смыкались — лес скрывал ту, что признавал своей. Древние сказания, принятые у нас, говорят, что ведьмы появились в те незапамятные времена, когда раса людей была слаба и малочисленна, истерзанная кровавыми обрядами. И не породила еще в своих рядах ковена магов. Тогда эльфы не сторонились людей, закрывшись в своих лесах. Именно от смешанных союзов между человеческими женщинами и эльфийскими мужчинами появились первые девочки — полукровки, способные слышать и понимать природу, ощущать в ней особую силу. И передали эти способности своим дочерям. Со временем люди прозвали их ведьмами, желая искоренить отличающийся род, чем и вынудили объединиться и отстраниться от человеческой расы.

Подхватив с куста спелые ягоды, я присела на мягкую травяную кочку, чтобы сполна насладиться их вкусом. Тревоги не было — в лесу никакая облава инквизиторов меня не сыщет, лес укроет — спрячет под маревом иллюзии деревца или куста. Вот хоть рядом пройдут — не почувствуют. Чистокровные эльфы бы отыскали, но им нет дела до человеческих бед.

Тут же вспомнился устрашающий гость, тот самый маг с эльфийской кровью, что явился вызнавать про события, связанные с мятежом в столице. Но он не чистокровный эльф, а мужчин-полукровок лес не принимает. Пусть его матерью была одна из моих сестер, но силу эльфов он не унаследовал — она передавалась лишь по женской линии.

— Как же хорошо!

Потянувшись, я с чувством расслабленности откинулась на ковер из трав. Над головой в узорчатых прорехах листвы виднелось небо, поблизости стрекотали кузнечики и жужжали пчелы — близился закат. И никаких проблемных мужей, бесноватых клиентов, а тем более грозящих разоблачением преследователей. И почему я не сбежала, забросив все это, еще раньше?..

— Не устроиться ли на ночлег? — Сама себе задала риторический вопрос, привычная к постели из душистой травы.

Пора теплая, дикие звери и опасные гады меня не тронут, а силы после долгого дня восстановить необходимо. И последние дни, что я провела в изрядном напряжении, сказались — накатила зевота. Веки налились тяжестью — в безопасности леса пришло время отдыхать без оглядки. Потянувшись, я сладко зевнула, по привычке прикрыв рот ладонью.