Алексис Опсокополос – Лицензия на убийство. Том 2 (страница 43)

Больше до самого парка никто не проронил ни слова. Когда транспортёр добрался до места назначения и остановился на парковке, Ковалёв сказал:

— Выходим!

Когда комедианты и адвокат покинул транспортёр и немного отошли в сторону парка, Ковалёв обратился к ничего не понимающему гуманоиду:

— Здесь наши пути разойдутся, друг мой. Ты на такси поезжай в порт, а мы двинем в штаб-квартиру Торгово-промышленной палаты.

— Я поеду с вами! — запротестовал Носок. — И я не понимаю, зачем вы привезли меня сюда? Почему не отправили в порт из особняка?

— Дружок! — сказал Ковалёв, проигнорировав вопросы адвоката. — Каждый должен делать то, что должен! То, с чего будет максимальная польза общему делу. В разговоре с моим тестем от тебя толку не будет никакого. Наоборот, он может при тебе многого не сказать. А если нас там убьют, то ты просто зря пострадаешь. На пустом месте. Хотя Жаба, в любом случае не тронут, а вот нас с тобой запросто. А погибать тебе не стоит, у меня на тебя другие планы.

— Но, господин Лёха!

— Заткнись и слушай! Ты отправишься туда, где от тебя будет больше пользы. И делать будешь то, что я скажу! Сейчас мчись в порт и первым делом отправляйся на Кхэлиэ или на Олос. Любым способом. Ты должен туда попасть как можно быстрее. Только там ты будешь в безопасности. Кхэлийцы очень обидчивые и мстительные. Бронкхорст во время допроса постоянно называл их кальмарами, ну и главное — он их использовал. Он организовал убийство уважаемого землевладельца, а затем его сына. Это оскорбление всей расе. Они будут судить Бронкхорста. Попытаются его поймать или вынесут приговор заочно и объявят в розыск. Это ведь, помимо всего прочего, чистая уголовка — организация убийства, и Бронкхорст во всём признался. А ты присутствовал при этом. Ты ценный свидетель. Тебя будут защищать. Если Бронкхорст прав, и Жандармы в деле, то только на Кхэлиэ или Олосе ты будешь в безопасности.

— Я всё понимаю, господин Лёха, но…

— Заткнись и слушай! — рявкнул Ковалёв. — Телефон сейчас выключи и не входи в сеть, пока не окажешься среди кхэлийцев. А потом всегда держи его возле себя. Впрочем, шансов немного, что мы сможем как-то с тобой связаться. Поэтому следи за новостями! Видео с допросом Бронкхорста сразу не сливай СМИ. Подожди три дня. Если за это время мы с тобой не связались, то распространяй видео всеми доступными способами. Отправь его во все СМИ, выложи на новостных порталах. Но не забывай! Ты должен это сделать, находясь на Кхэлиэ или Олосе. После распространения видео сразу же иди в полицию, говори, что тебе угрожают, и объясни почему. Тебя передадут тайной полиции, у них просишь убежища и пообещаешь выступить свидетелем на суде. Это спасёт тебе жизнь. Потом, когда всё утихнет, напишешь книгу, заработаешь кучу денег и женишься.

— Если его не убьют, — неожиданно сказал Жаб. — Неизвестно сколько времени он проживёт после слива в СМИ видео с допросом.

— Жаб, я всегда говорил, что ты король мотивации, — усмехнулся Лёха. — Но я уверен: будет вести себя грамотно — не убьют. Ну, по крайней мере, шансы выжить есть.

Носок заметно побледнел, Ковалёв это заметил и сказал:

— Мы тебя предупреждали в гостинице на Шорке, что с нами лучше не связываться, что проблем можно получить по самую макушку? Предупреждали! Ты нас послушался? Нет! Не послушался. Поэтому крепись и вперёд! Мой тесть — мужик непростой, но и кхэлийцы не мальчики, поэтому я даже не берусь представить, какой шум поднимется. И мы ещё не должны забывать, что реакция Далувора на это всё будет крайне острой. В общем, думать надо было раньше, а сейчас готовься, друг мой, оказаться в центре очень серьёзных и опасных событий. Но с другой стороны, это твой шанс стать героем, заработать много денег и жениться! Не забывай, ты бьёшься не только за правду, но и за своё будущее семейное счастье с Киллоко!

— Господин Лёха! — растерянно произнёс Носок. — Я всё равно не понимаю, если Ваш тесть так опасен, то зачем Вы едете к нему?

— Затем, что если имеется хотя бы маленькая возможность договориться, надо попытаться это сделать!

— А она точно имеется, эта возможность?

— Мой тесть не дурак. Если он правильно оценит ситуацию, и есть шанс всё откатить назад, то он приложит все силы, чтобы откатить. Лишний шум и огласка не самых красивых поступков не нужна никому. Правда, тогда ты не напишешь книгу и не заработаешь много денег, но зато гарантированно останешься живым, что тоже неплохо. А Жаб, когда станет королём, даст тебе денег и на свадьбу, и на протез мизинца.

— Дам, — подтвердил амфибос.

— А что будет с обвинениями, выдвинутыми в ваш адрес? — не унимался Носок.

— Ну ты прям как не адвокат, — усмехнулся Ковалёв. — С нас снимут обвинения и повесят всё на Бронкхорста, которого и отдадут под суд. А до суда он не доживёт — подавится хэнлорыжем в камере предварительного заключения. Но мы об этом поговорим в другой раз, сейчас времени не так уж и много.

Ковалёв полез в карман куртки, достал все оставшиеся дебетовые карты Куна, протянул их Носку и сказал:

— Держи! Здесь хватит на все накладные расходы на первое время, а там либо мы договоримся с тестем, либо ты с кальмарами.

— Но это ваши деньги! — снова заупрямился адвокат. — Я их не возьму!

— Во-первых, это и твои деньги тоже, а во-вторых, не зли меня! — прикрикнул Лёха и запихал карты гуманоиду в карман куртки.

— А если ты не сможешь убежать с Тропоса, и тебя арестуют, — снова вступил в разговор Жаб. — Скажи, что мы тебя запугали, заставили и дом нам снять, и всячески помогать. На всех допросах настаивай, что ты не при делах.

— Скажи, что пытали, покажи палец, — добавил Лёха.

— Нет, — храбрый сын Лифентра покачал головой. — Я поеду с вами! Вам может понадобиться моя помощь! Я это чувствую!

— Носок! — Ковалёв тяжело вздохнул. — Мы ценим твой порыв, но, похоже, ты пропустил мимо ушей всё, что мы тебе сейчас сказали.

— Я выслушал всё внимательно, — ответил адвокат.

— А запомнил всё?

— Всё!

— Ну, тогда не будем терять драгоценное время и перейдём к плану «Б», — Лёха посмотрел на Жаба и спросил друга: — Аккуратно сможешь?

— А сам? — поинтересовался в ответ амфибос.

— Да рука не поднимается, — ответил Ковалёв. — Слишком уж я к нему привязался.

— Хорошо, не проблема, — сказал Жаб.

— Вы о чём сейчас говорите? — спросил уроженец Лифентра занервничав. — Что не проблема?

Но ответа он не дождался, вместо него Носок получил от амфибоса молниеносный и сильный удар кулаком в подбородок. Адвокат сделал полшага назад, потерял сознание и начал падать. Ковалёв быстро подскочил к гуманоиду и успел его подхватить.

— Вот поэтому и привезли тебя туда, где толпы народа, — усмехнувшись, сказал комедиант, оттащил Носка поближе к ночному клубу и заботливо уложил на тротуар.

После этого Ковалёв набрал полные лёгкие воздуха и громко закричал:

— Помогите! Кто-нибудь! Помогите! Тут прохожему плохо!

На улице находилось достаточно народа, и менее чем за минуту вокруг Носка собралась толпа. Одни предлагали вызвать скорую медицинскую помощь, другие пытались привести адвоката в чувство прямо на тротуаре. Кто-то предложил вызвать полицию, но его тут же чуть не положили рядом с Носком.

Ковалёв усмехнулся, он знал, где оставлять гуманоида. Каждый второй посетитель близлежащих клубов в это время находился под воздействием официально запрещённых веществ. Обычно полиция закрывала на это глаза и рейды по клубам не устраивала, но приехав на вызов, вполне могла кое-кого для порядка и задержать.

Воспользовавшись суматохой, комедианты незаметно отошли в сторону.

— Ты уверен, что ехать к твоему тестю — лучшая идея? — спросил Жаб друга, когда они вернулись к транспортёру.

— Ну а какие у нас ещё варианты? — поинтересовался в ответ Ковалёв.

— Может, всё же лучше на Далувор?

— А какова вероятность, что мы туда доберёмся? В отличие от Носка, мы находимся в розыске.

— Небольшая вероятность, — согласился Жаб. — Да и не хотелось, конечно, всё это выносить на всеобщее обозрение.

— Вот и я про то же. Страховка в виде признания Бронкхорста у нас есть. Почему бы не попробовать договориться?

— Если честно, не совсем приятно договариваться с тем, кто хотел меня купить и использовать в своих целях. Я почти уверен: в его планах было нанести вред Далувору.

— Не буду тебя разубеждать. Сам думаю, что дело там явно не в недвижимости королевской семьи. Но пока не переговорим с Тонгом, подробностей не узнаем. Так что решай, как поступим. Давить на тебя я не могу. У меня на кону стоит лишь моя жизнь, а у тебя — судьба Далувора. Решать однозначно тебе, дружище!

Амфибос ненадолго задумался, потом сказал:

— Хорошо, поехали. Действительно, до Далувора надо ещё как-то добраться. Дело это не быстрое и не простое, а убегать и прятаться я устал.

В этот момент толпа вокруг адвоката радостно зашумела, видимо, гуманоид пришёл в себя.

— Ну вот и Носок очнулся, — заметил Ковалёв. — Сейчас отправится в порт, а там к кальмарам. Он, конечно, не самое крепкое звено нашей команды, но не дурак и очень хочет жениться, поэтому я надеюсь, он справится со своей задачей. Главное, свалить отсюда, пока он не увидел, что мы ещё этого не сделали.

Комедианты быстро забрались в транспортёр, и Лёха велел автопилоту держать курс на штаб-квартиру Торгово-промышленной палаты Тропоса.