Алена Малышева – Время потерь (СИ) (страница 79)

Перед дверью на Китана навалилась робость. А если они ошибаются? Если Анела не здесь? Даже если здесь, вдруг ей уже не помочь? Прошло три недели, за это время она могла умереть от голода и жажды. Пусть Люсилия и успокаивала, что время в том мире идёт иначе, но она могла ошибиться. Три века не рождались иридис, подобные Анеле. И многие знания утеряны.

Генерал молча оттер его плечом, снял с пояса солнечника связку ключей, открыл дверь. На миг Китану показалось, что Злат замешкался на пороге. Но такого не могло быть! Властный решительный генерал никогда не сомневался и не знал страха.

Когда Китан следом за генералом вошёл в каменную каморку, тот, поникнув, уже сидел на краю лежака и не сводил глаз с Анелы. Китан вдруг испугался. Девушка была белее только что выпавшего снега. До того похудела, что, казалось, остались кожа да кости. Лишь когда едва заметно поднялась грудь и опустилась — он смог выдохнуть. Его сестра жива.

Генерал нежно коснулся кончиками пальцев бледной щеки Анелы. Поднялся и осторожно взял Анелу на руки. Когда посмотрел на Китана, лицо было непроницаемо, в глазах ледяная решимость. Лишь то, как бережно, словно самое хрупкое и дорогое сокровище, прижимал к себе Анелу, говорило громче всяких слов. Он и впрямь её любит и готов защищать от всего на свете.

Кит молча уступил дорогу, проглотив возражения. Всё равно это было бы бесполезно. К Анеле генерал сейчас никому не даст прикоснуться, пока она не окажется в безопасности. Это понимание Китана не обрадовала. Не хотел он видеть в генерале что-либо положительное. Легче было считать его трусом и бездушным предателем.

****

Зов проник сквозь радужное марево. До него она была никем, ничем. Она растворилась в пространстве, стала едина с разноцветными нитями. Не думала, не чувствовала, не жила. Мгновение? Вечность? А тёплый, родной зов лучом солнце разогнал небытие и дал понять: пора возвращаться. Её ждут.

Немного Анела лежала с закрытыми глазами на мягкой кровати, заново привыкая к тяжести тела, ощущениям, мыслям и воспоминаниям. К прикосновениям родного и близкого человека, который обнимал за плечи и прижимал к себе. Защитник. Кит.

А где Злат? Имя словно молния сверкнуло в голове, болью опалило сердце.

Анела резко села, выскальзывая из объятий, обернулась к Китану:

— Злат? — выдохнула она. А если у неё не получилось вернуть любимого? Если он пересёк Солнечные Врата? Тогда… тогда зачем она вернулась?

Кит смотрел на неё с огромной радостью и облегчением, но после вопроса вдруг нахмурился:

— Жив твой генерал, — буркнул он. — Что этому предателю сделается?

Выдох вырвался из груди. Губы помимо воли расплылись в улыбке. Милый, дорогой, любимый — он жив. Она справилась. Они справились.

Головокружение словно только этого и ждало, голова стала тяжёлой-тяжёлой. Анела со стоном снова легла, уткнувшись лбом в плечо Китана. Навалилась усталость, глаза стали закрываться.

Волос коснулась тёплая рука и сквозь дремоту донеслось:

— Поспи, сестрёнка. Тебе нужно просто поспать.

Вроде едва слышно скрипнула дверь, но это могло и показаться.

****

Проснулась Анела сразу и резко. Голова была ясной, как никогда. Лишь пустой желудок громко напоминал, что пора бы поесть.

Рядом никого не было. За одной из двух дверей из дорогого красного дерева доносились отголоски разговора.

Нужно узнать, кто там и что случилось. Сколько она времени провалялась в беспамятстве, что с охотницами и солнечниками, где она находится. Но главное: нужно увидеть Злата. Убедиться, что он здоров, невредим.

Анела вскочила с кровати, покачнулась и опёрлась об столбик большой кровати с балдахином. Невольно обвела взглядом роскошную красно-золотую комнату. Окна были плотно задёрнуты красными шторами с золотистой бахромой по низу. Солнечный свет едва пробивался сквозь них и разгонял тьму розоватыми отсветами. Ноги утопали в толстом ковре из пересекающих чёрно-белых нитей. На столике у кровати возвышалась ваза с красными розами, аромат которых напомнил сад в Храме.

В зеркале в золотой раме в полный рост отражалась худенькая, осунувшаяся девушка в длинной кружевной белоснежной рубахе, глаза на заострившемся лице стали чуть ли не в два раза больше и блестели тревожным фиалковым светом. Волосы торчали во все стороны. Она похожа на лохматое чудовище!

Это сколько надо проваляться в беспамятстве, чтобы от неё остались одни кожа да кости? Нужно хотя бы немного привести себя в порядок, чтобы не пугать никого своим видом.

В шкафу из красного дерева с золотистой росписью нашлось лёгкое платье-халат всё в белоснежных кружевах. На первоё время сойдёт. Анела быстро провела расчёской, которую нашла на столике у кровати, по волосам и, больше не теряя ни мгновения, толкнула дверь из комнаты. Глаза тут же затопило светом после розового сумрака. Она на миг зажмурилась, а когда открыла… потонула в притягивающей тёплой сини. Обволокло радостью, облегчением и почему-то искорками вины.

Он шагнул навстречу от подоконника. Осунувшийся, усталый. Но такой родной, любимый, необходимый.

— Злат! — Анела бросилась в распахнутые Златом объятия.

В плену крепких рук, сжимающих её так сильно, словно боялись отпустить, от тёплого дыхания легко ерошившего волосы, от пряного такого любимого запаха — она поверила: они и вправду справились со смертью. Они живы и теперь никогда не расстанутся, что бы ни встретилось в жизни и с чем бы ни столкнула судьба. Вдвоём они сильнее всего на свете.

— Никогда больше меня не оставляй! Прошу, — прошептала она.

Злат только ещё крепче прижал её к себе.

Деликатное покашливание разрушило кокон покоя, счастья. Анела, не отстраняясь от Злата, виновато огляделась. Они находились в кабинете. За тяжёлым столом рядом с массивным шкафом, полным книг, сидел хмурый Китан, который покашливанием и вернул их в реальность. На всю стену растянулась огромная карта Амбрании и прилегающих стран. Пометки на ней были сделаны размашистым почерком. У стены оседлал стул черноволосый парень лет пятнадцати-шестнадцати. На красивом лице с возмущением сверкали зелёные глаза, а губы были осуждающе поджаты.

Да кто он такой, чтобы её судить? К счастью, парни молчали, позволяя нежиться в дорогих объятиях. Но всё же чего-то не хватало. Словно исчезло что-то привычное, родное, к чему до того привязалась, что лишь отсутствие привлекает внимание. Почему Малыш не встречает?

Анела с ужасом посмотрела в любимое лицо и спросила:

— Малыш? — может пёс просто где-нибудь бегает? Изучает новую территорию, знакомится. Вот только в глубине души знала, что обманывает себя. Когда видела его в последний раз, он истекал кровью и ждал от неё помощи. Не дождался… Ну а вдруг жив? Богиня ведь может одарить чудом тогда, когда об этом даже не думаешь и не ждёшь.

Злат, с сочувствием глядя ей в глаза, молча покачал головой. Чуда не произошло. Анела снова уткнулась в грудь Злата. В горле встал ком. Малыша, её друга, верного, озорного пёсика — не стало. Она не уберегла, не помогла. Что она скажет девочкам?

— Малыш исполнил свой долг. Пожертвовал собою ради хозяйки. Любой воин рад бы был умереть такой смертью. Защищая своих близких и родных.

— А выжить ради родных? — невольно вылетели слова.

Вдруг раздался смягчённый об пушистый ковёр грохот опрокинутого стула и следом возмущённый крик:

— Кит! Долго ещё будешь позволять мерзавцу лапать нашу сестру?

Анела обернулась к стоящему напротив парню с яростно сверкающими глазами.

— А с чего это он должен что-то позволять мне или не позволять? — прошипела она, не выпуская руки генерала.

Тот застыл за спиной и не произносил ни слова. Но его присутствие она ощущала всем существом, не оглядываясь, могла сказать, что он снова надел свою ледяную непроницаемую маску.

И тут вдруг до сознания дошла неправильность в возгласе парня.

— Нашу сестру? — переспросила она Кита.

Он единственный остался сидеть за тяжёлым столом, заставленном яствами и с бутылкой вина. Во взгляде тревога и покорность. Рука привычно взлохматила волосы. Собирался с мыслями и решимостью.

Предчувствие: сейчас она услышит то, что снова изменит её жизнь — было невыносимо. Не хочет она этого знать! От тайн и правды становится только хуже и больнее. Она это уже поняла.

— Вот-вот, расскажи ей! Пусть знает, что рядом с ней убийца её отца! — пробурчал парень, поставил стул, снова его оседлал. — Может, перестанет с таким обожанием глазеть на него. А то…

— Ар, прекрати! — вдруг прикрикнул Кит. Ар, Арлий — так звали младшего брата Кита. Парень с возмущением глянул на Китана, хмуро сложил на груди руки. Кит вкрадчиво и негромко обратился к ней: — Анела, это длинная история. Садись. А то того гляди свалишься. Поешь. Три недели и маковой росинки не было…

Три недели? Долго же она спала.

— Не тяни!

Ей не нравилось уже услышанное, а что будет дальше? Очень хотелось вместе со Златом сбежать отсюда. От Кита, который не решается начать говорить, от этого зелёноглазого мальчишки, который с вызовом смотрит поверх её плеча на Злата.

Нельзя! Это будет глупо и по-детски. Она должна быть сильной. Такой, какой её видит Злат.

С неохотой, не выпуская руки Злата, вместе с ним подошла к креслу, придвинутому к столу. Села, Злат остался стоять, опираясь об спинку.

— Анела, я б хотел поговорить с тобой наедине, — Кит глазами показал на Злата, она только крепче вцепилась в руку Злата.