Алексис Опсокополос – В ярости (страница 4)

– Очень много! – подтвердил Вазген. – Имей это в виду! И если решишь продать, сразу обращайся ко мне! К первому!

– Я понял, буду иметь в виду.

– Пацан, похоже, сам мечтает свой клан создать, – сказал ещё один из присутствующих, я даже не успел заметить, кто именно.

– Создать-то не проблема, если артефакт есть и уровень позволяет. Да только там совсем другая игра начинается. Потянет ли? – возразил ему Вазген. – Я же не просто так предлагаю мне его продать. Не думаю, что потянет.

– Ну, если не потянет, то это не наша забота, не нам за ним разгребать, если что. Хотя Карпов тоже думал, что не потянет, а теперь вот… – Генрих неожиданно замолчал, словно сказал лишнего, выдержал небольшую паузу и добавил. – Мы его сюда не для того позвали.

Меня очень напрягало то, что они разговаривали обо мне так, будто меня среди них не было. И ещё меня напрягало, что я почти ничего из этого разговора не понимал.

«Может, уже тогда скажете, для чего вы меня пригласили? – мелькнула у меня в голове мысль. – Удивите уже меня!»

И Генрих меня удивил. Он встал из-за стола, подошёл ко мне и сказал:

– Хорошо, что зашёл, вот ещё, держи!

Он протянул мне круглую пластиковую карточку сантиметра четыре в диаметре. Она была серого цвета с каким-то непонятным знаком по центру. Я взял карточку и вопросительно посмотрел на Генриха.

– Это проездной тебе от нас, чтобы ты мог по нашей территории передвигаться без проблем, – пояснил он. – Береги себя! Красных опасайся! С барыгами тоже осторожно, они тут, кроме Соломоныча, все под красными, хоть и отрицают суки.

Было видно, что Генрих коснулся неприятной для него темы, но, увы, я совершенно не понимал, о чём идёт речь. Поэтому просто лишь постарался дословно запомнить всю полученную информацию.

– Благодарю! – ещё раз сказал я.

– И на работу не выходи! – после этих слов хозяин дома похлопал меня по плечу и вернулся на своё место.

А я понял, что разговор окончен, и больше мне никто ничего не расскажет, хотя вопросов у меня появилось просто неприличное количество. Да и не разговор это был вовсе, а какие-то смотрины. Но зачем им было на меня смотреть? Так уж им интересно глянуть на человека, который на дуэли победил Карпова и забрал у него два уровня? Вряд ли. Из-за артефакта? Тоже сомнительно, особо кроме Вазгена им никто не заинтересовался. Но тогда что им было нужно? Поняв, что в тот момент ответ на этот вопрос получить невозможно, я, попрощавшись со всеми, покинул дом Генриха. Пацан, что приходил за мной, вызвался проводить меня до гостиницы.

– Да ты не парься, я сам дойду, – сказал я ему, едва мы вышли за ворота особняка.

Не то чтобы, мне так уж было жалко его времени, просто хотелось побыть одному. Пацан усмехнулся.

– Давай хотя бы с нашего района выведу, а то мало ли что. А мне потом отвечать.

– Да, надеюсь, всё нормально будет. Мне вот что дали, – я показал пацану «проездной» и тут же поймал в его взгляде искреннее, неожиданным образом проявившееся уважение, видимо такие кругляши давали далеко не всем.

– Ну, может, хоть немного провожу? – уже совершенно другим тоном, больше просящим, спросил пацан.

Видимо, ему просто надо было показать своим, что он усердно выполняет поручения. Я согласно кивнул, и мы пошли по району в южном направлении.

– Тебя как зовут-то? – спросил я пацана, решив, что раз уж идём вместе, то надо получить с этого дела хоть какую-то пользу.

– Рейнджер! – гордо ответил тот, видимо очень гордился своим прозвищем.

Правда было непонятно, ник это или кличка, или ник трансформировавшийся в кличку. Впрочем, мне на это было совершенно наплевать.

– Скажи, Рейнджер, – начал я сразу и в лоб, стараясь по возможности приукрасить свою речь понятными ему словами. – С твоей братвой я познакомился, вроде приняли. С кем у вас тут ещё можно ровно общаться? А куда лучше не ходить?

– Ну с красными тебе по любому не масть якшаться, – с видом эксперта ответил пацан. – Тем более ты у нас уже был, и, судя по всему, тебя приняли от души. Да и я слышал, ты там, на воле, какого-то шакала опустил чётко. Не, к красным не надо. А барыги закрытые. Они чужих к себе вообще не подпускают. А зачем тебе это надо? Будь с нами! Тем более, раз приняли!

– Ты прав, братишка! – уважительно сказал я, чем привёл Рейнджера в состояние крайнего самодовольства. – А кто такой Соломоныч? Генрих сказал, что с ним можно иметь дело.

– С ним можно! – согласился Рейнджер. – Только он ни с кем дел иметь не хочет! Говорят, он на воле был очень крутым. Его и свои и красные побаиваются, и наши уважают. Хотя, если честно, я даже не знаю, за что. Странный он. Очень странный. Вроде и положенец у барыг, но они его не очень любят. А с красными он всегда воевал. И на воле, и тут.

К этому времени мы уже отошли достаточно далеко от дома Генриха, я поблагодарил пацана за помощь и дальше пошёл сам. И если сначала у меня была мысль сразу же пойти по адресу, который мне дали, то постепенно я от этой мысли отказался. Не было у меня уже в этот день ни моральных, ни физических сил для каких-либо сюрпризов. А то, что по этому адресу меня ждал какой-то сюрприз, я не сомневался. Хороший ли, плохой ли, не важно. Сил не было ни на какой. Поэтому я пошёл в гостиницу. Надо было принять ванну и выспаться. При всех минусах Точки Ч, тут мне не приходилось ни от кого убегать. По крайней мере, пока.

Как я ни планировал рассмотреть город хотя бы по пути назад, чтобы было, что рассказать Кате, но на обратной дороге мне ещё больше было не до того. Все мысли были лишь об одном: для чего меня пригласили на эту сходку? Я шагал на автопилоте и даже не заметил, как пришёл к гостинице. Решив, что на утро точно выберу время, чтобы спокойно ознакомится с поселением, я поднялся на второй этаж.

Глава 3

Катя уже приняла ванну, и, судя по тому, что была одета в белый гостиничный халат, вещи свои она постирала. Как и в тот раз, дома у её бывшего, она была прекрасна. Я отметил, что Кате однозначно идут банные халаты и мокрые волосы. Она стразу становилась очень милой, домашней, но при этом невероятно сексуальной.

— Ты где был? — немного встревоженно спросила она меня. — Всё нормально?

— Да. Прогулялся немного, посмотрел, что тут вокруг.

— Ну и что?

— Честно?

Катя вместо ответа кивнула.

– Жопа! – со всей искренностью выдохнул я и невольно улыбнулся. – А ты как постиралась? Там стиралка есть, что ли?

– Ага! Две! И всегда с собой! — усмехнулась Катя и показала мне свои руки.

Увидев, как я неподдельно расстроился, она надо мной сжалилась.

— Ладно, так уж и быть, иди, мойся, вещи сложи на полу, я постираю. Тем более за мной должок!

Пока она не передумала, я пулей бросился в ванную комнату.

Через час мы с ней, оба в банных халатах, сидели и пили чай с печеньем. Оказывается, пока я ходил на смотрины, Катя прогулялась до ближайшего магазинчика и купила немного продуктов: чай, кофе, сахар, хлеб, печенье, какие-то консервы и рекомендованную распорядителем китайскую лапшу.

Коляна долго не было, я сходил вниз, но его номер был заперт. Лишний раз осознали, как мы все привыкли к мобильной связи, соцсетям и постоянному нахождению в онлайне. Мы испытывали определённый дискомфорт от того, что не могли связаться с нашим товарищем. Через какое-то время Колян всё-таки объявился. Оказалось, что он решил прогуляться по городу, а во время прогулки встретил каких-то ребят. Мало того, один из них оказался его земляком, который пообещал Коляну посодействовать в поисках работы и показать, где тут есть спортбары с трансляцией футбольных матчей. Не знаю, возможность трудоустройства, или доступный просмотр матчей, так повлияли на моего товарища, но он однозначно приободрился. Скорее всего, дело было в матчах. Колян быстро поел и убежал к себе, мы с Катей к тому времени уже из последних сил дожидались этого, чтобы рухнуть на кровать и уснуть.

Перед сном я попросил свою вынужденную соседку по кровати, не душить меня подушкой сразу же, если я буду храпеть, а дать мне шанс перевернуться на другой бок.

В этот раз повезло. Ни Железняк, ни Черноволов, ни Карпов мне не приснились. Вообще ничего не приснилось, я проспал, как убитый, а когда проснулся от настойчивых толчков в бок, сначала вообще не мог понять, где нахожусь.

— Макс! Вставай уже! – Катя была не на шутку рассержена. – Я уже думала, ты опять отрубился на сутки! Как можно так крепко спать?

— Завидуем молча, — огрызнулся я, продирая глаза. — Самой не спится, решила и мне утро испортить?

— Вообще-то мне спится! Просто хотела тебя перед уходом завтраком накормить, но больше такой фигнёй страдать не буду!

Катя направилась к выходу из номера, а мне слово «завтрак» вернуло способность соображать.

– Погоди!

Я вскочил с кровати, быстро натянул джинсы и бросился догонять мою заботливую соседку по номеру. Успел на выходе.

– Ну ты пойми правильно, я же не виноват! – я заслонил собой дверной проём. – Чего обижаешься как девочка маленькая? Спасибо за завтрак! А куда ты так рано собралась?

– Вообще-то десятый час уже! Работу иду искать, Коля сказал, что не такое это тут простое дело. Ему земляк вчера много интересного рассказал.

Я тут же вспомнил Генриховское «И на работу не выходи!», и стало немного не по себе. Не факт, что это касалось и Кати, но почему бы и нет?