Алексис Опсокополос – Хозяин облачного трона II (страница 39)

Меня отбросило в сторону, на ногах я, разумеется, не удержался и упал на спину. Но тут же перекатился на живот и быстро поднялся. А тварь уже снова неслась ко мне. Без прыжков.

В этот раз я уклонился от удара когтистой лапы: вовремя сместился, а в момент сближения ещё и успел врезать монстру по голове. А перед этим наложил на руку усиливающее заклятие — плотный воздушный «уплотнитель», чтобы кулак стал тяжёлым и жёстким, как кувалда. И пробил я этой «кувалдой» почти классический джеб монстру в глаз, благо глазищи у твари были огромные — трудно не попасть.

Защита монстра не подвела и здесь: голову окутала уже привычная зелёная рябь, удар явно сильно ослаб, но глаз есть глаз. Тварь резко дёрнула башкой, почти вывернув её набок, и взревела уже иначе — в этом рыке была не только ярость, но и боль. Значит, я угадал: глаза — её слабое место.

Я попытался развить успех и ещё несколько раз пробить по голове, выцеливая глаза, но тварь быстро раскусила мою тактику. Она начала закрываться, резко вертеть головой, отмахиваться лапами, не подпуская меня так близко, как хотелось бы. Во время одной из таких отмашек я прозевал резкое движение монстра. Слишком увлёкся, поверил, что сейчас ещё раз попаду, и забыл об осторожности. Тварь махнула лапой в сторону, где, по её прикидкам, должен был оказаться я, и не ошиблась.

Удар пришёлся мне сбоку по голове. Хорошо хоть, не когтями, а просто лапищей, но и этого хватило. Ощущение было, будто дубиной по башке отхватил. И это несмотря на мою многослойную защиту от различных видов урона, в том числе и от физического.

В глазах на мгновение потемнело, платформа под ногами будто качнулась, и я еле удержался на ногах. Сквозь гул в ушах до меня донёсся крик Лиры:

— Всё, хватит! Я подключаюсь!

— Нет! — заорал я её в ответ. — Не мешай! Я сам!

— У нас нет времени! — возразила Лира. — Там уже высшая тварь лезет!

— Ну вот иди и помоги гвардейцам, раз она лезет!

— Я не оставлю тебя!

— Иди к капитану! — рявкнул я, едва успевая увернуться от очередного рывка твари. — У него сейчас каждый боец на вес золота. А здесь я сам справлюсь, главное — не мешай!

Лира что-то недовольно пробурчала, но всё же развернулась и ушла. А я, окрылённый тем, что меня теперь никто не будет отвлекать, изловчился и ещё раз пробил кулаком чудищу в его здоровенный чёрный глаз. Но удар вышел заметно хуже предыдущих: сил у меня становилось всё меньше и меньше.

И несмотря на то, что тварь снова завертела головой и взревела, мне пришлось констатировать не очень приятный факт: удары по глазам хоть и были для неё болезненны, но реального урона почти не наносили. Монстр был по-прежнему бодр, полон сил и злости, и, судя по движениям, далёк от изнеможения.

А вот со мной всё было наоборот — я начинал уставать. Моя защита заметно проседала, каждый новый удар твари по воздушному щиту отзывался в теле всё больнее. Несколько раз когти твари даже прорезали защиту — неглубоко, по касательной, но достаточно, чтобы оставить на коже следы. На плече, на боку, на бедре — даже через ткань чувствовалось, что царапины выходили вполне приличными. Не смертельно, но приятного мало. И с каждой минутой удары твари казались мне всё тяжелее, а сил становилось всё меньше.

И похоже, тварь это почувствовала. Она стала ещё агрессивнее, атаковала чаще, практически не делая пауз, словно совсем не уставала. А я становился всё более медленным. Родовой дар Дарсанов и новая мощная сила ощущались, конечно, но очень хорошо было видно, что на одной только силе далеко не уедешь. Нужны навыки, нужны специальные, сложные заклятия, которых у меня в арсенале не было.

Простая магия воздуха, как её ни усиливай, против такой защиты работала плохо. Точнее, вообще не работала. Простыми заклятиями можно было бы разнести саму эту зелёную тушу, но никак не ту вязкую магическую скорлупу, которая её прикрывала.

Нельзя было сказать, что я зря полез драться с монстром один на один — проверить себя стоило, а то после победы над барончиком в академии я уж было решил, что теперь могу многое. Но как выяснилось, нет. Многому мне ещё предстояло учиться и учиться. И впервые за весь бой у меня возникла мысль, что, как ни крути, но без Хранта здесь никак — сам, один на один, эту тушу я не одолею. Резерв магии ощутимо просел, каждое новое заклятие давалось заметно тяжелее, и это несмотря на мою немалую силу. Дыхание сбивалось, руки наливались свинцом, в ногах и спине нарастала тупая боль.

Победить чудище вдвоём с Лирой, скорее всего, шанс был, и немаленький. Но Лиру я отправил к гвардейцам. И по большому счёту правильно сделал: там она была нужнее, с учётом того, что из разлома уже вылезла тварь высшего порядка. Не стоило держать возле себя хорошего бойца, когда я мог воспользоваться помощью Хранта, хоть это и было рискованно.

Но если уж я решил опять звать Разрушителя, то делать это нужно было как можно скорее, пока я ещё стоял на ногах, потому как ситуация ухудшалась стремительно. И словно в подтверждение моим мыслям тварь совершила очередной бросок, но уже не тупой, а с хитрым манёвром. Сначала она, как обычно, завалилась вперёд, подставляя голову и приглашая меня ещё раз ударить по глазу.

И я рефлекторно пошёл на этот «подарок» и потянулся кулаком к морде, но в последний момент монстр с каким-то невероятным проворством резко нырнул под мою руку, сместился чуть в сторону и нанёс удар лапой по левой части спины и боку одновременно. Слишком ловко, слишком аккуратно. Для «тупой» твари как-то уж очень грамотно. Она либо не такая тупая, как казалась, либо инстинкты боя у неё были развиты сильно лучше, чем у некоторых людей.

Я почувствовал, как когти твари прошли сквозь ослабевшую защиту и вонзились мне в бок — глубоко, до горячей, вязкой боли, где-то совсем рядом с рёбрами. До них, к счастью, не дошли, иначе было бы совсем «весело». Скорее всего, тварь и планировала подцепить меня за рёбра, но защита всё-таки хоть как-то сработала и частично силу удара снизила. Впрочем, мне хватило и того, что прошло.

Меня отбросило метра на два, и я не то что встать — вдохнуть сразу не смог. Я лежал на настиле, чувствуя, как под одеждой по боку растекается горячая влага. А тварь, не теряя ни секунды, бросилась на меня. И снова в прыжке — прямо как профессиональный рестлер из моего прошлого мира, только без красивого костюма. Ну и ещё локоть не выставила в их стиле, хотя по скорости и высоте прыжка это прям напрашивалось.

За ту секунду, что у меня была на спасение, откатиться я никак не успевал, поэтому на чистом автомате выставил перед собой воздушную стену — максимально плотную, какую только мог сейчас собрать, вложив в это дело все остатки сил. Мгновенно в метре от меня в воздухе материализовалась полупрозрачная плита из уплотнённого воздуха, и тварь влетела в неё всем корпусом.

Монстра дёрнуло так, будто он с разбега врезался в каменную стену. Плита просела, ослабла, но всё же выдержала, и тварь повисла в воздухе всего лишь в полуметре от меня. Она взвыла от ярости и начала истерично молотить лапами по невидимому препятствию. Каждое её движение отзывалось во мне болью — держать стену было невероятно тяжело. Но я понимал, что без моей поддержки тварь разрушит её за пару секунд.

Впрочем, этого мне должно было хватить, в любом случае долго держать щит я не мог. Прекратив поддерживать стену, я откатился в сторону, и тварь почти сразу же после этого рухнула брюхом на платформу в том месте, где я лежал. Её когти вонзились в настил и вспороли доски именно там, где только что была моя грудная клетка.

Я тем временем поднялся на ноги и отбежал в сторону. Всё тело ныло, а раненый бок вообще горел и пульсировал с каждым ударом сердца. Дышать было тяжело. Все остатки магии я, похоже, слил в эту воздушную стену. Теперь только физика. Или Хрант. Но физики могло хватить в лучшем случае на то, чтобы убежать, поэтому выбора, по сути, не было.

И, глядя, как зелёный громила встаёт, выпрямляется и шагает в мою сторону, я понял, что продолжать боксировать с этим чудищем, было бы уже чистым самоубийством. Тварь была цела, бодра и более чем готова продолжать драку. А её магическая защита никуда не делась — ни один мой удар по-настоящему её не пробил. Пора было признавать, что я пока ещё слишком слаб для боя с таким монстром, и вызывать тяжёлую артиллерию — своего мрачного и злобного соседа по телу.

Отбежав ещё дальше от твари, я остановился и попытался выровнять дыхание и одновременно собраться. И настроить себя на совершенно иной бой. Не на драку, а на уничтожение.

Я смотрел на чудище и представлял, как брошусь на него и разорву его голыми руками. Вспомнил бой с краснокожим, в котором мы чудом избежали потерь, несчастных крестьян, сожранных тварями на прошлом дежурстве, раненых ребят в госпитале. И внутри поднялась злость. На эти проклятые разломы, на всех мерзких разломных тварей и на этого зелёного выродка в частности. И не просто злость, а лютая ненависть.

И эта ненависть начала сжиматься, уплотняться, превращаясь в одно-единственное желание: разорвать. Не выжить. Не отбиться. А именно уничтожить эту мерзость любой ценой. Я отпустил тормоза и позволил ярости полностью накрыть меня. Как в первый раз, когда я полез под краснокожего. Настоящая, практически животная ярость — я даже и не представлял, что у меня получится так быстро довести себя до такого состояния. Но видимо, сильно меня уже достали эти твари.