Алексин Фолмут Фэролл – Мой механический роман (страница 4)

– Нет… Это просто уроки, – отвечаю я. (Невероятно, правда?)

– Значит, математика тебе тоже не нравится? – спрашивает мисс Восс, и я начинаю думать, уж не шутит ли она.

– Наверное, не очень, – отвечаю. Звучит чертовски неубедительно.

– Ага, – замечает мисс Восс, но затем, слава богу, переходит к делу. – Скажи мне, Изабель, ты уже думала о том, на какой специальности хочешь учиться?

О боги, только не это. Может, лучше вернемся к разговору о моих оценках? В прежней школе я считалась хорошисткой – то есть одной из тех, чьим родителям не требовалось регулярно звонить, – и это давало мне привилегию быть лишенной их надзора.

– Ну, я подумываю о… – Что же заставит ее отстать от меня? – Архитектуре? Да, об архитектуре, – легкомысленно отвечаю я. – Мне, знаете ли, нравится искусство и все такое.

– Искусство и все такое? – эхом повторяет она.

– Ну…

Напомните мне записать этот эпизод в дневник снов в разделе «Кошмары». Что я вообще должна ответить на это? Ни у кого из моих знакомых нет хобби, интересов, да вообще чего-нибудь, выходящего за рамки тусовок, которые, как правило, сводятся к поеданию бесплатных чипсов в кафе или к посиделкам на парковке и трепу о том, что делать что-либо – глупо. Уверена, у Джейми непременно имеется заранее отрепетированная речь обо всех филантропических причинах, по которым она собирается стать юристом, но лично я не то чтобыв восторге от общения с пожилыми людьми или любой другой формы труда на благо общества, к которой мы все должны стремиться в свободное время. На меня, например, в основном кричат из-за того, что я устраиваю бардак, разбрасывая карандаши где попало, или просят свалить куда подальше, когда пытаюсь позаимствовать у брата его инструменты. (Мать считает, что у меня проблемы с непоседливостью, но на самом деле я просто делаю все возможное, чтобы не мешать окружающим.)

– Мне нравится мастерить всякое, – удается выдавить из себя, поскольку мисс Восс явно ожидает ответа. – Ради развлечения. Я соорудила свой стол из старой швейной машинки, которую отыскала в антикварном магазине, – продолжаю, и тут, к счастью, меня осеняет. – Яне очень хорошо умею варить или паять. Стол был моим первым настоящим изделием, не считая шкатулок или совсем уж простых поделок. А еще я иногда помогаю брату с машиной. Сама я железками не увлекаюсь, но это интересно.

Возникает пауза. Но поскольку мисс Восс, судя по всему, все еще ждет, что я приду к какому-то грандиозному заключению, то продолжаю.

– А еще у меня был период интереса кножам, – добавляю я и понимаю, что если не разовью мысль, то она отправит меня к школьному психологу. – Не то чтобы я прямо увлекалась ими, – спешу объяснить я, – просто мне нравилось их мастерить. У отца есть столярная мастерская и домашняя кузница. Он разнорабочий-любитель, как он себя называет, так что иногда я пользуюсь его инструментами. Точнее, раньше пользовалась, до того, как он…

Я осекаюсь. Не хочу говорить о своем будущем, но вспоминать о разводе моих родителей я не хочуеще больше.

– Извините, – произношу я, растерянно моргнув. – А какой был вопрос?

По какой-то совершенно непонятной мне причине мисс Восс улыбается.

– Твоя катапульта. Она бесподобна.

А-а-а…Чего?

– О. Хм… Я не думала, что…

– Я не могу поставить тебе пятерку, поскольку предполагалось, что сопровождающая документация будет состоять из чего-то посолиднее нацарапанных наспех диаграмм, – объясняет она с ухмылкой, которую, клянусь, ничем иным кроме ухмылки и назвать-то нельзя, – но поскольку твоя катапульта имеет наилучшее соотношение мощности и веса, я поставлю тебе… – Она замолкает, хмыкая себе под нос. – Тройку.

– Что? – Тон моего голоса звучит более панически, чем мне бы хотелось. – Извините, – быстро поправляюсь я. – Я не собиралась… просто…

Мисс Восс ждет продолжения, сложив руки на груди.

– Не хочу показаться грубой, – заявляю я голосом, который мама точно назвала бы грубым. – Просто мне кажется, что раз моя катапульта превзошла все остальные, то и оценка должна быть немного выше, чем…

Боже, да меня просто тошнит от одной мысли отройке.

– Есть еще один вариант, – предлагает мисс Восс, и мой пульс, который и так уже значительно участился при мысли о том, как я буду рассказывать матери о трояке по физике, ускоряется еще больше. У меня нет времени на еще один проект, а если придется писать еще и сопроводительную документацию к нему… – Я хочу тебя перевести, – заявляет она, обрывая бешеную спираль моих мыслей. – В другой класс физики. В частности, на подготовительные курсы для вуза.

Я замираю.

– Чего?

– Мне еще нужно обсудить это с мистером Макинтошем, – добавляет она, – но я также хочу, чтобы ты поучаствовала в соревнованиях по робототехнике.

– Да вы шутите! – У меня возникает чувство, что я могу проделать в ней дыру взглядом. – По робототехнике? Это что, наказание за что-то?

– Ни в коем случае. Это, – произносит она, указывая на мою крохотную катапульту, – гениально. Она настолько оригинальна, что я бы решила, что ты жульничаешь, если бы не знала, что ты собрала ее только сегодня утром.

Вообще-то сегодня днем, но к делу это не относится.

– Мисс Восс, – умоляю я, – мне очень жаль, что я забыла о проекте, но…

– Хватит!

На мгновение преподавательница превращается в камень. До меня доходили слухи, что она строгая, но до сих пор такого за ней не замечалось. От ее преображения я едва не проглатываю язык.

– Изабель, у тебя талант, – назидательно произносит она. –Огромный талант. Пока ты просто просиживаешь в моем классе, ты могла бы блистать в другом. Я уверена, у тебя есть потенциал. Ты не думала о поступлении на машиностроительные факультеты?

В голове у меня вспыхивает картинка, пестрящая лабораторными халатами под промышленным освещением.

– Машиностроение?

– Ты могла бы конструировать вещи, – говорит она. – Все, что захочешь. Могла бы создавать их сама.

Перед глазами проносятся бессмысленные математические формулы, и от одной мысли о них мне хочется чесаться.

– Но я… просто не очень люблю математику и естественные науки, понимаете?

– В этом нет ничего такого, – возражает она, и ещеникто – тем более преподаватель – никогда не выказывал такого пренебрежения в разговоре со мной. – У тебя явные наклонности к творчеству, Изабель. В жизни не бывает так, чтобы ум был нацелен только на тот или иной предмет. А ум у тебя есть, и работает он превосходно. Так что пользуйся им.

– Но…

– Я немедленно рекомендую перевести тебя в класс физики мистера Макинтоша, – заявляет она. – Там не так уж много учеников, и для тебя точно найдется место.

Не могу поверить, что это происходит на самом деле. Я же не мой брат Гейб; пусть и получаю неплохие оценки – потому что иначе мать меня просто убьет, – но я никогда не пыталась быть отличницей целенаправленно.

– Но, мисс Восс…

– Мир не очень благосклонен к умным девушкам, – замечает она. – Чаще всего нас пытаются загнать в рамки. Но я настоятельно советую тебе не поддаваться. – Мисс Восс снова смотрит на мою катапульту, и поскольку я никак не могу сообразить, в какие слова облечь свои возражения, то тоже опускаю глаза. – Если я толкаю тебя на что-то, что тебе не по душе, Изабель, то так мне и скажи. Но если ты сомневаешься только потому, что не уверена в своих силах, то позволь мне попросить тебя, так сказать, рискнуть.

Она поднимает на меня глаза, и я испытываю странное беспокойство, пока разглядываю эту маленькую украденную катушку из-под скотча.

– Сможешь сделать это? – спрашивает меня мисс Восс.

– Я… – выдавливаю и тут же запинаюсь. – Я… это…

– Попробуешь рискнуть? – повторяет она. – Я не прошу тебя заниматься этим всю жизнь, – добавляет она. – Я предлагаю простопопробовать.

Боже, только не это. О нет, нет…

– Да, – отвечаю я, как последняя идиотка. – Попробовать я могу.

– Вот и замечательно. – Ее улыбка теплеет, а затем она прочищает горло, обрадованная. – Мне очень не хотелось ставить тебе тройку, – подмечает она.

– О, – восклицаю я, нахмурившись, – так это была настоящая угроза?

Мисс Восс бросает на меня взгляд, каким частенько одаривает меня мать.

– Да, Изабель. Тебе нужно быловыполнить задание, а технически ты его не сделала.

– Ну да, – признаю я, морщась. – А насчет…робототехники…

– Ты обязательно должна найти время для нее на этой неделе.

Просто супер! То, что я и хотела: еще больше учебной деятельности. Я и так провела почти всю предыдущую ночь, пытаясь не думать о том, что мои подруги «забыли» позвать меня на вечер макияжа. («Мы просто думали, что ты занята, но мы обязательно потусуемся вместе в четверг!!!» – сказали они, будто я действительно могла как-то избежать поездки в Ван-Найс на школьный вечер.)

– Участники клуба хотят увидеть какую-нибудь разработку, – продолжает мисс Восс, – на которую, я надеюсь, ты потратишь чуть больше времени, чем на свою катапульту. Отборочные соревнования уже в пятницу, после обеда.

– Круто, – угрюмо отвечаю я.

Мисс Восс сочувственно кладет руку мне на плечо, что иронично, поскольку я в это вляпалась исключительно из-за нее.

– Ты можешь рассчитывать на любую мою помощь, – заверяет она. – Если тебе не понравится, то ничего страшного, ведь это просто попытка. Но если тебепонравится… – Она замолкает и пожимает плечами, уводя меня в свой класс. – Если тебе понравится, то мы обе останемся довольны, поскольку я окажусь права.