Алена Филипенко – Королевы и изгои (страница 19)

Я шла быстро, пиная опавшие листья, тяжело и шумно дыша. Хотела как лучше – остановить драку, а получилось – хуже не бывает! Что завтра будет в школе?

– Орлова! А ну подожди! – раздался сзади требовательный голос Севера.

Моей первой мыслью было пуститься наутек, но гордость не позволила. Не хотелось показывать, что я боюсь его. Я остановилась и обернулась. Ко мне направлялась небольшая группа ашек – Панферов и его эскорт. Дело плохо.

– Орлова, я что-то не до конца понял слова Валерии. – Сева начал миролюбиво, но взгляд – цепкий, колючий – выдавал его истинные намерения. – Про тебя.

Он остановился рядом и вопросительно на меня посмотрел. В его белесых волосах мелькали еловые иголки.

– Я не знаю, откуда она узнала про поляну, – сухо отозвалась я, вдохнув запах ледяного парфюма и кожаной куртки.

– У тебя же с ней были в это время занятия. И она сказала – от тебя. С чего бы?

– Не знаю. Я ничего ей не говорила.

– Совсем ничего? – Север словно пытался залезть мне в голову. – Может, все же дала какой-то намек? Случайно?

Он всегда умел манипулировать людьми: все ему расскажешь, сам того не желая. Я вздохнула и… выложила правду. Как увидела толпу на пустыре, как сбежала от Валерии, соврав про затопленную квартиру. И про то, что упомянула Собачью поляну, тоже.

– Я случайно сказала про поляну, без подробностей. А Валерия зацепилась. Я не приводила ее! Она, видимо, сама что-то почуяла или посмотрела в окно.

Север кивнул и задумался. Казалось, мои слова его убедили. Я немного выдохнула. Он должен мне поверить!

– Знаешь, во всем этом есть одна нестыковка, – наконец снова заговорил Север. В животе у меня словно завязался тугой узел. – Перед тем как Валерия объявилась, ты кричала, что сюда идут учителя.

Я похолодела. Я совсем забыла об этом! Панферов торжествовал. Он-то все помнил с самого начала и проработал каждую свою реплику. А я попала в ловушку, у меня ведь просто вылетело из головы, как я кричала об учителях.

– Я соврала! Я хотела остановить драку. Я не стучала.

Панферов поморщился:

– Орлова, прекрати уже врать. Уши вянут.

– Признайся, что стуканула, найди силы, – добавил Дима.

– П-п-просто скажи. Мы понимаем, что т-т-ты хотела как лучше, – миролюбиво сказал Рома.

Они говорили все. У всех были разные методы, у кого-то кнут, у кого-то пряник. От их слов кружилась голова, а я так устала что-то доказывать. В груди поднялось возмущение: почему я должна оправдываться?

– Мне больше не о чем с вами говорить. Я этого не делала. Точка, – твердо сказала я и, развернувшись, быстро зашагала прочь.

– Не точка, а запятая – тире, Орлова. Будут последствия, – ледяным тоном бросил Север мне в спину.

Я боялась, что меня догонят, но на удивление от меня отстали. На сегодня. Дома я залпом выпила три стакана воды – так пересохло в горле от нервов. И чего я нервничаю? Я не виновата.

Я наскоро поела и сразу взялась за уроки, потом за домашние дела: хотелось отвлечься. Я запустила стирку, убрала кухню и ванную, помыла полы и приготовила ужин. Родители, вернувшись, очень обрадовались. За едой мама спросила, как мои дела, но я отделалась общими словами и перевела тему, спросила, как дела на работе. Мама обожает такую болтовню. Стала жаловаться, что новый заказчик не понимает, чего хочет, а так как клиент «сытный» – это в переводе с маминого языка означало «приносит фирме много денег», – начальник маму из-за него активно пинает, хотя тоже не понимает, чего тот хочет. Папа о работе говорить не любил, хотя она у него поинтереснее. Мама работает в рекламе, а папа – в игровой индустрии. Мой папа для нашего класса что-то типа иконы, он участвовал в создании сценариев для очень популярных игр. А вот я игры не любила и абсолютно в них не разбиралась.

С пандемии они начали работать на удаленке, но постепенно стали возвращаться в офис: на один день в неделю, потом на два и так далее. Сейчас они половину времени работают дома, половину в офисе. Я сначала очень радовалась их удаленке – за всю жизнь родителей столько не видела, сколько за эту весну. Но потом их ежедневное присутствие дома стало утомлять. Я ведь привыкла к полной самостоятельности: сама решала свои проблемы, отвечала за дом, а тут с меня вдруг сняли эти полномочия. Более того, родители стали активно вмешиваться в мои дела и чуть ли не уроки проверять, как у маленькой! Бр-р.

Ночью я долго ворочалась с боку на бок. Все мне мешало. Было то жарко, то холодно; подушка казалась то слишком жесткой, то чересчур мягкой. Все тело затекало, я никак не могла подобрать удобную позу, но хуже всего были мысли. Они бесконечно вертелись в голове. Я проигрывала все новые и новые последствия сегодняшних неприятностей. Насколько они будут ужасны? Что меня ждет?

Когда я проснулась наутро, ситуация с одноклассниками уже не казалась мне такой катастрофической. До чего же по-разному воспринимаются проблемы ночью и утром! Сейчас я удивлялась своей ночной реакции на происходящее. И чего я разнервничалась?

В школьном холле, у зеркала, я увидела Свету. Она поправила прическу и направилась в раздевалку.

– Свет! Свет, подожди! – крикнула я, но подруга меня не слышала.

Я нагнала ее в раздевалке.

– Ты чего не отвечала на сообщения? Я вчера тебе отправила штук двадцать! И звонила.

Света повесила вещи и молча вышла из раздевалки.

– Эй, ты чего? – Я возмутилась: она меня даже не подождала!

Быстро сняв и повесив куртку, я ринулась догонять Свету.

– Ты уже в курсе, что вчера произошло? – спросила я подругу, поравнявшись с ней в коридоре. Светы не было на разборках, она ушла раньше. – Наши все передрались из-за Таниного исключения, а потом Валерия пришла. У нас сейчас что? Химия? Эй, Свет? Свет? – Я пощелкала пальцами перед лицом подруги. Она будто меня не видела. – Эй, ну ты чего? Снова на что-то обижаешься?

Света молчала. Шагая рядом по лестнице, я судорожно думала, что сделала не так. Нас обогнали бэшки. Среди них был Марк.

– Крыса! – бросил Черепанов, а Кауц плюнул мне под ноги.

Я с каменным лицом обошла плевок и сделала вид, что мне вообще все равно. Это было почти правдой. Сейчас меня больше волновало отстраненное поведение Светы. Что с ней опять?

Мы зашли в кабинет.

– Всем привет! – поздоровалась я.

Я ожидала, что на меня сейчас, как всегда, накинется толпа, чтобы отобрать тетрадь и переписать домашку. Но все сидели и… молчали. Никто на меня не смотрел. Сердце кольнула тревога, но я стала успокаивать себя: это они такие из-за Чайки.

Я села к Свете за нашу парту. Но подруга мигом схватила свои вещи и пересела на другое место. Голова у меня окончательно пошла кругом.

– Не поняла? Может, объяснишь нормально, что я сделала не так?

Света проигнорировала вопрос. К ней подошла компания – Север, Рома и Карина, одна из фанаток Севера.

– Свет, не хочешь сегодня с нами к пруду? Мы хотели катамаран арендовать. Погода такая хорошая, последние теплые деньки, – предложил Север.

– Я не против. – Света обрадованно кивнула. – Во сколько?

Компания стала обсуждать время. Я хлопала глазами. Куда я попала? В какой-то альтернативный мир? Света не выносит Панферова, а теперь собралась с ним тусить? Во дела! Чем же я ее так обидела, если она уже готова делить с Севером катамаран?

Я решила повторить химию, обнаружила, что забыла дома учебник, и обернулась.

– Толь, можно твой учебник? – спросила я. Толя проигнорировал вопрос. – Я быстро. – Ноль реакции. – Толь?

И снова нет ответа. Толя уткнулся в телефон. Я схватила с его парты учебник, и только тогда он отреагировал: выхватил его у меня и положил подальше.

– Ну ладно, ладно! – Я примирительно подняла руки и обернулась к сидящей через ряд Юле. – Юлек, можно учебник на пять минут? Быстро повторю.

Юля тоже на меня не реагировала.

Я встала и огляделась. Все сбились в кучки, в одной что-то обсуждали, во второй обучались новым приемам пенспиннинга. На меня – ноль внимания. Обычно я находилась в центре суеты, а сейчас меня просто взяли и выселили на периферию.

В голове наконец мелькнула смутная догадка. В животе расползлось что-то ледяное. Мой класс объявил мне бойкот!

– Эй! Кто-нибудь? Але, народ, вы меня слышите? – громко позвала я. Не услышать было невозможно. – Что с вами? Вы прикалываетесь? Але, Дим? Маш? Лиза? Ром? Салтыков, не делай вид, будто ты чем-то увлечен в телефоне, ты пялишься в черный экран! – Я прошлась по рядам. – Я знаю, что с вами происходит, – сказала я с наигранной веселостью. – Это из-за вчерашнего, да? Решили меня бойкотнуть?

Все продолжали заниматься своими делами: писать в тетрадях, копаться в телефоне, общаться, крутить ручки.

– Вы серьезно? Думаете, это такое наказание, да? Ошибаетесь. Вы сами себе вырыли яму. Только попробуйте попросить у меня домашку! И не ждите, что я стану после этого организовывать вам дискотеки и походы. И Осенним балом занималась в основном я. Если бы не я, его бы не то что отменили, его бы просто не было! – На последних словах я уже перешла на крик, настолько обозлилась.

Я остановилась у парты Севера, копавшегося в телефоне. Все упорно делали вид, что меня нет, и он тоже, а я никак не могла отдышаться и прийти в себя. А потом я взяла – и смахнула вещи со стола старосты. Вниз полетели учебник, тетрадь. По полу покатились ручки. Север молча все собрал, даже не взглянув на меня. Это было так на него не похоже! Я отступила, плюхнулась на свой стул, взяла телефон и занялась скачкой электронного учебника. Посмотрим, кому этот бойкот сделает хуже. Да вы без меня и дня не продержитесь!