Алена Бородина – Твоя по завещанию (страница 39)
— Все же я бы настаивал на положительном решении, — обратился он снова ко мне.
Руслан сделал шаг в его сторону, Махов инстинктивно попятился, затем распрощался и выпорхнул на улицу.
— Зачем? — начал дядя, как только мы остались одни. — Зачем ты лезешь, Кристин?
Злющий. Прямо таки свирепый.
— Это очевидно. Потому что хочу узнать правду и найти убийцу отца!
— Это опасно.
— Думаю, игра стоит свеч, — как-то уж совсем безмятежно и легко парировала я.
Руслан в два счета оказался рядом, больно сжимая мои плечи, встряхивая, словно пытаясь привести меня в чувства и поставить мозги на место.
— Это не игра! Ты можешь пострадать!
Его глаза сделались чёрными, в них плескалось беспокойство и… страх? Мы молча смотрели друг на друга. В этой безмолвной тишине, мне казалось, что я слышу как часто бьются наши сердца.
Была не была. Я решила пойти ва-банк.
— Может ты так за меня переживаешь потому что боишься потерять наследство? — тихо спросила я.
Его глаза расширились от удивления. Он будто на какой-то миг дар речи потерял, а этот миг стал для меня чем-то мучительно тягучим и волнительным. Я застыла в ожидании ответа, надеясь на то, что мои предположения ошибочны.
А если нет? Что если я всего лишь развлечение для него? Потому он и не хочет переходить грань между нами, исключая физическую близость.
— Ты дура? — вопрос прозвучал неожиданно и грубо.
Я растерянно захлопала ресницами.
— Как это тебе в голову вообще могло прийти? — а сейчас в его словах звучала обида.
— Я… Я всего лишь предположила… Ведь если со мной что-то случится, то наследства тебе не видать, — зачем-то ляпнула я, хотя совершенно так не думала.
Руслан убрал руки с плеч, отпуская меня. Между нами словно ледяная вьюга закружила.
— Поступай, как считаешь нужным, Кристин. Это твоя жизнь, — равнодушно ответил он, удаляясь в комнату.
Практически весь день прошёл в молчании. Был ли я обижен? Сложно сказать. Скорее, разочарован и зол. Не ожидал, что Кристина придерживается такого мнения обо мне. Хотя, какая разница, что думает взбалмошная девчонка?
Я мазнул по ней взглядом.
Сидит у окна, без интереса пялясь в сумерки, словно пытаясь рассмотреть там что-то новое. Красивая, грустная. В какой-то миг захотелось обнять ее, зарыться носом в волосы, вдохнуть их аромат, забыться, но…
Наверное, все к лучшему. Она просто маленькая богатенькая девочка, привыкшая к холодному расчету везде, в том числе и в личной жизни. Судит людей по себе. А я? Я просто увлёкся и отчего то решил, что у меня есть чувства.
Я отвёл от девушки взгляд, затем снова посмотрел в ее сторону. Светлые локоны, золотистыми волнами укрывали хрупкую спину, плечи чуть опущены.
Или все же она не просто увлечение, а что-то большее? Эта мысль резанула по живому. Помимо чрезмерной физической тяги, я был будто привязан к ней в эмоциональном плане. Это напоминало помешательство. Хотелось оберегать ее, всегда быть рядом, закрыть собой от всех бед и неприятностей.
Я горько усмехнулся. Взрослый дядька. Докатился до безумия.
— Прости меня, — нарушая ход мыслей, вдруг сказала Кристина, не оборачиваясь. — Я не должна была так говорить о тебе. Я знаю, что ты действительно за меня волнуешься.
Она обернулась. В изумрудных глазах влажно поблескивали слёзы.
Порыв нежности было невозможно сдержать. Я молча подошел к ней, проводя ладонью по шелку ее волос, по плечам.
Крис прислонилась ко мне.
— Я боюсь за тебя и не доверяю Громову, — спокойно произнёс я.
— Я должна сделать это ради отца.
— Ты ничего не должна, Крис.
— Все будет хорошо. Ты же веришь мне? — она запрокинула голову, глядя на меня, как-то по-детски, наивно улыбаясь.
Милая и чертовски очаровательная принцесса.
— Я? Тебе? Даже не знаю. Ты слишком непредсказуемая, — иронично ответил я.
— Но в обиду-то я себя не дам.
— Нет. Никаких Громовых. Даже думать об этом не хочу.
— Ну, Руслан…
Она поднялась со стула, заключая меня в объятия, укладывая голову на грудь.
— Я буду максимально осторожна. Обещаю ничего с ним не пить и не есть, — она хохотнула.
— Это не смешно, Крис.
— А я и не смеюсь. Мне важно это, как ты не понимаешь?
Она отпрянула от меня. Взгляд глаза в глаза. Теперь совсем совсем серьезный, взрослый, без тени улыбки.
— А мне важна ты. И мне страшно отпускать тебя к человеку, который потенциально может быть убийцей.
От моих слов щеки Кристины чуть порозовели. На мгновение смутившись, она опустила глаза в пол.
— Давай сменим тему, — предложил я, не желая больше спорить. — Кстати, Махов сообщение прислал, сказал, что мы можем вернуться домой.
Крис посмотрела на меня глаза. Шмыгнула носом. Грустно улыбнулась.
— Когда уезжаем?
— Когда захочешь. Но, до утра, думаю, разумно будет остаться здесь. Уже начало темнеть, да и на улице заметает.
— Значит, вернёмся завтра? — монотонно и печально спросила она.
Я не мог понять, обижена ли она из-за Громова или же огорчена предстоящим отъездом. Хотя, второе, конечно, маловероятно. С чего бы? Она так рвалась домой.
— Пойду чайник поставлю, — произнесла Крис, проходя мимо.
— Стой, — я ухватил ее за запястье и притянул к себе. — Не дуйся и не злись. Это просто забота. Не хочу, чтобы ты пострадала.
— Нет, Руслан. Это тотальный контроль. Ты сейчас дико напоминаешь отца, который всю мою жизнь пытался спланировать под себя. А я хочу, чтобы мы были на равных, несмотря на то, что ты мой опекун. Я хочу, чтобы ты слышал меня, понимал меня, а не видел перед собой глупого ребёнка. Я выросла, у меня своя голова на плечах.
Я опешил. Слова звучали и правда очень разумно, искренне. На миг даже подумал, что Кристину подменили. Да и как капризная девчонка стала вдруг такой рассудительной? Это, признаюсь, подкупало, заставляя взглянуть на нее иначе.
— Поехать к Громову хочешь?
— Да. Потому что так нужно. Потому что себе не прошу, если не узнаю правды о гибели папы.
Я вздохнул. Моя прекрасная взрослая и одновременно маленькая принцесса.
— Уверена?
— Да.
Я снова вздохнул. Решение далось тяжело.
— Хорошо. Пусть будет так.