Алена Бородина – За Гранью Времени (страница 1)

За Гранью Времени

Глава 1

В воздухе пахло лекарством, шерстью и отчаяньем. Я стояла перед прозрачным стеклом кислородной камеры, боясь упустить хотя бы одну секунду времени в это мрачном, давящем, полном боли месте. Там внутри лежал мой рыжий пушистый комочек, героически сражаясь за свою жизнь. Он тоже не сводил с меня своих умных черных глазок, явно понимая, что происходит.

-Ну же, Луис! Давай ты просто снова начнешь дышать нормально, как было в прошлые разы, мы сядем в машину и поедем домой?

Мой маленький воин лишь вздохнул, прижался поближе к своей любимой игрушке мини шпицу Джошуа и положил голову на лапку , из которой торчал катетер с запёкшейся кровью внутри трубки.

Тишину прервал скрип двери. В палату вошла ветеринарная медсестра. Она посмотрела на меня с сочувствием и спросила тот вопрос, которого я боялась больше всего

–Что вы решаете? Забираете ли вы его домой или оставляете на ночь?

Мое сердце разрывалось на части, когда я представляла, что я уйду, а он тут останется один, но я понимала, что здесь у него хотя бы есть шанс.

–Я оставлю его на ночь,– ответила я, и мой голос предательски дрожал. На глаза навернулись слезы. Я надеялась на чудо и верила, что он сможет пережить эту ночь, а утром снова посмотрит на меня своими бездонными умными глазами.

–Можно ли я открою камеру и обниму его?

–Конечно,-мягко сказала медсестра и отошла на шаг назад, как бы давая нам пространство.

Я отворила стеклянную створку и очень мягко коснулась его шерстки. Мой Луис чуть задрожал и прижался к моей руке. В этом жесте было столько доверия, что у меня опять сдавило горло от слез. Он знал, что я рядом. Он знал, что он не один.

–Ягодка, моя держись. Враг не пройдет! Я приеду завтра утром и все будет, как раньше, вот увидишь

-С ним все будет отлично, даже не думай про плохое, -муж аккуратно положил свою руку мне на плечо.

Я совсем забыла, что все это время он находился там, поддерживая меня и оберегая от дурных мыслей.

-Пожалуй ты прав. Поехали, а завтра утром сразу обратно, тем более, что мне кажется ему стало гораздо лучше с тех пор как мы приехали.

Последний поцелуй в пушистую макушку, короткое объятие – и мы направились к выходу. В голове роились мысли, колючие и беспокойные, словно растревоженные пчелы. А перед глазами, как на старых снимках «Полароида», проносились кадры нашей общей жизни.

Я помню нашу первую встречу: Луису было всего два месяца. Крошечный, пушистый, он больше походил на морскую свинку, чем на пса, и с восторгом охотился за штанинами моих джинсов. В ту же секунду я поняла: он мой. Спустя месяц мы уже обживали квартиру, доставшуюся мне от бабушки.

Луис рос удивительно смышленым, но хрупким. В год прозвучал приговор ветеринаров: коллапс трахеи. Страшные слова, за которыми скрывался узкий просвет для дыхания и неутешительные прогнозы – максимум пять-шесть лет жизни. Бесконечные визиты в клинику, липкий страх и отчаяние… Но в какой-то момент я просто решила: будь что будет, мы не сдадимся без боя.

Прошло четыре года. На горизонте замаячила новая жизнь – Англия. Курортный роман в Греции обернулся подготовкой к свадьбе. Вопрос «брать ли с собой Луиса?» даже не стоял. Оформление документов превратилось в бюрократический ад, но мы справились. Ведь если чего-то хочешь всем сердцем, преград не существует.

Прощание с мамой и ее черным песиком Гарри выдалось грустным. За годы соседства они с Луисом стали неразлучными друзьями, виделись почти каждый день, и разлука казалась маленькой потерей частички дома.

Удивительно, но английский туман пошел Луису на пользу. Он окреп, распушился и окончательно превратился в очаровательный «рыжий пирожочек». А вот мои отношения с мужем, напротив, дали трещину. То ли разница менталитетов, то ли его бесконечные компьютерные игры и лень – в итоге мы с Луисом выбрали «свободное плавание». В один погожий летний день мы собрали вещички и поминай как звали.

Нашим новым причалом стала живописная деревушка Стейплхерст. Я устроилась в местный бар. Поначалу жители присматривались ко мне с опаской – чужачка с забавным акцентом. Иногда они в шутку подсылали ко мне суровых шотландцев, чтобы потешиться над тем, как я буду с ними объясняться. Спасибо родителям за языковые школы в детстве: мой английский был вполне сносен, хотя местный сленг и поговорки порой все же заставляли меня краснеть от неловкости.

Но уже через месяц я стала своей. А Луис? Луис совершил невозможное. На территории нашего лендлорда жили грозные охотничьи псы. Я до смерти боялась, что они примут моего малыша за заплутавшего кролика и… ну, вы понимаете. Но Луис просто возглавил их стаю. Каждое утро он с королевским нетерпением ждал прогулки с новыми вассалами.

Даже сам лендлорд, суровый человек, не жаловавший мелкие породы, капитулировал перед его обаянием. Однажды я застала невероятную картину: хозяин втихую позвал Луиса к себе и со смехом наблюдал, как этот пушистый наглец деловито ворчит на огромного черного лабрадора, отвоевывая кусочек сосиски. Я, конечно, прекратила это безобразие, но в глубине души меня распирала гордость за своего маленького и такого смелого друга.

Внезапный приступ удушья ворвался в нашу пасторальную жизнь в деревне, разом стерев все краски. Клиника, стерильные коридоры, двое суток в ожидании чуда… но врачи лишь качали головами. С бесстрастными лицами они вернули мне Луиса: «Везите домой».

Ту ночь я помню как в тумане. Я физически ощущала его боль, словно мы были связаны одной нервной системой. Когда стало совсем невмоготу, в порыве дикого, первобытного отчаяния я подхватила его, подняла над собой и начала трясти, захлебываясь слезами:

– Луис, пожалуйста, не оставляй меня! Слышишь? Возьми пять лет моей жизни, мне не жалко! Только не сейчас, я же здесь совсем одна… Возьми их, Луис! – рыдала я, обращаясь то ли к нему, то ли к самой Вселенной.

Мы были вместе в горе и радости, в болезни и здравии, в богатстве и в те времена, когда в карманах гулял ветер. Он был единственным, кто оставался рядом, когда весь мир отворачивался. Мысль о том, что мы не справимся, просто не умещалась в голове.

Обессилев, я опустилась на пол прямо там, где стояла. Плечи еще вздрагивали, но усталость взяла свое, и я провалилась в тяжелый, тревожный сон. Через полчаса я вздрогнула и открыла глаза. Возле меня было пусто. Сердце ушло в пятки, но вдруг из кухни донеслось мерное, сосредоточенное чавканье.

Я не верила своим ушам. На кухне, в мягком свете ночника, сидел Луис и с аппетитом уплетал свой ужин. Хрипы исчезли, дыхание выровнялось, а рыжие ушки забавно двигались в такт жеванию. Мы просидели в обнимку почти до рассвета. Мне казалось, что в доме напротив пару раз шевельнулась занавеска – должно быть, лендлорд тоже не спал, переживая за своего маленького фаворита.

После того случая выставки остались в прошлом – медалей нам и так хватало, а рисковать его здоровьем я больше не могла. Жизнь потекла спокойнее.

Как-то раз, ни на что особо не надеясь, я забрела в дебри сайта знакомств. Те, кто хоть раз пытался найти там родную душу, поймут мой скептицизм: отыскать кого-то, кто совпадет с тобой по ритму сердца и остроте ума, – задача почти невыполнимая. Но я решила рискнуть.

Судьба, видимо, решила вознаградить меня за все пережитое. Уже на следующий день я встретила его – моего будущего мужа. Поначалу всё казалось туманным: мы выглядели слишком разными, чтобы пазл сложился. Но время – лучший судья. Луис, этот мохнатый эксперт по человеческим душам, принял его сразу и безоговорочно.

Спустя год мы купили дом в другой английской деревеньке, Эйлесфорде. Всего сорок минут пути от прежнего места, так что привыкать к новым пейзажам не пришлось. Перемены коснулись лишь работы: шумный бар остался в прошлом, а на его месте появился мой собственный уютный салон красоты, который быстро стал любимым местом местных леди.

Мы вместе исколесили полмира, хотя после переезда на остров Луис фактически стал «невыездным». Коварные английские правила перевозки животных превратили нашу Англию в прекрасную, но все же запертую на замок клетку. Для меня он всегда был лучше, благороднее и понятнее любого человека, но, увы, издавать законы – не моя специальность. Приходилось принимать правила игры такими, какими они были.

Впрочем, я была совершенно спокойна за его кругозор: Луис успел повидать мир еще до того, как мы осели в британских туманах. Его рыжая мордочка мелькала в окнах автомобилей и иллюминаторах самолетов. Мы даже как-то раз отправились с ним на долгую зимовку в папин дом в солнечной Испании.

Так что мой пушистый компаньон был настоящим космополитом. Он знал вкус морского ветра и шум чужих городов, и, кажется, вполне философски относился к тому, что теперь его главной забавой стали прогулки по живописным тропам Эйлесфорда. Главное, что в этих прогулках мы по-прежнему были вместе.

Глава 2

То утро ощущалось привычно и бодро: смесью протеинового коктейля и едва уловимым запахом моих духов, нанесенных накануне. Я затягивала шнурки, сидя на нижней ступеньке. В голове проносились «не забыть утяжелители», «не забыть воду», «добавить веса на тренажере для ног». Мир был понятным, распланированным и устойчивым.

Мой уже двенадцатилетний песик привычно лежал в своем плетеном кресле и смотрел на меня с неприкрытым восхищением в глазах. Всегда было интересно- считает ли он меня красивой или наоборот жалеет из-за отсутствия шерсти.