Алексис Опсокополос – Хозяин облачного трона II (страница 23)

— Можете оставить всё как есть, курсант! Я сам разнесу по полкам, не беспокойтесь!

— Благодарю! — громко ответил я и пошёл за офицером.

Тот повёл меня в административный корпус. Шли молча, шагали быстро. Перед зданием администрации нас встретила знакомая суета: люди в серой форме всё так же ограничивали вход в здание, преподаватели и сотрудники администрации всё так же тихо возмущались, курсанты всё так же с интересом за этим всем наблюдали.

Офицер привёл меня в небольшой кабинет на первом этаже — что-то вроде канцелярии: несколько письменных столов, шкафы с папками, запах чернил и бумаги.

— Подождите здесь, — сказал он, указав на ближайший стул, и быстро вышел из комнаты.

Когда дверь закрылась, я уселся на стул и призадумался. Если меня дёрнули сюда из-за директора, то Тина тут однозначно ни при чём. Она бы меня точно предупредила о вероятности таких сюрпризов. Значит, всё, что произошло с директором, устроил кто-то другой. И ему зачем-то понадобился я.

Я просидел на стуле, мучаясь разными догадками, наверное, минут десять. А потом дверь наконец открылась, и в комнату вошли двое. Не то чтобы вот прям сюрприз-сюрприз, но их я увидеть точно не ожидал: представителей Имперского департамента войны и Имперского департамент магии, что присутствовали накануне на поединках и сидели в вип-ложе вместе с директором.

Военный и архимаг вошли неторопливо, без лишнего пафоса, но в их присутствии воздух в комнате будто сразу потяжелел. Я поднялся и посмотрел на них, стараясь не показать удивления.

— Вы можете сесть, курсант Оливар, — сказал полковник и сам уселся за соседний стол, чуть в стороне.

Он скрестил руки на груди и уставился на меня. Но похоже, ему в предстоящем разговоре или как минимум в его начале отводилась роль наблюдателя, потому как старик-архимаг опустился на стул прямо напротив меня. Он оглядел меня долгим, тяжёлым взглядом, в котором не было ни угрозы, ни доброжелательности — только холодный интерес. Потом тихо сказал:

— У нас есть к вам вопросы, курсант Оливар.

Глава 12

— Внимательно слушаю вас, господа, — сказал я, глядя на своих неожиданных собеседников и стараясь не выдать волнения.

Не то чтобы я боялся — нет, конечно. Но всё же происходящее нервировало: слишком уж серьёзные люди сидели рядом. Когда такие приглашают тебя на разговор, невольно напряжёшься.

Архимаг тем временем чуть наклонил голову, посмотрел на меня, будто оценивая, как я держусь, и произнёс ровным, спокойным голосом:

— Нас вчера представляли перед поединками, но, учитывая обстоятельства, полагаю, вам было не до того, чтобы запоминать чьи-то имена. Поэтому позволю себе представиться ещё раз. Меня зовут Кларон Мейнис. А это — полковник Онель.

Старик сделал небольшой жест рукой в сторону военного, а тот слегка кивнул мне. Я не знал, как положено себя вести, когда представляются люди столь высокого ранга, поэтому на всякий случай поднялся и ответил:

— Очень приятно познакомиться, господа. Для меня это большая честь — общаться с людьми такого уровня.

После этого я снова сел, а архимаг продолжил, всё тем же спокойным, мягким тоном:

— Мы с полковником являемся кураторами академии, курсант Оливар. Я представляю департамент магии, а полковник Онель — департамент войны. И как у кураторов, у нас возникли вопросы после вчерашнего боя.

— Я готов ответить на любые, — сказал я, стараясь говорить спокойно, — если только они не перейдут границы личного.

— Это справедливо, — согласился старик. — Но прежде чем о чём-либо спрашивать, я хочу поздравить вас с убедительной победой, курсант.

— Благодарю, господин Кларон, — ответил я.

— Мы с полковником, — продолжил архимаг, — как и все, кто присутствовал вчера на трибунах, были восхищены тем, как вы провели бой. И приятно поражены уровнем вашей подготовки.

— А мне в свою очередь приятно, что столь уважаемые господа оценили мой поединок, — ответил я.

Старик кивнул и улыбнулся, какое-то время он молчал, словно что-то взвешивал, а затем чуть наклонился вперёд и спросил:

— Скажите, курсант Оливар, знали ли вы, что Дарис Фраллен, проиграв поединок в первом раунде, будет оставлен на второй год обучения? И знали ли вы о негласной традиции выпускников: не выигрывать в первом раунде?

Вопрос был неприятный, но я ответил на него спокойно, не отводя взгляда:

— Да, знал. И о том, и о другом.

— И всё же выиграли, — заметил архимаг, слегка приподняв брови.

— У меня не было выбора, — ответил я. — Курсант Фраллен при большом скоплении наших сокурсников объявил, что поставит меня на колени в первом же раунде. Я потребовал от него извинений и пообещал, что сам поставлю его на колени, если их не получу. И я их не получил. Считайте, он бросил мне вызов. И не ответить на него соответствующим образом было бы проявлением трусости с моей стороны.

Архимаг откинулся на спинку стула, переваривая мой ответ. В глазах его мелькнуло лёгкое удивление, но без явного осуждения. Полковник же усмехнулся, будто соглашаясь с моей логикой.

— Так или иначе, Дарис теперь останется на второй год, — спокойно произнёс старик. — Скажите мне честно, молодой человек: стоило ли так жёстко отвечать на простую мальчишескую браваду?

На это я лишь развёл руками и ответил:

— Простите, господин Кларон, но мне кажется, что не стоит вешать на меня моральную ответственность за глупость Фраллена.

Полковник после моих слов не удержался и усмехнулся. Архимаг тоже улыбнулся, но сдержанно. А я смотрел на них и искренне удивлялся тому, в каком направлении пошёл наш разговор. После вчерашнего моя и моей выходки с директором, после сегодняшнего его ареста я ожидал чего угодно: выговора, серьёзного допроса, даже каких-нибудь обвинений. Но уж точно не обсуждения несчастного барончика, оставленного мной на второй год.

— Признаюсь, — произнёс я, — меня удивила тема ваших вопросов. Я не ожидал, что это имеет настолько серьёзное значение — в каком раунде я уложил Фраллена.

— Это я так, к слову спросил, — будто извиняясь за такое неожиданное начало разговора, сказал Архимаг. — А поговорить я хотел совсем о другом. О том, как быстро и, не побоюсь этого слова, эффектно вы расправились со своим соперником.

— Благодарю, господин Кларон. Для меня большая честь слышать такую оценку от уважаемого архимага.

— Скажите, — продолжил старик, глядя мне в глаза, — как вы смогли это сделать? Я ознакомился с вашими оценками за все годы обучения. Ничего подобного вы раньше не демонстрировали.

Вопрос был ожидаем. И я был к нему готов.

— Недавно я гостил дома, — сказал я. — И мне довелось дежурить возле одного из разломов. Там пришлось вступить в бой с тварью высшего порядка. После этого я почувствовал… как бы это сказать… будто во мне прибавилось силы. Полагаю, разлом как-то на меня повлиял.

Архимаг внимательно меня выслушал и призадумался — видимо, такого ответа он не ожидал и теперь прикидывал, какой вопрос задать следующим. Зато оживился полковник.

— Мне сказали, что после того дежурства тебя представили к ордену, — сказал он. — А с какой именно тварью ты столкнулся?

Я сразу же отметил, что полковник с ходу стал обращаться ко мне на ты. Явно не просто так. Видимо, хотел показать, какой он, несмотря на звание и должность, простой мужик — отец солдатам. И курсантам заодно.

— С краснокожим, — ответил я.

Полковник хмыкнул, и взгляд его стал серьёзнее. Он посмотрел на меня с нескрываемым уважением и произнёс:

— Краснокожий — опасный и достойный противник. Мало кто может похвастаться победой над ним. Я больше скажу: мало кто может похвастать тем, что просто унёс от него ноги.

— Я с ним дрался не один, — пояснил я. — Со мной были двое помощников.

— А его одному и не победить, — заметил полковник. — И раз к награде представили тебя, значит, основной вклад в победу всё же твой.

— Так получилось. Повезло.

Полковник снова хмыкнул и покачал головой, но больше ничего не сказал. Зато «пришёл в себя» архимаг.

— Признаюсь, это первый известный мне случай, когда пребывание у разлома усилило магические способности, — сказал он.

— Не способности, а силу, — поправил я.

— Хорошо, силу, — согласился старик. — Но даже с учётом этого… вы вчера расправились со своим противником на арене, как с ребёнком. Это поразительно.

— Во вчерашнем бою я не использовал ничего экстраординарного, — заметил я. — Самые простые заклятия, которые нам показывали ещё на первом-втором курсах.

— Я видел, что вы применили «Магический вакуум». И держали его почти весь раунд. Это под силу лишь очень сильным магам, курсант. Мне даже затруднительно представить, какой силой вы обладаете.

— Да, силы после разлома хорошо прибавилось. Сам удивляюсь.

Архимаг кивнул, сложил руки на столе и какое-то время продолжал пристально смотреть на меня. Затем улыбнулся, да так радостно, будто ему в голову пришла какая-то невероятно светлая мысль. А потом заявил:

— Вас нужно отвезти в столицу, молодой человек, и там как следует изучить, чтобы понять ваш феномен. Поверьте мне, это необходимо сделать.

Он сказал это так, будто речь шла о какой-то незначительной рутинной процедуре — словно сообщил, что мне пора пройти медосмотр или заполнить какую-то анкету. Просто сухая констатация, от которой у меня внутри всё похолодело. Очень уже мне не хотелось, чтобы меня изучали.