Алена Лу – Озеро Новых Судеб (страница 10)

– Галерея Новых Судеб, – комментировала Полина, пока я разглядывал странные портреты.

Я не очень разбираюсь в живописи, но для отсталого мира нарисовано было очень неплохо, выглядели картины практически как фотографии. Мужчины и женщины тридцати-тридцати пяти лет, улыбающиеся и серьезные, смотрели на меня с холстов, и было в них что-то завораживающее, как бывает, когда умелый фотограф в одном кадре передает всю суть человека.

– Это все Стражи? Почему они висят здесь? – спросил я, пока мы медленно шли по коридору, разглядывая портреты.

– Тут не только Стражи, – пояснил Макс. – Все эти люди когда-то растворились в Озере Новых Судеб, и, как только судьба человека или тотема переписывается заново, здесь появляется новый портрет. Их создает само Озеро и показывает человека в период его расцвета и зрелости.

– Расцвет под сорок? – хмыкнул я. – Расцвет сейчас, в двадцать, вот зрелость – да, они тут явно все дозрели уже.

– Как знать, как знать, – улыбнулась Полина. – Наверняка твои поступки и мысли сейчас и через десять-пятнадцать лет будут различаться. Посмотри на них, они такие красивые!

– Ага, ага, так стоп, что за фигня?! – воскликнул я, когда ребята подвели меня практически вплотную к одному из портретов.

Оттуда на меня смотрел знакомый мне мужчина, а рядом с ним, расправив крылья, стоял красный дракон, удивительно напоминающий Фьюри.

– Это же я! – выдохнул мой тотем.

– Это же мой татуировщик! – заорал я, тыкая пальцем в картину. – Это он набил мне дракона в восемнадцать!

– И нам наши татуировки, – кивнул Макс. – Это Ричард и Фьюри.

Это был определенно мой татуировщик, только в несуразном костюме и плаще, и с удлиненной стрижкой.

– Ничего странного не происходило, когда ты делал татуировку? – мягко спросила Полина, видя мое смятение.

– Ммм, да я так-то просто мимо проходил в тот день, – начал вспоминать я. – Увидел салон, зашел, там он, и какая-то девица рассказывала ему, что хочет то ли цветок, то ли иероглиф на заднице набить. Он спросил, какую татуировку я хочу, а я возьми и брякни, мол, наколи мне, кольщик, дракона во всю спину. Он девицу быстро вытолкал, каталог открыл, расспрашивал, что конкретно я хочу. Я, как Фьюри увидел, так и ткнул в него пальцем. Помню, он еще так улыбнулся широко, ясно, думаю, уже денежки считает, что с меня слупит. А потом как-то быстро все произошло, он меня на кушетку уложил, принялся за дело, попутно меня о жизни расспрашивая, а потом я уснул.

– Уснул, – эхом повторил Максим. – Татуировка – это больно, чувак, ты бы не смог уснуть.

– Хм, короче я уснул, через пару часов проснулся, а он уже закончил, сказал, что еще с одним мастером в четыре руки забивали, и все успели за один сеанс. А, да, денег он с меня не взял, сказал, что это подарок на день рождения.

– Вот было бы тебе тридцать пять лет, ты бы знал, что татуировки такого масштаба за один сеанс не делаются, – заржал Макс. – Но, в целом, у нас та же история. Случайно пришли, выбрали, дальше спали, денег не взял. Это был Ричард, Кир. Теперь ты нам веришь?

Я глянул на Фьюри. Тот не отрываясь разглядывал портрет, и на его морде застыло выражение отчаянья.

– Мужик, ты чего? – я легонько толкнул дракона в рог.

– Мне… Я как-то странно себя чувствую, – признался тот, отрывая взгляд от портрета и переводя его на меня. – Я не знаю этого человека, но глядя на него мне радостно и горько. Такое возможно?

– Все возможно, Фьюри, – Полин тигр сел рядом с ним. – Узы тотема и его человека очень крепки. Это отголоски прошлого, прими свои эмоции, это нормально.

Тигр-философ. Я бросил взгляд на Полину, и та чуть улыбнулась мне в ответ. Ясно, если мне понадобится психоаналитик, я знаю, куда обращаться.

– Пойдем дальше? – спросила девушка, и я кивнул.

После портрета Ричарда практически все оставшиеся рамы висели пустыми, без рисунка.

– А тут почему никто не нарисован? Или изображения убрали?

– Нет, это заготовки на будущее, так сказать, – ответил мне Максим. – Когда в следующий раз кто-нибудь загадает новую жизнь в Озере, тут появится портрет. Возможно, наши изображения тоже будут здесь висеть.

Желательно, лет через пятьдесят. Мы дошли до конца коридора, свернули налево, поднялись по лестнице на пролет вверх и кружными путями вышли на надземный переход с гонгом, который я заметил еще вчера.

Яркий солнечный свет ослеплял после полумрака замка. В лицо пахнуло свежим морским воздухом, и я вдохнул полной грудью. Люблю море! Если оно здесь есть, скорее бы на него взглянуть.

– А где все? – по переходу изредка проходили Стражи с тотемами, кивая нашей компании и задерживаясь взглядами на Фьюри, но было не так чтобы людно.

– Кто где, – махнула рукой Полина. – Кто-то в дозоре на замковой стене, кто-то тренируется, часть в библиотеке, часть отсыпается.

– А сколько вообще сейчас времени? – я задрал голову, чтобы хоть как-то сориентироваться по положению солнца.

– Все правильно делаешь, – хохотнул Макс. – Сейчас уже пятый час пошел. Пошли на стену, покажем тебе угодья Цитадели.

Всех встречающихся нам людей и зверей Полина представляла мне, но запомнить столько имен я был пока не в состоянии.

– Это Парси, и его тотем Шарлотта, – худощавый светловолосый парень кивнул нам, проходя мимо с огромной паучихой на плече. Она, кстати, тоже приветственно подняла лапу.

– Солнечного дня, Стражи, – мелодично пропела темноволосая девушка с единорогом, которую я видел вчера на собрании, обгоняя нас. – Поздравляю с рождением Фьюри!

– Это Кэри, и ее единорог Джесс, – с придыханием сообщил Максим, с восторгом глядя им вслед. – Дерется, как амазонка!

– Кто, единорог? – не понял я, а воображение уже нарисовало розовую единорожку в боевой стойке.

– Да нет, Джесс всех своим рогом мастерски протыкает, а вот Кэри утренней звездой тварей в щепу крошит, классная девчонка!

Понятно, к этой лучше не приставать.

Еще по пути на крепостную стену я встретил Мэйсона и его черную крысу Рэйчел, размером с поросенка и длинным хвостом с металлической насадкой-шипом на конце, и уже когда мы поднимались по лестнице вверх, нам повстречался Блур с тотемом-жабой Сарой.

– И как же сражается жаба? – не мог не спросить я. – Прыгает всем на грудь и душит?

– Кир! – строго посмотрела на меня Полина. – Не все Стражи и тотемы – воины. Блур работает в библиотеке, он не участвует в боях, но это не делает его неполноценным Стражем, каждый помогает, чем может. Сара не приспособлена к нападению и обороне, зато очень умна, как и Блур.

– Думаю, все мы понимаем, что это не так, – брякнул Фьюри, и в кои-то веки я был с ним согласен.

Я тоже не глуп, но почему-то меня уже вовсю толкают на передовую.

– Сейчас мы в Зеленой башне, – рассказывала Полина, пока мы поднимались вверх по лестнице. – Зеленая башня, как и все остальные, имеет прямой переход к крепостной стене, чтобы в случае опасности Стражи могли быстро встать на защиту.

– Да какой там быстро, – просипел я, задыхаясь от долгого подъема. – Столько лесенок, тут прямо на них можно помереть.

– Ничего, привыкнешь, – «успокоил» меня Максим. – Дело тренировки. В Цитадели с этим строго, все Стражи много тренируются. Кардио в программе тоже есть, поэтому скоро будешь взлетать на самый верх стрелой.

Макс с Полиной и правда уставшими не выглядели, как и их тотемы. Фьюри расправил маленькие крылья и с удовольствием летел впереди всех:

– Давайте, шевелитесь там, – подгонял всех дракон. – Кир, тряпка, ходил-ходил в спортзал, а стонешь, как девка. Сорян, Поли, не как девка, а как слабак. Пришло время подкачать зад, да, братан?

– Не братан, а батя, – упрямо хрипел я, понимая, что ящер, в общем-то, прав.

Не привык я к долгим подъемам и переходам. В домах есть лифты, перемещался по городу на машине, вот тебе и одышка. В какой-то момент лестница закончилась, мы свернули в длинный, узкий переход и, миновав его, выбрались, наконец, на замковую стену.

Я подошел к каменным зубцам и остолбенел. От открывшейся картины захватывало дух! Мы были высоко, и впереди, нас сколько хватало глаз простиралось море, поблескивающее в закатном солнце. Стало понятно, почему я не видел его, когда мы скакали сюда – замок стоял на возвышении. Внизу раскинулись сады, несколько полей, по всей территории змеились дорожки, и одна, широкая, вела прямо от замка к полосе пляжа, защищенного с двух сторон скалами.

– После того, как Алхимик стал нападать на Цитадель, пришлось перенести всё хозяйство сюда, за стены замка, – тихо сказала Полина. – Народа осталось не так много, как раньше, но еду никто не отменял. Теперь посадки ведутся здесь, под куполом. Он защищает замок со всех сторон, и частично уходит в море.

– Кстати, почему Алхимик? – задал я вопрос, который уже давно вертелся у меня на языке. – Он же вроде некромант, маг, кто там еще? Но Алхимик?

– Ты его тварей видел? – хмыкнул Макс. – Те собачки, это так, разминка, больше отвлечение внимания и средство слежения, чем угроза. Но и они мало похожи на обычных собак, не находишь? Браг их сам создает, «прокачивает», а не просто умертвия поднимает. И если мы углубимся в философское трактование алхимии, то станет понятно…

– Всё, всё, я понял, Алхимик, так Алхимик, спорить не буду, – рассмеялся я.

Не только Мафи здесь любит пофилософствовать.

– Так, так, так, кто это у нас тут, еще один хлипкий пришелец? – раздался голос сзади, и я обернулся.