Алексия Каст – Когда сбываются мечты (страница 50)
– Это ты ее?
– Что? – Она повернулась, и мне стало страшно, ее глаза блестели сумасшествием, сейчас она была очень похожа на свою мать. Пугающе похожа. – Ты о Ксюше? Нет, конечно, нет, я до последнего не знала, что отцу настолько плохо. Он держал лицо постоянно, при всех. А однажды мы поругались из-за мамы, и он не смог встать с кресла, точнее, смог, но держать маску на лице, испытывая боль, не смог. Я тогда испугалась и сбежала, ушла в загул на несколько дней, – она начала громко смеяться, – и вот пока я пьянствовала, Игнат собрал своих людей, которых оказалась чуть ли не половина клана, приволок тебя, – ткнула в меня пальцем. – Испугалась не только я, но и врач отца, он был в сговоре с моей мамой, и это он устранил Ксюшу. Сука!
Я почувствовала, как живот сжался опять, и, охнув, обхватила его уже двумя руками. Лекса заметила мой жест.
– Вот только не начни здесь рожать, ты же меня убеждала, что тебе еще ходить и ходить. – Она буквально выплюнула эти слова.
– Лекса, успокойся, – сказала размеренным тоном, пытаясь ее не провоцировать.
– А не надо меня успокаивать, слышишь?! Вечно Лекса плохая, так чем ты лучше? Сучка лживая, это хоть его дети? Или опять обманула? И там один ребенок? – Она неопределенно махнула рукой в сторону моего живота.
– Ты говоришь ерунду, Лекса!
Я больше не могла оставаться спокойной и всерьез жалела, что не послушала мужа. Как же он был прав. Странно, почему-то именно в этот момент мне пришла в голову мысль, что и на счет пола второго ребенка он тоже прав. Совсем не к месту мысль и не вовремя. Живот опять начало сжимать, только в этот раз уже ощутимо, боль прострелила сначала позвоночник и, скрутив поясницу, разлилась волнами к низу живота. Я постаралась сдержать лицо, приподнялась и уперлась руками в бока.
Как только Лекса отвернулась, я достала телефон из кармана плаща (как же хорошо, что я не переложила его в сумку) и на максимальной скорости начала печатать сообщение Игнату. Лекса очень не вовремя обернулась, ее глаза зажглись злостью, и я поспешила отправить пусть и незаконченное сообщение. Не знаю, успела я или нет, но в следующую секунду Лекса оказалась рядом со мной, яростно выхватила из моих рук телефон и кинула его в сторону ограждения.
Телефон благополучно полетел вниз с высоты, а я только сейчас обратила внимание на хлипкость и ненадежность этого ограждения. Уж больно оно низкое и, в общем-то, никакое!
Назимова проследила за моим взглядом и улыбнулась, очень нехорошо так улыбнулась.
– Что, боишься? – спросила она, провоцируя.
И у нее получилось. Я не на шутку испугалась. Не соображая, что делаю, повинуясь мимолетному порыву, нагнулась к столику и схватила пистолет.
– Не подходи, – неумело направила на Лексу оружие и, обойдя столик, начала пятиться.
– Яна, не глупи, – усмехнулась Лекса, но по ней было видно, что она приосанилась и черты лица у нее заострились, делая его более хищным.
Я же отвлеклась на все усиливающуюся боль в животе, даже не поняла, в какой момент она оказалась рядом со мной и принялась оттеснять меня в другую сторону.
Мы двигались в заданном ей направлении, пока я не почувствовала, как уперлась ногами в ограду и не остановилась, Лекса же сделала еще один маленький шажок в мою сторону и уперлась животом в дуло пистолета.
– Стреляй, – спокойно сказала она.
– Отойди, – мой голос дрожал так же, как и руки.
– Стреляй! Иначе я тебя скину. – Она положила руку мне на плечо. – Ты же понимаешь, что для меня это что раз плюнуть.
– Лекса, успокойся, пожалуйста. – Я поморщилась из-за новой волны боли внизу живота и попыталась воззвать к ее разуму. – Ты просто перебрала и не ожидала, вот и результат. Отойди. Тебе нужно отдохнуть и проспаться.
Из ее глаз выветрился хмель, а вот злости в них, увы, не убавилось. «Яна, дура, что же ты говоришь?»
– Даю тебе один-единственный шанс.
Она говорила абсолютно спокойно и выглядела довольно решительно. Приблизилась еще ко мне и тихонечко подтолкнула, по-прежнему держа за плечо.
– У тебя семья, подумай. Яна, это же всего лишь самооборона, так же как с Майей, только теперь ты еще и своих щенков защищаешь. Давай!
– Ты бредишь! – По моим щекам во всю текли слезы. – Ты бредишь! – заорала я что есть мочи.
– Стреляй! – Она вторила моему крику.
– Не буду! – В этот раз у меня получилось еще громче, потому что я выплеснула боль от очередной схватки. Да, надо быть честной самой с собой и признать, что у меня начались роды в такой неподходящий момент. – Не буду, Лекса! Хочешь – толкай, не знаю, сможешь ли ты себе это простить, но я точно не стану в тебя стрелять.
Я почти выпустила пистолет из рук, только Лекса не дала мне этого сделать, обхватила мои руки своими, и раздался щелчок.
– Ты не сняла с предохранителя, – пояснила она совершенно спокойно, – жаль, что ты похожа на свою мать больше, чем я думала.
Она улыбнулась и судорожно облизала губы, по ее щеке скатилась слеза, а следом раздался звук выстрела.
Я непонимающе опустила взгляд и увидела, что мы по-прежнему вместе держали пистолет и даже на курке поверх моего пальца был ее палец.
– Лекса…
Боже! Боже! На ее животе расползалось алое пятно, а руки ослабели и отпустили мои. Я откинула в сторону ненавистное оружие и поспешила подхватить девушку, которая плавно начала оседать.
– Милая… Лекса, что же ты…
Опустила ее на бетонный пол и села рядом с ней. На корточки мне было нельзя, поэтому опустилась прямиком на попу.
Все происходило словно во сне или в какой-то параллельной реальности. Не со мной! Не с ней! Не с нами!
– Лекса, где твой телефон?
Я шарила по ее карманам, а она молча смотрела на меня и улыбалась.
– Сделай его счастливым, обещай…
– Ты глупая, что ли?! Где твой телефон? Нужно вызвать скорую, нет, лучше позвонить Мари и Игнату. Лекса, где твой телефон?
– Яна, обещай!
– Не нужно мне тут прощальных речей, Лекса. – Я посмотрела на ее живот и услышала собственный всхлип, крови становилось все больше и больше.
Ситуация и правда была почти такой же, как и с Майей.
– Лекса, нужно срочно вызвать помощь, ты же сильная полукровка, Лекса, милая, почему так много крови?
Я прижимала ладони к ее животу, пытаясь остановить красный поток хоть так, даже не замечая того, что меня саму скручивало от боли.
– Яна, – тихо произнесла Лекса, и я заметила, как она побледнела. Девушка облизывала губы и все тише и тише обращалась ко мне. – Обещай, что будешь самой лучшей женой и сделаешь его счастливым!
– Лекса, какие глуп…
– Обещай!
– Обещаю! Обещаю! Только успокойся, пожалуйста, и скажи, где твой гребаный телефон!
– И пообещай мне, что отойдешь в сторону, если он встретит свою пару. – Она ненадолго замолчала и, как-то хлюпнув, продолжила: – Не будешь… держать его… детьми и ставить палки в колеса… просто отпустишь его… Яна?
– Да, Лекса, я обещаю.
Мой голос звучал беспомощно, да и саму себя я ощущала абсолютно никчемной. А все потому, что поняла, откуда был булькающий звук – изо рта Лексы начала течь струйка крови, напор которой с каждой секундой становился сильней.
– Лекса! Лекса!
Пока я с ужасом смотрела на ее рот, она закрыла глаза и отключилась. Нет! Нет! Она не могла умереть! Не сейчас! Не так! Не рядом со мной! Да и без меня! Она не может. Слезы вовсю застилали глаза, и я, слабо соображая, что делаю, стучала ее по щекам и груди.
– Лекса, милая моя, хорошая. Не шути так со мной, открой глаза, слышишь? Открой глаза, я тебе говорю! Хватит! Очнись! Ну же! Лекса, как же я без твоих шуток, как же я без тебя, как же Николай Александрович, не подводи его… – Мой голос с крика и визга скатился до шепота и каких-то бессвязных причитаний.
Я не замечала, ничего вокруг и не чувствовала больше ничего, даже боль в животе была какой-то несущественной.
– Яна! Яна, – словно через вату, послышался голос Игната.
Он прижимал меня к себе со спины, надо же, а я даже не почувствовала тепло его рук.
– Помощь едет, Яна, успокойся, тебе нельзя волноваться, иначе… Яна? Почему так мокро…
Я растерянно посмотрела вниз на бетон, на котором сидела и по которому сейчас водил рукой Игнат. Там была лужа не из крови, а из простой прозрачной жидкости.
– Кажется, у меня отошли воды, – отстраненно произнесла я.
– Что?
– Не кричи, пожалуйста, – всхлипнула, я не могла смотреть на бездыханное тело Лексы и пыталась нащупать пульс, а крики Игната мне очень мешали. – Ты вызвал помощь? – Он кивнул, а я отметила, что ко мне начало возвращаться рациональное мышление.
Пульс еле слышный, но был.