Алена Даркина – Право на стены (страница 2)

— …дети!

Затем бойцы заметили внимание капитана и разом уставились на него.

— Имя, звание, — он прекрасно знал всех штурмовиков, но хотел немного встряхнуть того, кто занервничал.

— Лейтенант Ведерников! — боец вскочил, вытянулся по стойке смирно.

— Вы считаете, что мы не должны сражаться с детьми? — попробовал Ким угадать содержание разговора.

Штурмовик явно смутился, начал что-то мямлить:

— Господин капитан, я только… Но ведь это же приют! Какие там преступники?

— Лейтенант Ведерников, если не ошибаюсь, Нью-Йорк не ваш родной город. Вы ведь из Лондона?

— Так точно, господин капитан, — уныло сообщил боец.

— Судя по званию, шесть-семь лет назад вы уже служили в полиции.

— Так точно, — вновь повторил Ведерников, не понимая, куда клонит начальство.

— И как тогда было в Лондоне? От чего погибали полицейские? — Мужчина дрогнул, словно внезапно вспомнил, но Ким не стал ждать, ответил сам: — Полицейские чаще всего погибали из-за нападения… детей, — это слово он произнес с ядом в голосе. — Они ночью в подъезде очень ловко втыкали заточку в горло. Думаете, нас просто так отправили к приюту? Почему столько лет никто их не трогал, а теперь вдруг предъявили ультиматум? — Ким сделал паузу, чтобы Ведерников сам ответил себе на эти вопросы, а капитан только подвел итог: — Нас прислали, чтобы арестовать не детей, а преступников. Если забудете об этом, это может стоить вам жизни. Еще вопросы есть?

— Никак нет, господин капитан! — в голосе штурмовика появилось больше уверенности.

Ким кивнул, отключил внутреннюю связь и отправился дальше. Пошел вдоль линии, оценивая сектора.

Он не знал, удалось ли по-настоящему убедить лейтенанта, но хотя бы напомнил, что лучше не чесать языком с кем попало. Из-за неблагонадежности можно потерять хорошую работу и квартиру на этаже +20 и отправиться под землю в уборщики, а можно и просто исчезнуть. Ким не настучит, так другой доброхот найдется. Это только говорят, что хищники на свалке исчезли. На самом деле они теперь ищут жертв внутри города.

Официальная версия происходящего звучала так: его штурмовой отряд зачищает рассадник эпидемии и преступности. Нью-Йорк два месяца предлагал варианты легализации обитателей приюта. Все благонадежные уже давно воспользовались этим предложением. Остались лишь те, кто понимает: за ними тянется преступный след, проверку они не пройдут.

Неофициальная версия, которую Ким, конечно же, никогда не озвучивал, в отличие от наивного Ведерникова, была меркантильнее: кому-то очень приглянулось здание, стоящее на отшибе. Может, дачку себе мэр решил сделать для отдыха от дел. Как раз все уместятся: и семья, и слуги, и охрана. Шести этажей хватит.

Дети... Кривая ухмылка скользнула по губам. Он вспомнил подопечных, за которых отвечал, когда был старшим лейтенантом приюта. Вряд ли сейчас там контингент лучше. Скорее, наоборот.

Ким заметил рядового — он словно тянулся вверх, пытаясь разглядеть кого-нибудь в окнах верхнего этажа. Наверно, ему стало бы легче, если бы увидел.

Но они не покажутся. Его слова об ультиматуме — пустая формальность. Никто не выйдет. Однако все формальности нужно соблюдать. Ким посмотрел на часы и вернулся туда, где оставил громкоговоритель. Вновь опустил стекло и поднес рупор к губам:

— Внимание! Говорит командир сводного штурмового отряда капитан Адальфссон. По распоряжению мэрии Нью-Йорка…