Ален Т. Пюиссегюр – Слёзы Цернунна (страница 9)
Хвост трубой, школяр встал напротив двери и затаил дыхание.
Но створки не распахнулись сами собой.
Наложенное на дверь заклятие не откликнулось на его присутствие.
– Вот те на! – недоумённо пробормотал он.
В три прыжка он приблизился вплотную к запертым створкам. Тщательно обшарил всю поверхность, каждую шестерёнку: ни записки, ни надписи, предупреждающей об отсутствии хозяйки. Навострил уши, прижал одно из них плотно к двери: внутри ни шороха, ни скрипа. Взмахнул лапой, подзывая торбоход, и приказал ему стучать в дверь металлическим коленом как можно громче.
Торбоход послушно постучал что есть силы, чуть не упал.
Нет ответа!
– Наставница Эркенбальда! Профессор! Вы здесь? – во всю мочь замяукал Ковен.
Молчание…
Торбоход как ни в чём не бывало колотил механическими лапами в дверь, решив, наверное, что это весёлая игра. Черномордик не отставал и с плеском и радостным бульканьем стукался своим водяным шаром о шестерёнки.
– Сейчас же прекратите! – прикрикнул на них кот. – Эркенбальды нет.
Ковен уловил за дверью шум чуть позже, чем Зародыш. Что-то с грохотом упало.
– Эй, отзовитесь! Я вас слышу! – завопил кот.
В ответ раздался приглушённый деревянными створками жалобный стон.
От ужаса кровь застыла в жилах. Как известно, останки Трилика перенесли к ней в мастерскую. Что, если рукокрылое решило поквитаться и заодно замести следы? Конечно, Эркенбальда в прошлом была воительницей, охотницей на чудовищ и умела сражаться, однако после битвы с мертвецами и Бабой-ягой у неё вместо задней лапы и хвоста – механические протезы. Рукокрылое ей не победить.
Отчаянно мяукая, Ковен всем весом навалился на одну из створок, принялся отдирать её, рвать когтями. Створка не поддавалась.
Из-за двери послышался рёв, протяжный, надсадный, безнадёжный.
Прямо на каменных плитах пола Ковен начертил магический круг. Скопировал тот, что рисовала Брайна, когда в первой четверти водила их ночью пировать на кухню. Тогда кухонная дверь буквально растворилась в воздухе.
Но теперь заклинание не помогло.
Мощная магическая защита с лёгкостью его отразила.
Ковен ещё раз окинул дверь опытным взглядом механика с приличным стажем. Оценил прочность уголковой коробки с двойным притвором, противосъёмные штыри. И понял, что атаковать следует замо`к, вернее, ригель, задвижку на нём.
Рёв за дверью вдруг перешёл в пронзительный визг.
– Я здесь! – рявкнул кот. – Я вас спасу!
Вне себя от ужаса, он метнул в ригель заклятие взрыва – просто в панике не придумал ничего лучше. «Бум!» Чешуйки под шерстью зашелестели и взъерошились. Прочные створки загудели внутри. Задрожали стены, посыпалась штукатурка.
Но они не погибли под обломками. Ригель треснул, и одна из створок с жалобным скрипом отворилась.
– Наставница Эркенбальда, где вы? – ворвался в мастерскую школяр.
От едкой гари у него запершило в горле, и он оглушительно чихнул.
В ответ он услышал только стон и грохот, будто в мастерской ворочалось неуклюжее толстокожее животное. Ковен всмотрелся и замер, потрясённый. Сомнений нет: рукокрылое разрушило всю внутренность башни!
Прежде ему приходилось бывать здесь довольно часто. Весёлый хаос, любезный сердцу её величества Механиматики, его ничуть не смущал, только радовал. Творческий беспорядок подстёгивал воображение, подталкивал к нестандартным решениям, дарил внезапные озарения. К тому же наставница с помощью особого рычага «раздвигала стены» в башне, да-да, её собственное выражение! Он сам свидетель. Возникали новые отсеки и ниши.
Но то, что кот наблюдал сейчас, не имело ничего общего с творческим беспорядком. Кто-то явно бесчинствовал, крушил и ломал всё вокруг. Чудовище или стихийное бедствие. Скорее всего, всё вместе. Каждый кубический сантиметр пространства был наполнен прахом прежних изобретений и приспособлений. Не мастерская, а поле боя. Ковену предстояло пробиваться как разведчику по пересечённой местности среди мусорных куч.
Ближайшая куча зашевелилась. Кот встал на четыре лапы и уже был готов броситься на врага. Он опять почувствовал, как страх будто когтями впился ему в горло, увидел, как надвигаестся водяная стена.
– Кто там? – хрипло спросила всклокоченная Эркенбальда, выбираясь на свет.
Ковен с величайшим облегчением вздохнул. С помятой головы наставницы одна за другой со звоном скатились на пол две гайки.
– Школяр Ковен? Что ты тут забыл? Зачем ты так орал под дверью? Чего так странно смотришь?
– Мне показалось, что на вас напали, вот я и…
Глава факультета глянула на распахнутую створку.
– Взломал дверь мастерской? Как ты умудрился?
– Осмотрел уголковую коробку, штыри и понял, что ригель – единственное уязвимое место.
– Замки обычно открывают ключом, не слыхал?
– Ключа не было, пришлось его взорвать…
Эркенбальда встряхнулась, будто очнулась от сна.
– Слишком ты прыткий для школяра.
– Спасибо за похвалу, но я…
– Это вовсе не комплимент, – проворчала наставница. – Двери запирают не без причины. Веской причины. А теперь, по твоей милости, я должна чинить замок, ещё не хватало!
Эркенбальда отряхнулась, почесала за ухом механической задней лапой, взмахнула хвостом-протезом и принялась вылизывать испачканный пятнистый бок.
– Я не хотела, чтобы мне мешали, – проворчала она.
– Ты так и не ответил на мой вопрос: что тебе здесь понадобилось, подрывник несчастный?
– Просто хотел вас проведать, – честно признался Ковен. – На лекциях вас не видно, постоянно замена.
– Проведал? Доволен? Я у себя в мастерской, и со мной всё в порядке, – раздражённо ответила наставница. – А теперь брысь отсюда! Мне нужно побыть одной, дел невпроворот!
– Каких дел? Чем вы заняты? – с искренним любопытством осведомился он.
Вопреки грозному окрику упрямый школяр и лапой не шевельнул. Только ещё раз огляделся по сторонам. Среди гор обломков и пыли возвышался обожжённый, выпотрошенный остов Трилика. Конечности отсутствовали, начинка разобрана полностью, до последнего винтика. Шерсть у Ковена встала дыбом. Горький запах гари до сих пор не выветрился.
– Да вот, всё пытаюсь понять, как такое могло случиться…
Из-под другой мусорной кучи выбралась Мигдалла, механическая паучиха и постоянная помощница Эркенбальды. Приблизилась к коту и словно бы обнюхала его. Ковен к ней привык и не сопротивлялся. Затем паучиха вместе с торбоходом стали радостно валяться в пыли.
– И что же оказалось? – осторожно поинтересовался кот.
– В целом картина ясна. Морской вампир украл сердце, чтобы научиться управлять Триликом. Освоил всю системуи без труда проник внутрь гигантского автоматона в ночь Шамониоса, напал на гостей, разрушил фасад замка и повредил священный Аквамарин. Теперь-то весь его план полностью раскрыт.
В словах слышалась горькая ирония, наставница не отводила странного взгляда от закопчённого остова Трилика. Казалось, она совсем забыла о школяре.
– Полностью раскрыт, да, – повторяла Эркенбальда рассеянно.