Алена Лу – Путь Истины (страница 2)

— Ммм, урожай седьмого века, ооочень неплохо, — пригубив из бокала, довольно протянула рыжеволосая женщина с небольшой бриллиантовой тиарой на голове. Она посмотрела на хозяйку встречи. — Сколько еще бутылочек коллекционного жемчужного вина Грэат припрятал в своих кладовых, Лиора?

— Пфф, Шиаза, в кладовых, скажешь тоже, — Лиора, ослепительно красивая блондинка с глазами цвета стали, недовольно поморщилась. — Старый хрыч окопался со всеми винными запасами, сами знаете где, и предается самобичеванию. Дома не появляется, на связь не выходит. Ждет, когда наши детишки одумаются.

— Кстати о наших детишках! — Подал голос крупный мужчина с хищными чертами лица. Снежно белые волосы, светло-голубые глаза, абсолютно черный камзол с серебряной вышивкой — образчик брутальной мужской красоты. Он сидел напротив Лиоры и лениво потягивал жемчужное вино. — Грядет очередной Путь Истины. Грэат в который раз надеется на чудо, но я не верю, что из этой его затеи что-то выйдет. Сделаем ставки?

— Да какие ставки, Верф! — внезапно, басом рявкнула еще одна участница встречи, облаченная в голубое платье до пят. Ее бирюзовые волосы взметнулись, как щупальца, во все стороны. — Нам надо серьезно поговорить о методах воспитания, а тебе лишь бы веселиться!

— Тише, тише, Тициана, — Верф, не отпуская бокала, поднял перед собой руки в примиряющем жесте, — не надо так сверкать на меня своими фиолетовыми глазами. Вон, сверкай лучше на Грона, вообще-то, это его отпрыски начали этот конфликт. Я просто пытаюсь разрядить атмосферу!

Все посмотрели на хмурого мужчину в кольчуге с окладистой русой бородой и густыми усами. Он был невысок, но разворотом плеч не уступал Верфу, а его огромные руки, сжимающиеся в кулаки размером с дыню, выдавали высокую степень напряжения. Оглядев исподлобья присутствующих, Грон, а это был он, нервно спросил:

— У вас тут спиритус наливают? А то мне эти ваши вина не по настроению будут.

Лиора взмахнула рукой, и через две секунды ангелоподобная девушка с поклоном поднесла ему в платиновом кубке бесцветный напиток. Боги немного помолчали.

— Я знаю, что мои дети были неправы, — произнес, наконец, бородач, сделав большой глоток из кубка. — Ну, жадноваты они, все в меня, но ведь самые младшенькие они, глупые еще. Ваши-то тоже не лучше! Нет чтобы втолковать им, мол нельзя так, не по-братски будет, а они еще и сами бучу затеяли.

— Ну да, ну да, — хохотнул Верф, подцепив с закусочного столика тарталетку с жареным трилобитом под сыром. — Я не хочу никого обидеть, но бучу подняли, в первую очередь, на моих детей!

— И на моих тоже! — Шиаза так сильно взмахнула рукой с бокалом, что плеснула божественный напиток на пол.

Белокурая красотка закатила глаза.

— Я все прекрасно помню, Верф. Мне до сих пор стыдно за их поступок! Грэату тоже. Он строгий отец, хоть и любит своих детей без меры. И, как ты знаешь, он сполна всех наказал.

— Ключевое слово здесь «всех», — Тициана уже успокоилась и сидела, подперев подбородок рукой, задумчиво глядя на друзей. — Моих в это все вообще втянули без их ведома. Давайте не будем опять спорить. Дети на то и дети, чтобы совершать ошибки и учиться на них. Но мне кажется, Грэат перемудрил с наказанием.

— Не тебе одной, — фыркнула Шиаза, — что-то цветы нашей жизни не торопятся признавать ошибки. Уж совсем ослабели, а все никак понять не могут, чего мы от них добиться хотим. Может уже прямо скажем? Крупным шрифтом на небесах напишем росчерками молний? Или пару землетрясений им устроить?

— Да брось, Шиаза, — Лиора отправила в рот алую виноградину, — прошло-то всего чуть больше двух веков. Они же дети! Надо просто дать им еще времени.

— Да сколько можно! — Прогудел Грон, ударяя кулаком по подлокотнику кресла. Его глаза подозрительно блестели, но вовсе не от слез, а потому, что ангелоподобная девушка уже раз четвертый наполняла его кубок все той же бесцветной жидкостью. — В наши времена так не воспитывали! Помню…

— Да да, Грон, — захихикала Лиора, делая знак девушке, чтоб та наполнила ее бокал, — я тоже помню ваши времена. Ты мычал, слюной на всех капал, да киркой размахивал, когда мы тебя встретили, а Верф тогда же только и делал, что кусты орошал из-под лапы, пха-ха-ха, — не выдержав, в голос засмеялась богиня.

— Ой, вы посмотрите на нее, — вскинулся Верф, гневно сверкая глазами, — давай-ка вспомним, что кусты я орошал от страха, когда встретил тощего птеродактиля женского пола, коим ты и была в «наши времена»!

— Ах Верф, ты еще забыл, как нам попалась на пути Шиаза, голенькая и чумазая, лишь с фиговыми листочками на причинных местах и какой-то лианой на голове, — захохотала Тициана. — «Какой прекрасный мир! Какой красивый паучок!» — явно передразнивая рыжеволосую богиню, завопила она.

— Ой, от рыбы снулой слышу! — Шиаза и не думала обижаться. — Поржали и хватит. Детей тут осуждаем, а ведете себя не лучше. Давайте лучше вернемся к Пути Истины, который Грэат так безуспешно и так часто проводит. Все дает наследникам очередной, Самый Последний шанс! Я думаю, наступило время перемен.

— Это каких же? — спросил Верф, и все заинтересованно замолчали.

— Мне кажется, кто-то должен подать нашим детям пример. Кто-то со стороны. Я тут закинула сети в пару соседних миров и, кажется, нашла.

— Так-так, продолжай, нам нравится. Что за мир? Кто эти существа? — продолжил спрашивать за всех Верф.

— Ну, я настроила несколько мест силы, и в них кое-кого затянуло... Трех людей. С Земли. Из России…

Мгновение молчания, а потом заговорили все разом.

— Ты серьезно?

— Ты в своем уме, Шиаза?

— Это же безмагичесикй мир!

— С отсталой Земли??

— Россия — это случайно не то место, куда мы отправляем грешников?

— Тихо, тихо, — Шиаза замахала руками, — доверьтесь мне. Да, это безмагический мир, но на самом деле он очень похож на наш. А уж какая настройка была в моих ловушках — ерунда бы точно не затянулась! Поэтому я уверена, что нынче на Пути Истины нас ждет много сюрпризов.

— Нууу, не знаю, — протянула Тициана, — вряд ли какие-то людишки без магии смогут решить проблему наших детей, с которой те не справлялись годами.

— Наши дети скоро сами станут людишками без магии, если продолжат в том же духе, — многозначительно напомнила Шиаза.

— Что ж, — Верф побарабанил пальцами по колену, — в принципе мы ничего не теряем. В любом случае, пусть это будет интересный эксперимент.

Шиаза победно улыбнулась.

Детям точно понравится.

Глава 3

Мы снимали трехкомнатную квартиру в одном из спальных районов нашего города. Мы это я, Машка и Паша. Мы дружили с детского сада, и, как ни странно, сумели пронести нашу дружбу через года. Иногда это было довольно сложно, так как у всех свои тараканы, но в целом, наши тараканы бодро справлялись, и мы втроем вполне сносно уживались.

По дороге домой я и так и этак прикидывала, как рассказать ребятам о том, что со мной произошло. И вообще, стоило ли рассказывать. С одной стороны, бред, конечно, но с другой стороны, все-таки, я еще не сошла с ума. По крайней мере, если это так, они вправе об этом узнать первыми.

— Привет, привет, я дома, — крикнула я, открыв дверь ключом и вваливаясь в коридор.

— Приперлась, наконец-то, я уже вся сгораю от любопытства! — Машка выскочила меня встречать. — Ну как он? Это, тот, о ком ты мечтала? Симпатичный? Перспективный? Ты все делала, как я тебя учила?? — на меня горой посыпались ожидаемые вопросы, и я поспешила закрыть тему.

— Маша, это был снова НЕ вариант.

— О, боже мой — подруга закатила глаза, и прошлепала обратно в зал.

Мария. Для меня она была Машка, Маха, Марун и еще куча других сокращений и прозвищ, которые я изобретала для нее. Про Машу можно было смело утверждать «хороша Маша, да не наша». Точнее наша, но не ваша. А еще точнее не про вашу честь. Эффектная, стройная, натуральная блондинка, с огромными голубыми глазами, Маша училась на психолога, а между учебой работала в бутике модной одежды консультантом-продавцом. Мужики велись на Машу, как коты на валерьянку, но мало кто из них знал, что за внешностью Барби скрывается умная отличница психологического факультета. Чем, собственно, Маша с удовольствием и пользовалась, оттачивая будущие профессиональные навыки, даже не выходя на практику.

Я сняла обувь, прошла в зал и плюхнулась в свое кресло. Пашка как обычно сидел напротив на диване со своим ноутбуком и, наверное, опять читал какую-нибудь интересную статью в Интернете.

Пашка. Павел Александрович. Па-паша. Наш друг учился на программиста, и на жизнь зарабатывал себе фрилансом на просторах Всемирной паутины. Высокий, худой, светловолосый в прямоугольных очках с модной оправой, суперспокойный в любой ситуации, всегда рассудительный, Пашка производил на людей положительное впечатление, и многие мамы мечтали бы иметь такого зятя для своих дочек. И только близкие друзья знали, что иногда черти в тихом Пашином омуте могли вывести из себя даже святого.

— Ну что, Элис, фокус опять не удался? — Пашка с любопытством глянул на меня поверх ноутбука.

Я лишь поджала губы. У моего друга не было проблем с девушками, но пока ни с одной он не задерживался надолго, объясняя это двумя словами — «рано еще». Ему то, может, и рано, а вот у меня то скоро комплекс появится.