Алена Малышева – Свет Зимидара (СИ) (страница 12)

— Вы скоро? — оглянулась Светик на них, стоя на полпути к скале. На её лице играла яркая предвкушающая улыбка. — «По водным следам богов пройди», помните?

— Фу ты, я и забыл! — усмехнулся Котёнок и шагнул к озеру, но Дарий его остановил:

— Рос, подожди. Светик, возвращайся…

— Но? — несогласно мотнула головой девочка.

— Как насчет небольшого перерыва?

Рыж и сам чувствовал лёгкую усталость. После того, как они с Крошкой привели крестьян, дожидаться, пока сожгут трупы не стали, а сразу же направились дальше. Шли не останавливаясь, хотели дойти до места как можно быстрее. Царские детки желали сегодня же вернуться во дворец. Но близнецам, в отличие от него, всё нипочём! Готовы нестись вперёд за Посохом Матушки Зимы. Посохом! Придумают же! И откуда только силы берутся?

Рыж незаметно от зимидарцев огляделся. Всё же классно он всё устроил!

Подошёл ближе к воде, оставив за спиной спорящих царевичей, улыбкой встретил недовольную Крошку и, подав руку, помог ей спрыгнуть с камня.

— Светик, можно глянуть на колечко? — негромко попросил у неё.

Крошка удивлённо склонила набок голову, задумчиво посмотрела на него и, сняв колечко с истинным кристаллом, протянула его на ладони:

— Хочешь сравнить с янтариком? Интересно стало? — улыбнулась она.

— А то как же! — ухмыльнулся Рыж. Вытащил из кармана кольцо с янтарником, забрал истинный. Словно задумчиво сравнивая кольца, направился в сторону горы. За спиной донеслись лёгкие шаги, он довольно улыбнулся.

— Ай!

Быстро обернулся. Крошка зажимала правой рукой левое запястье, испуганно смотрела на него, янтарные глаза потемнели от понимания. Под взглядом Рыжа девочка попятилась, с неверием качая головой.

— Р-рыж, ты…

На миг Рыжу захотелось всё отменить, повернуть назад. Нельзя! Поздно! С извинением улыбнулся и резко махнул рукой. Дал знак.

— Да-ар! — одновременно с ним предупреждающе крикнула девочка и побежала к брату.

Её крик был заглушён рёвом выскочивших из кустов бандитов. Через минуту зимидарцы оказались в кольце головорезов Никлота.

— Ну, Рыжий, обделал ты дельце! — хлопнул по плечу главарь, отчего Рыж чуть ли не согнулся пополам. Бур был крупным детиной, с широкой рожей. В пасти сверкал золотой зуб, по которому главарь любил прищелкивать при отличном настроении. За спиной висел тяжёлый полуторник. Вместе с Рыжем главарь подошёл к заложникам. Кивнул на зимидарцев: — Бабла за этих аристократишек нам отвалят, долю зашибешь.

Рыж ничего не ответил. Сжав в кулаке кольца, он не сводил взгляда с зимидарцев. Они тесно стояли рядом друг с другом. И, не показывая страха, словно делали одолжение, отдавали оружие и сумки Цинге — шестёрке главаря. Худой, беззубый парень изредка оглядывался на главаря, ожидая одобрения. Не нравился он Рыжу. Слишком скользкий.

Дар тяжёлым взглядом посмотрел на воришку. На лице цесаревича была высокомерная усмешка, словно все они не стоят его внимание, а вот в глубине карих глаз — разочарование и вина. Видимо, корит себя, что поверил. А Дар ведь точно перестал Рыжа подозревать. Это Рыж всегда мог понять.

Котёнок при приближении Рыжа яростно сжал кулаки и, если бы цесаревич не успел схватить его за плечо, бросился бы в драку.

Бандиты угрожающе выставили оружие.

— Предатель! — прошипел царевич. Отступил на шаг и лёгким движением плеча скинул руку брата.

— Такова жизнь, Котёнок!

Но всего труднее было от боли и неверия в глазах Крошки. По её щекам катились редкие слёзы, которые она даже не пыталась скрыть. Девочка, держась за запястье, прижималась к боку старшего брата.

Бур приказал отвести заложников в одну из пещер, где должны были устроить камеру. Когда зимидарцы проходили мимо Рыжа, никто не взглянул на него. Только Крошка, перед тем как нырнуть в темноту пещеры, оглянулась и окинула его непонимающим янтарным взглядом.

Поздравления парней проносились мимо ушей, будто не к Рыжу относились. На душе было мутурно и противно. Ни капли удовлетворения от проделанного успешного дельца. Ведь он так всё отлично продумал! Договорился с Буром. Условился с Тюрой о месте, где тот должен был забрать записку о цели похода. Смог оставить бумажку, пока зимидарцы искали вход в Убежище. Задержались достаточно, позволив банде всё подготовить. А в результате…

Проклятые зимидарцы! Да он же знаком с ними не больше двух дней. После того, как получат выкуп, аристократишки вернутся живыми и здоровыми в свои дворцы за толстые стены. Он даже им пользу принёс! Надолго запомнят урок: не стоит доверять кому попало. В жизни пригодится. А разочарование на девичьем личике Рыж как-нибудь переживет.

— Рыжий, письмецо несешь ты! — распорядился за спиной Бур.

Рыж, не оборачиваясь, согласно кивнул. Требование о выкупе понесёт он, как единственный, кто побывал во дворце.

****

«Предатель! Ненавижу! Как он мог? Я же поверила ему. Дура! И рука болит».

Светик сидела, прижавшись к боку Дара, и старалась лишний раз не шевелить рукой, которая не переставала ныть. Браслетик клятвы словно сжимался, напоминая об ошибке. Братья не говорили, по чьей вине оказались в ловушке, но от этого не становилось легче. Ещё к тому же кристаллик отдала. Если бы не её решение привлечь Рыжа…

За эти дни как только она себя не ругала, как только не обозвала и поклялась, если выберутся, никогда никому не поверит, пока не испытает. Дар ведь предупреждал, Рос намекал. Почему же она упёрлась?

Побыстрее бы что-нибудь случилось. От неизвестности хотелось выть, словно одинокий волк на луну.

Три дня назад их загнали в длинный пещерный коридор, заперли в одном из выступов, похожего на маленькую пещерку. На полу валялись несколько соломенных подстилок. Вход бандиты закрыли сбитыми вместе толстыми досками, с той стороны подпёртыми чем-то тяжелым. Объединёнными усилиями Светик и её братья не смогли и на чуть-чуть сдвинуть искусственную дверь, только насторожили караулившего бандита. Воду и еду (несколько кусочков хлеба и неаппетитную похлебку в чугунке) приносил худой беззубый парень. От алчного взгляда становилось неуютно. Словно они для него не люди — дорогой товар! Маленькая свеча не могла охватить всю пещерку, большая часть оставалась в тени.

Самое тяжёлое — это ожидание. Светик никогда не могла похвастаться терпением, как бы её не учили, а здесь в запертом помещении словно сошлись все силы, чтобы сделать жизнь невыносимой: невозможность видеть небо и размять ноги, вдохнуть свежий воздух, ноющая боль в руке и нескончаемая вина, словно кинжал, пронзающая сердце. Вина перед братьями, которые пострадали из-за её доверчивости, и мамой, которая наверняка уже, как и собиралась, прибыла в империю.

— Может, ещё в шахматы? — предложил Дар, отвлекая от грустных мыслей.

Чтобы скрасить как-то время начертили на пыльном полу шахматную доску, вытащили из карманов всякие безделушки и Дар с Росом устраивали турниры. Выигрывал чаще всего Дар. Росу быстро это надоело. Светик не участвовала. Изучить пещерку успели еще в первый час своего заключения.

— Зима! Я с ума здесь сойду! — воскликнул Рос, не ответив Дару. Вскочил и зашагал по их камере: три шага в одну сторону, три в другую. Пришлось прижать ноги — не то бы точно отоптал.

На него не обращали внимания — привыкли. Он уже не раз выражал своё возмущение.

Что-то изменилось. Удивлённо покрутив запястьем, Света растерянно произнесла:

— Рука не болит.

Братья сразу посмотрели на неё.

— Точно?

Светик кивнула и нахмурилась, стараясь понять, что это значит. Вероятнее всего воришка перестал быть опасен для них. Если бы погиб, браслетик бы совсем исчез, а она ещё чувствует его присутствие.

— Думаю, сегодня что-то произойдёт, — с надеждой произнесла она.

Все хором, будто сговаривались, выдохнули и с облегчением улыбнулись. Надоело это заточение! Осталось пережить какое-то время, которое, наверняка, когда чего-то ждешь, начнёт течь всё медленнее-медленнее, словно смеясь над людьми. Над Временем даже Боги не властны!

Светик склонила голову набок и хитро покосилась на старшего брата:

— Дар, не передумал играть в шахматы?

Через несколько часов все с напряжением ждали, какой сделает ход Светик. За это время успели сыграть три большие партии. Одна осталась за царевной, другая — за цесаревичем, третья — ничья. И вот сейчас, в четвертой, решалось, кто же всё-таки победит.

— Ну и наглые аристократишки пошли! Ты тут их спасать надумал, а они тебя и не видят!

Светик, потянувшись за конём (засохший жёлтый лютик, который оказался у неё в кармане), замерла. С неверием оглянулась на дверь и с облегчением выдохнула. Слух не обманул. В проёме стоял Рыж со своей вызывающей усмешкой и тревогой в серых глазах. Нахлынули противоречивые чувства: злость, ненависть и облегчение. Чего ей хотелось больше: врезать ему или обнять — непонятно.

Светик медленно поднялась и направилась к воришке. Краем глаза заметила, как Дар придержал Роса, собирающегося вскочить. Хмурое лицо старшего брата было напряжено.

Светик остановилась напротив Рыжа, молча, с напряжением вгляделась в его лицо. Что желала она увидеть? Может вину? Или сожаление? Увидела надежду.

— Прости, — тихо шепнул парень и протянул на ладони колечки.

Может ли она верить? Один раз он её использовал, а сейчас? Почему же так хочется снова довериться? Матушка Зима, как быть? Рискнуть?