Алена Федотовская – Хранительница времени. Выбор (страница 5)

– Конечно, госпожа, идемте со мной.

Я откинула одеяло, собираясь встать, и меня качнуло. Ничего себе похмелье! Никогда мне не было так плохо. Застонав, я перевела взгляд вниз и удивленно уставилась на себя. Это что на мне надето? Какая-то легкая, явно не моя, длинная белая сорочка с кружавчиками. Фу, всегда терпеть не могла кружево, обычные хлопковые пижамы мне нравились больше. Вдохнув, я кое-как сползла с кровати, показавшейся мне очень большой, приняла из чужих рук какой-то неимоверный халат с большим количеством оборок (из кружева! тут какая-то мания), и с трудом встала.

– Я помогу. – Девушка подхватила меня под локоть. – Первое использование портала все переносят очень тяжело, а вы, насколько я знаю, вообще из другого мира, поэтому вам так нехорошо.

Ах, вот в чем дело, это не похмелье! Ну и на том спасибо.

Девушка осторожно проводила меня в другой конец комнаты, открыла малозаметную дверь, и мы очутились в просторном помещении. На первый взгляд оно выглядело почти как стандартная ванная. На стенах белый с бежевыми прожилками, явно настоящий, мрамор, вместо ванной – утопленный в пол мини-бассейн, странная треугольная лейка в стене и два угловатых камня под ней. Это же душ! Я в раю! Честно говоря, после прочтения двух фэнтезийных книг желание куда-то попадать отсутствовало напрочь. Лохани, в которые нужно было набирать воду, меня совершенно не прельщали. Я так и не поняла, как же герои мыло смывали, неужели вылезали в пене? Сама я редко принимала ванну, предпочитая душ и быстрые водные процедуры.

Справа, у стены, располагалось некое подобие нашего унитаза, но почему-то треугольное, ладно хоть с закругленными углами. Над ним я обнаружила опять же треугольный камень, встроенный в стену. Рядом лежала бумага в стопке.

– Чтобы полилась вода, нужно коснуться камня, – объяснила мне служанка. – В ванной так же, чтобы смешать горячую и холодную воду. Вон там, – она махнула рукой на невысокий постамент в углу, – полотенца и чистый халат. Когда закончите, позовите меня, я помогу вам одеться.

– Спасибо, я как-нибудь сама.

Девушка обиженно поджала губы, но ничего не сказала, поклонилась и вышла, закрыв за собой дверь.

Я посмотрела на постамент. Чуть левее его возвышалось большое, от пола до потолка, зеркало, на удивление, не треугольное, а в форме большого квадрата. Я быстро скинула с себя халат, ночную рубашку и подошла к нему.

Так. Значит, вчерашнее превращение в худенькую нимфу мне не приснилось. Впрочем, фигура осталась моя, но талия стала тоньше, волосы длиннее, а глаза, странного темно-бирюзового цвета, завораживали. Ресницы потемнели (ура, минус тушь!), губы стали ярче (и минус помада!), а лишний волосяной покров, с которым я вечно боролась, испарился (интересно, надолго?). Ради такого стоит и в другом мире оказаться. Надеюсь, по возвращению домой мне оставят этот подарок, я даже обменяла бы его на весь свой гонорар.

Я повертела головой, стараясь рассмотреть непривычную копну волос, ниспадающую ниже талии. Движения отозвались новой болью и тошнотой. Да что же это такое, когда же меня отпустит! Не хватает таблетки от головной боли и желательно чего-нибудь для желудка. Интересно, как у них тут с лекарствами?

Стоп! Я же сама теперь врач! То есть целитель! Ведь именно этим даром меня наградила Аскания. Интересно, смогу ли использовать дар для самой себя? Я вспомнила, как богиня залечила мой порез. Значит, надо использовать руки.

Я коснулась висков подушечками пальцев и закрыла глаза, сосредоточившись и пожелав, чтобы головная боль исчезла. Почувствовав легкое покалывание в кончиках пальцев, я с удивлением констатировала, что боль уходит, а вместе с ней и тошнота. Через минуту я чувствовала себя великолепно! Было ощущение, что я проспала минимум двенадцать часов без сновидений на ортопедическом матрасе. Вот это дар!

Подпрыгнув от переполнявших меня эмоций, я устремилась в душ. Жизнь налаживается!

Через десять минут, завернувшись в халат, с полотенцем на голове, я вышла из ванной и сразу же наткнулась на служанку. Служанка… Поморщилась. Как-то неприятно ее так называть, даже про себя. Мне стало стыдно, даже именем поинтересоваться не удосужилась.

– Как тебя зовут? – Я уселась на кровать, пытаясь промокнуть волосы полотенцем. Девушка кинулась ко мне, чтобы помочь, но я мягко отстранила ее, забросив тюрбан за спину.

– Даринитиэль, госпожа, – поклонилась она.

– Даринитиэль, – повторила я. – Язык сломаешь, пока выговоришь. Можно я буду звать тебя Дашей?

– Как угодно будет госпоже. – Она снова поклонилась.

Ну вот, опять.

– Не называй меня госпожой, мне это непривычно. В моем мире служанок иметь не принято, и уж тем более никто никого госпожой не зовет. Обращайся ко мне просто – Алина.

– Да, госпожа Алина.

Н-да, она неисправима.

– Ладно, – вздохнула я. – Можно попросить тебя принести мне чаю?

– Конечно, госпожа… Алина, какой вы желаете?

– Не знаю, что у вас тут есть, но желательно черный. Только не зеленый, терпеть не могу эти моченые веники.

Даринитиэль впервые улыбнулась.

– Конечно, госпожа, сейчас принесу.

Девушка выскользнула из комнаты, а я наконец-то огляделась.

Комната, вернее, спальня, была огромной. Стены, обитые светло-бежевым шелком в тонкую голубую полоску, кремовый пушистый ковер на полу, мебель темного дерева и широкое, почти во всю стену, окно, задрапированное полупрозрачной тканью и синими портьерами. Четверть комнаты занимала монументальная кровать с ниспадающим пологом под цвет штор, с кипенно-белыми простынями. Вот это мне очень не понравилось, ненавижу белое постельное белье, всегда возникает ассоциация с больничной койкой. Кровать оказалась высокой и доставала мне до середины бедра. Я скептически посмотрела на странное ложе минимум два с половиной метра шириной. На ней спать можно даже поперек. Впрочем, много не мало.

Я спрыгнула с кровати и подошла к окну. За одной из портьер спряталась стеклянная дверь. Потянув на себя резную ручку, я вышла на балкон и ахнула.

Открывшийся мне вид поразил бы любого, даже самого взыскательного путешественника. Я стояла на широком балконе какого-то огромного дома, по-видимому, дворца, сложенного из белого камня. Внизу раскинулся потрясающий парк, с множеством неизвестных мне деревьев и кустарников, покрытых белыми, голубыми и розовыми цветами. Ухоженные дорожки, вымощенные камнем, фонтаны и фонтанчики, низвергающие свои струи на белоснежный мрамор, беседки, увитые плющом, изумрудная трава – от этого великолепия невозможно было оторвать глаз. За парком справа пролегала достаточно широкая дорога, за ней начинался густой лес, простиравшийся на многие километры, и вдали виднелись горы, покрытые снежными шапками. С левой стороны, за усыпанным бело-голубыми цветами лугом и редкими деревьями, я увидела кусочек белого песчаного пляжа… и море! Великолепное море насыщенного лазурного цвета, с барашками волн, бьющихся о прибрежные камни, с брызгами, переливающимися в лучах яркого солнца. А-а-а, море, хочу туда!

Даже не заметила, как вцепилась в перила балкона до боли в костяшках пальцев. Море! Как же я мечтала там оказаться! Конечно, в моем городе под боком был залив, но это совсем не то. И море там не то, холодное и неприветливое.

На берегу теплого моря я была один раз, когда ездила к маме в Сан-Франциско. Вернее, там было даже не море, а целый океан, но я влюбилась раз и навсегда в бескрайние водные просторы. Море… хочу-хочу-хочу! Интересно, есть ли в моем гардеробе (кстати, а где он?) купальник? Раз уж я "госпожа"… Впрочем, даже если его там нет, меня это не остановит!

Я уже собиралась метнуться в комнату, чтобы найти хоть какую-нибудь одежду, а лучше всего свою собственную, как внизу, под балконом, услышала цокот копыт. Вздохнула. Ну да, само собой. Все-таки лошади. Увидев вполне современную ванную, я почему-то подумала, что в этом мире перемещаются на чем-то техническом или хотя бы магическом. Хотя книги жанра фэнтези говорили об обратном. Ванная отличалась от прочитанных мною книг, видимо, это было единственное исключение, а транспортом здесь являются лошади.

Я поморщилась. Не то, чтобы я не любила лошадей, скорее, наоборот, мне очень нравились эти гордые и красивые животные, но вот боялась я их до одури. Мама рассказывала, что в детстве меня напугала лошадь в деревне, куда мы приезжали на выходные. Наездник не сумел удержать поводья и едва не сшиб четырехлетнюю меня. С тех пор я боюсь подходить к коняшкам ближе, чем на десять метров.

Наклонившись, я посмотрела вниз, чтобы позавидовать тому, кто сейчас управляет этим замечательным и недоступным животным. Стук копыт усилился, но всадника я не увидела. Побоявшись, что упущу его, я перегнулась через перила балкона, совершенно забыв, что на моих непривычно длинных волосах накручен тюрбан из полотенца. Охнув, я, словно в замедленной съемке, увидела, как полотенце слетает с моей головы и накрывает всадника, на свою беду именно в этот момент оказавшегося под моим балконом.

– Дротиш тебя задери! – Раздался гневный мужской голос, и я нервно икнула. Всадник резко натянул поводья, и лошадь встала на дыбы. Кое-как совладав с нею, он резко сдернул полотенце, накрывшее его с головой, и возмущенно посмотрел наверх. Я на мгновение встретилась с его ярко-голубыми, метавшими молнии, глазами. Заметила мелькнувшие длинные белоснежные, с серебряным отливом, волосы, пухлые губы и заостренные уши. Дротиш меня задери! (О, я перенимаю ругательства этого мира!) Это же эльф!