Алена Малышева – Свет Зимидара (СИ) (страница 20)

— Дарина, всё в порядке, можешь идти.

За служанкой, приставленной императором к ней, закрылась дверь, и Света с облегчением выдохнула. Наконец-то она осталась одна.

Из темницы её сразу же проводили в роскошные покои в императорской половине. Огромная кровать с балдахином, позолоченные рамы картин, зеркала, вычурная изящная мебель и статуэтки — как всё по-пеневийски! К счастью, имперцы серьезно относились к религии, и в комнате находились все четыре статуи богов. Ей нужна одна — Матушка Зима в северном углу.

Снежок, подозрительно обнюхивая, обежал комнату и улегся на пушистом коврике у кровати, откуда стал внимательно наблюдать за хозяйкой.

После ванны, да и не только, после всех событий сегодняшнего дня, чувствовалась усталость. Время близилось к полуночи, но ложиться спать не хотелось. Тогда завтрашний день наступит слишком быстро. Да и Света боялась встречи с богиней, но с Зимой необходимо поговорить. Поддержит ли она её? Сохранит ли покровительство и в империи? Не оставит одну с пеневийцами?

Пёс вскочил и едва слышно вопросительно проскулил.

Света, улыбнувшись, присела и обняла Снежка, положившего голову ей на колени. Тепло пса словно проникло в душу, согревая, даря спокойствие. Почувствовав чье-то присутствие, Света подняла лицо. Из тени вышел Храбр, чему она не удивилась. Страж единственный, на кого Снежок не реагировал. На лице всегда уверенного воина была растерянность.

— Ваше высочество, — с лёгкими нотками вины начал воин, — я…

Света взмахом руки остановила его.

— Храбр, я знаю, после свадьбы ты меня охранять не сможешь.

— Простите, царевна, — склонил голову страж.

После свадьбы зимидарская девушка полностью переходила в семью мужа. А по договору Орден Ледяных воинов защищал только род зимидарских царей.

— Храбр, спасибо за всё. Когда-нибудь всё равно это бы произошло. Не Пеневия, так другая страна. Или же другой зимидарский род.

— Удачи, светлая волчица! — с уважительным поклоном пожелал Ледяной воин и, сделав шаг назад, исчез. При необходимости, если бы захотела, Света могла бы его увидеть, всё же он её учитель. Но это ни к чему. Нужно привыкать — завтра она останется без защиты, которая была чуть ли не с рождения.

Света ещё немного погладила Снежка, черпая силы, и выпрямилась. Решительный шаг к статуе Матушки Зимы и просьба о встрече и разговоре. Скифский кружевной халатик, который оказался среди вещей, приготовленных для неё (всё её размера: платья, бельё, верхняя одежда. Хорошая у императора разведка и, видно, имперцы были уверены в её согласии на брак) полетел на кресло. И Света легла на кровать. Мягкая перина приняла в свои объятия и, кажется, не успели глаза сомкнуться, как Света погрузилась в сон.

Вдаль стелилась белоснежная поляна, небольшие малыши-вьюшки играли со снежинками, медленно кружащимися в небе. Лес, словно укрытый перьями из перины, настороженно наблюдал. И ни капли холода. В центре поляны возвышался двухэтажный терем, у крыльца которого, сливаясь со снегом, лежал огромный белый пушистый пёс, его чёрные, словно угольки, глаза внимательно наблюдали за Светой. Точная копия Снежка

Ничего за два года не изменилось. Тревога прошла: раз Матушка Зима не сердится, то всё будет хорошо.

А вот первый раз было страшно. Всё-таки встреча с самой Матушкой Зимой. Тогда богиня должна была подтвердить тотем. То, что у Светы, как и у мамы, и Дара, будет волк, Света поняла ещё за год до пятнадцатилетия. Стремление к мясным блюдам, чем свежее, тем лучше, желание выть на луну — всё свидетельствовало об этом. Рос ворчал, мол угораздило ему родиться в семействе волков и ночью нормально не поспишь. И чем он был недоволен? Они ведь ему не мешали бродить по окрестностям по ночам в поисках приключений, а как другие немного повыли, сразу возмущаться начал. Вредный Барс.

Тогда её на поляне едва не занесло снегом. Вьюга злилась, выла, швыряла в Свету чуть ли не сугробы, но стоило появиться Матушке, сразу всё стихло. Зима пояснила, мол, сердита, но не на Свету. И провела в большой ледяной зал, где оставила одну. Из ниоткуда начали появляться животные, птицы. Они проходили мимо Светы и бесшумно исчезали. Пока не возникла белая волчица и не подошла к ней.

Взглянув в желтые глаза волчицы, Света застыла и начала погружаться в их расплавленный янтарь. Голова закружилась. Света окунулась во тьму. Перед тем как проснуться, сквозь сон услышала голос богини:

— Слияние произошло.

Затем месяц жила в стае диких волков. Если бы не полное слияние, дикие животные ни за что бы не подпустили человека к себе, а так только удивленно обнюхали стоящее на двух ногах существо без шерсти, которое ощущалось как одно из них. Это было время свободного странствия по лесу, полям, дикой охоты, битвы за место в стае, спокойного сна в тёплой пушистой куче. Света по-настоящему стала одной из них. Тогда и встретилась со Снежком. Неизвестно как, но из питомника Храма Зимы выбрался малюсенький беленький щенок и убежал в лес. Там он наткнулся на молодых волков. Света заступилась за него. Если бы не вожак Серый клык и его волчица, которые решили навести порядок в своей стае, ей пришлось бы туго. С быстротой и силой волков, как бы Света ни старалась, сравниться не могла. Только ум и хитрость помогли ей в битве с тремя волками. И всё же пришлось несколько дней отлёживаться, пока не зажили раны. Снежок не отходил от неё ни на шаг, прижавшись к боку, согревал своим теплом. Тогда появлялся и Рос, почувствовавший грозящую ей опасность. Он в это же время жил в лесу, на территории барсов. Пришлось выслушать всё, что он думал о ней. Стая вынудила его уйти. Но близкое присутствие брата не исчезало до тех пор, пока Света не вышла из убежища. Чего во время жизни в стае в ней было больше: человеческого или животного, неизвестно. Но после окончания ритуала, волчья сущность полностью слилась с человеческой и стала неотделимой. Снежок остался с ней. Как бы жрецы не хотели его забрать, а снежные псы могли принадлежать лишь храму, щенок отбивался всеми четырьмя лапами. А когда его всё-таки закрыли в храмовском питомнике, отказался от еды. Как же было страшно за него. К большущей радости её и Снежка Высшая жрица согласилась, как исключение, отдать его царевне.

От волков у Светы осталось понимание этих верных животных, нюх и слух острее, чем у людей, и стремление защитить свою стаю.

Дверь терема открылась, возвращая из воспоминаний в реальность, точнее в сон-реальность. На крыльцо вышла величественная женщина: белоснежные волосы струились по спине, на голове сияла ледяная корона, голубые, словно льдинки, глаза внимательно оглядели Свету. Воздушное белоснежное платье стелилось до пола.

На лице Матушки Зимы появилась доброжелательная улыбка. Богиня подошла к склонившейся в приветственном поклоне Свете, тронув за плечо, негромко произнесла:

— Здравствуй, Светозара. Я ждала тебя.

Выпрямившись, Света с восхищением посмотрела на свою богиню.

— Правда?

— Конечно, — улыбнулась Матушка Зима. — Пройдём в терем? Или прогуляемся по лесу?

— По лесу!

Матушка Зима и Света в сопровождении белоснежного пса богини, пошли по тропинке, неспешно ведя беседу. Изредка появляющиеся животные, в том числе и волки, окружили их. Каждый хотел хотя бы на миг прикоснуться к Зиме. Деревья в снежных шапках в приветствии склонялись перед богиней.

— Девочка, я понимаю, тебе трудно покинуть свою страну, свой дом. Но когда-нибудь это должно было произойти. Ты выросла, и всю жизнь не смогла бы прожить под боком брата. Не такой у тебя характер.

— Но почему Пеневия?

— Так было предначертано судьбой. Потомок Охотника станет во главе империи.

— Матушка Зима, а ты ведь хотела, чтобы ещё Сивер стал правителем империи? И тебя устраивает нынешняя ситуация, так?

— Да. Только Сиверу было не суждено, а вот тебе…

— Да какой из меня правитель? Властин станет императором, а я буду только его женой. К принятию решений меня и близко не подпустят. У них ведь так заведено.

— Ты сможешь стоять в стороне? Девочка, Пеневия должна стать твоей родиной. Единственной родиной! Пеневийцы — твоим народом. Ты, именно ты, должна о них позаботиться. Понимаешь, сейчас нам нужна сильная империя, как никогда. До императора Войдана не может достучаться ни один из Богов. Рядом с ним темнота, неизвестность. Если Зоран захочет начать войну, то остановить его будет невозможно…

— А Витязь Осень?

— Даже мой брат не может подойти к нему близко, — Богиня погладила запрыгнувшую на плечо рыжую белку. — А Властин… Сама поймешь! — протянула ладонь, на которую тут же села синица и звонко затрещала, словно сообщая что-то важное. Богиня улыбнулась и, почесав шейку птичке, обернулась к Свете. — И ещё, девочка, я знаю, ты всегда будешь почитать меня, но позволь дать тебе совет, не нужно слишком рьяно в Пеневии показывать этого. Вы, люди — странные существа. Мнение отдельных личностей, противоположное большинству, у вас почему-то считается ересью. Кто только это придумал? Каждое мнение имеет право на жизнь! Пока открыто сердце, пока его не заполонила ненависть, жестокость и равнодушие, там есть место всему: искренности, любви, смеху и милосердию. Всем нам, четырём Богам. И, Светозара, ещё. Как бы трудно не было, не теряй надежды. Именно она добавляет сил и не даёт опустить руки, даже нам, богам… Когда не будет надежды, уже не останется ничего, а пустая душа долго пустовать не будет. Ты ведь слышала о Разрушителе?