Алена Малышева – Время потерь (СИ) (страница 52)

— Пожалуй, сейчас самое время ему помочь, — вдруг добавил Михась, с мечом наготове шагнул к противнику.

А вот Китан не считал, что Малышу нужна помощь. Тот уверенно кружил вокруг мужчины, с каждым заходом сужая круг. И не издавал ни звука. Ворон поднял кинжал и следил за каждым движение пса. Встать между ними не было никакого желания.

Китан обошёл их по дуге и кинулся к Анеле. Она казалась недвижимой. С белым, чуть ли не до синевы лицом. Неужели она…

Грудь Анелы едва заметно подняла и опустилась. Китан выдохнул и опустился на колени. Сумочка Анелы оказалась на поясе. Вынул из неё бинты. Осторожно замотал запястья. И только потом принялся за верёвки. Развязать сразу же не удалось. А дальше и пытаться не стал. Разрезал ножом.

За спиной разнёсся звон прикосновения кинжала с каменным полом, следом звук падения тела. Китан оглянулся. Малыш стоял на груди человека-ворона и челюстью вцепился в его шею. Ворон дёргался, пытался оттолкнуть, освободиться. Безрезультатно. Вскоре затих. Одна рука осталась протянута к алтарю, в котором наполовину в крови лежал скелет. Словно пытался дотянуться и напоследок прикоснуться. Китана всего передёрнуло. Малыш ещё немного постоял над Вороном, медленно разжал челюсть и побежал к Анеле. Китан поневоле отступил, пропуская пса. Становиться на пути ищейки сейчас не стоило. Малыш обнюхал хозяйку, лизнул в лицо и вдруг зарычал.

— Малыш, ты чего? — ошарашено спросил Китан.

Пёс глянул на него и снова зарычал на Анелу. Только когда лапой тронул камень из чёрного янтаря, Китан понял, что хотел сказать Малыш. Под одобрительным взглядом ищейки, снял амулет и откинул подальше. Камень улетел куда-то за алтарь и с тихим стуком приземлился на каменный пол. Китан осторожно поднял не очнувшуюся Анелу.

Нужно срочно унести её отсюда. Главное, она жива. Но как же он был близок к тому, чтобы потерять подругу. Даже больше — названную сестру. Никогда больше он не позволит, чтобы с ней что-либо случилось.

Когда до выхода осталось несколько шагов, на пороге в зал появился генерал. Он быстро окинул взглядом зал, остановился на Анеле и неожиданно побледнел.

— Жива! — хмуро ответил Китан, не дожидаясь вопроса.

Он не мог поверить, что Злат вместо того, чтобы как можно быстрее кинуться на помощь Анеле, сначала решил разобраться со своим врагом. Неправильно это.

Генерал, словно боясь упасть, прислонился плечом к косяку.

— Рысь? — отвлёкся на миг от освобождения пленниц Михась.

— Обездвижен, — генерал оттолкнулся от косяка и шагнул на помощь к другу, бросив Китану по пути. — Унеси отсюда Анелу.

Глава 18. Танцы

От грохота зазвенело в ушах. Стёкла за спиной громко звякнули, подоконник дрогнул. В воздух взметнулись шумные стаи птиц, залаяли собаки. Но на небе ни облачка, одно лишь Око, стоящее высоко. Значит прозвучавший грохот не гром — Злат всё-таки взорвал замок Игнис. Анела до последнего надеялась, что он передумает. Даже когда утром в окно видела, как загружали в телегу бочки с порохом и Злат со своим другом и Китаном отправлялись на остров.

Вопреки пережитому ужасу и беспомощности в замке, нестерпимо хотелось побывать там снова, на этот раз под защитой и в безопасности. Сердце жаждало найти библиотеку, окунуться в прошлое, узнать тайны и жизнь иридис. Но разум снова был на стороне Злата. Если обо всём, что делалось в замке, узнают люди…

Узнают о том, что иридис использовали людей в опытах. О том, что святая Эйриния, почитаемая и любимая всеми, одна из них. Точнее из семьи иридис. Что ей пришлось предать своих родных. Что одно из творений матери Эйринии спустя триста лет похитило и чуть не убило девушек… Что вся история — ложь. Вся религия — неправда… Мира в Амбрании не будет. Люди итак не любят и боятся ведьм, а к жрицам относятся настороженно. Эти знания только ухудшат положение.

Злат снова оказался прав. Иногда прошлое лучше оставить в прошлом и никогда его не ворошить. Как бы этого не хотелось.

А спасенные девушки смогут ли оставить всё в прошлом? Забыть, что провели месяц взаперти, видя перед собой только одного человека — человека, который уверял их в своей любви и который собственноручно преподнёс зелье, затуманивающее сознание. Одно хорошо — Вороньего гостя они не видели, и сказать про него никому не смогут.

Вороний гость.… Судя по бумагам, он хотел оживить свою хозяйку, умершую триста лет назад. Поэтому Ворону и нужна была кровь невинных девушек, а так же иридис, в крови которой заключена стихия. Вот должно быть он поволновался, когда неожиданно из города исчезли все жрицы. И приход Анелы стал для него подарком. Но как он узнал о её появлении? Вороны? В записях княгини говорилось, что Гость мог общаться с ними.

И всё же немного жаль его. Он не принадлежал ни миру людей, ни миру птиц. Единственный, кто был дорог ему — это его Создательница, которую он всеми силами пытался вернуть…

Рычание Малыша отвлекло от раздумий. Анела, перед тем как закрыть тетрадь, в которой по привычке рисовала, глянула на рисунок. И с недоумением прикоснулась к портрету. Вороний гость бережно прижимал к себе высокую, но удивительно стройную женщину и нежно прикрывал крыльями, словно защищая. А просто ли как к Создательнице он относился к иридис?

Закрыв тетрадь, посмотрела с подоконника на пса. Изменения в нём до сих пор её удивляли. Если до этого он не был маленьким, то сейчас, если вставал на две лапы, возвышался над ней на всю свою лохматую голову. А эти серебряные искорки на шерсти вдоль хребта и в чёрных глазах… она до сих не может на них наглядеться. Ещё слова Китана о вое Малыша, с помощью которого он лишил силы Вороньего гостя и ворон. Помнится, во время нападении на Храм псов с серебристыми спинами не было. Если предположить, что это взросление, то тогда при нападении был только молодняк. Но почему? Один вой — и жрицы беспомощны. Если только убийцы и сами опасались воя. Потому что он мог воздействовать и на них? По крайне мере на одного, того, который был в плаще.

Да и характер пса перестал нравиться. Малыш словно стал ленивее и серьезнее. Если раньше ловил любую возможность, чтобы его приласкали, погладили, да и сам норовил облизать с головы до ног, то сейчас ходил рядом как преданный взрослый телохранитель. А также отпугивал всех, кто близко к ней подходил, грозным рычанием. Даже за Златом и Китаном подозрительно следил. А на Люсилию рычал, пока Анела не успокаивала. Может со временем снова привыкнет.

Дверь комнаты отворилась. Люсилия, видимо не дождавшись, когда Анела откликнется, остановилась на пороге, с опасением поглядывая на продолжавшего тихо рычать Малыша.

— Что-то случилось? — Анела как-то не могла представить, что может заставить ведьму зайти к ней.

Та её или игнорировала или же отделывалась ехидными замечаниями.

— Поговорить хочу, — немного помолчав, словно сомневаясь, произнесла Люсилия. — Пса успокой!

Анела не споря спрыгнула с подоконника, присела и обняла Малыша за шею. Ищейка хмуро покосилась на неё, но рычать переставала, хотя и продолжила следить за Люсилией.

Интересно, что хочет сказать ведьма. Хотя и тревожно. Но им и впрямь нужно поговорить. Анела и сама хотела кое-что уточнить у ведьмы.

Анела обвела рукой комнату, предлагая выбрать ведьме, куда присесть. Люсилия близко подходить не стала, а села на край кровати. Наверно, чтобы можно было быстро выскочить за дверь.

— Ну? — поторопила Анела, глядя на ведьму снизу вверх.

Люсилия снова замялась, но вот привычно вскинула подбородок, на что-то решившись.

— Ты почему согласилась на разрушение замка?

— Я? — чего только Анела не предполагала, но то, что ведьма заговорит о Вороньем замке, не было и мысли.

— Кто же ещё! Возмутись ты, и что Китан, что генерал прислушались бы как миленькие!

Ну да! Как же! Китан ещё может быть, а вот генерал сразу же настоял на своем, как бы Анела не уговаривала. А она не молчала. Это потом уж подключился её разум. Но Люсилия ведь всего не знает. Китан попросил скрыть происходящее в замке и от Люсилии тоже. Особенно всё, что касалось экспериментов иридис над людьми. Когда-нибудь это его желание оградить от всего и вся дорогих людей обернётся ему боком!

Люсилии сказали тоже, что и всем остальным. Что одержимый схватил девушек для каких-то своих непотребных надобностей. Генерал с Китаном успели девушек спасти. Но, чтобы замок перестал быть местом, которое соотносится со страхом и смертью и притягивает всяких злодеев, его лучше уничтожить.

— А с чего тебя так замок интересует?

Ну не заметила Анела в Люсилии тягу к истории.

— А я не должна интересоваться родовым замком?

— Правда? — вылетело от удивления.

То, что она не врёт, Анела чувствовала.

— Нет, вру! — Люсилия вскочила на ноги и зашагала по комнате, но всё же не забывала обходить стороной Малыша. — Бабка рассказывала. Княгиня Игнис успела спасти дочь, отправив с доверенными людьми. Она и была моей прародительницей.

— Но стихия у тебя воздушная…

— Я тебе должна всю родословную рассказать?

Анела лишь вопросительно приподняла бровь. Всё же это не она затеяла разговор.

— Хорошо! — Люсилия снова упала на кровать и скрестила на груди руки. — Слушай! Когда эта, так называя святая, затеяла свою резню, Рейни Игнис была ещё ребёнком. Мать, княгиня Игнис, успела её спасти, и Рейни выросла среди мятежников. Даже была знакома с Норией. Через несколько лет после смерти королевы, Рейни стала первой Главной ведьмой. Она вышла замуж за лорда из рода Эиров, и у неё родились две дочери. Только старшую уберечь не смогла, та попала в руки жриц. Вот по линии младшей я и иду.