Алексей Зубков – Подземный мир и живая вода (страница 56)

Фьорелла соединила края, что-то пошептала, и рана сама собой затянулась.

— Ты и других могла вылечить? — спросил Симон.

— Нет, что ты! Здесь просто порез. Арман де Виллар почти пополам разрублен, а Тони умер быстрее, чем я успела понять, что он ранен.

— А рыцарь, который проиграл герру Фредерику в первом туре?

Фея посмотрела на Анджея, который гордо ушел из лазарета, добрался до стола и сейчас сидел на лавке, прислонившись к стене.

— Ничего сложного. Для меня.

— Долечи, пожалуйста. Мы остановили кровь, но не знаю, какие повреждения внутри.

— Минутку.

Договорившись о поединке на острых копьях, Ян взял копье и кожаным ремешком привязал к древку свою дубинку, а к наконечнику свой нож.

— Ян, ты же проиграешь, — возмутился Вольф, когда узнал, что товарищ согласился сразиться с чертом на острых копьях и без доспехов.

— С тех пор, как я сразился с чертями в полумире, у меня есть нож, попивший чертовой крови, — сказал Ян, — Я этим ножом с еще не засохшей кровью отрезал мясо и ел его. Черта с два они что-то смогут мне сделать.

— Но ты не сможешь нормально воткнуть этот нож, он же не жестко закреплен, а привязан.

— Если я чувствую правильно, мне достаточно просто его коснуться.

— Герр Йохан фон Мюллер и «Чорт номер один»!

К барьеру выехали Ян на сундуке и «Чорт номер один» верхом на «Чорте номер три» в образе той же лошади. Сундук засеменил своими короткими ножками, а конь-черт плавно набрал ход, как положено на турнире.

Ян шатался, сидя на крышке без седла и растопырив ноги. Но в ладони и подмышкой он зажимал верную дубинку, которая поддерживала копье неизменно направленным в противника.

Поединщики встретились. Ни один из них и не думал уклоняться. Длинный нож ударил в черта, несильно воткнулся и вылетел из раны, оставшись болтаться на привязи к копью. Чертово копье, до последнего мгновения направленное на мельника, в это самое последнее мгновение поднялось вверх, как будто отогнутое непреодолимой силой.

Сундук проскакал дальше, а «Чорт номер один» лопнул так, что его руки-ноги-голова разлетелись по залу, конь-черт упал вперед на подогнувшиеся ноги, а копье боком вылетело в публику.

— Ух ты! — сказал Ласка, — Черти не могут уязвить Яна, а Ян сносит чертей в одно касание! Здорово!

— Хорошо, что в следующем бою он выходит на Люциуса, — сказал Бенвенуто, — Против кого угодно другого это все бы не пригодилось.

— Тебе сейчас выходить против Кшиштофа. На что ты рассчитываешь? — спросил Ласка, — Неужели думаешь, что простым мечом нанесешь мертвому серьезную рану? Если только отсечешь руку или ногу, но ты не настолько лучше него.

— Ты не подумал о том, о чем подумал я, это хороший знак. Он тоже не подумает, — ответил Бенвенуто, — Есть еще одно условие для победы. Проиграл тот, кто потерял оружие. Я выведу его на обезоруживание. И будь он хоть какой бессмертный, он проиграет.

Поздравлять Яна тут же прибежала радостная Амелия. Девушка распространяла вокруг себя такую волну чувств, что даже Ласка перестал думать про Армана и живую воду и улыбнулся.

Ян обтер нож от чертовой крови куском хлеба и собрался было съесть, но получилось так, что вместо него хлеб с кровью съела Амелия. Свою благодарность ведьма пообещала выразить во всех возможных видах и хоть прямо сейчас, но, к сожалению, негде.

— Маэстро Бенвенуто Белледонне и пан Кшиштоф Шафранец!

Короткий обмен ударами. Бойцы прощупывали друг друга, держа длинные мечи двумя руками. Кшиштоф грамотный фехтовальщик, но не особенно быстрый, итальянец быстрее. Вот клинки скрестились в очередной раз. Бенвенуто левой рукой в толстой перчатке схватил сразу оба меча в месте их пересечения, а правой одновременно с шагом вперед вывел свой меч параллельно мечу Кшиштофа и ударил снизу вверх рукоятью в рукоять.

Бойцы столкнулись плечами. Перекрестье меча Бенвенуто прошло между руками Кшиштофа на рукояти его меча. Итальянец грамотно надавил, со знанием механики и возможностей человеческого тела. Если бы он довел прием до логического завершения, то противник сначала оказался бы в положении «держа меч клинком вниз с левой рукой на уровне головы», потом бы навершие меча и левая кисть поехали бы за правый локоть и далее очевидно.

Но Кшиштоф знал этот прием швейцарской школы. Он сразу же выпустил рукоять левой рукой, схватил итальянца сзади за ворот и дернул его назад, поставив подножку.

Пусть у загадочного покойника не хватало скорости, но силы у него хватало. Бенвенуто упал.

— Стой! — закричал Доминго, когда Кшиштоф уже занес меч для добивающего укола.

Кшиштоф остановился. Как разбойник и душегуб, он бы без зазрения совести добил лежачего, но как носитель рыцарской культуры, знал, что за непослушание герольду можно вылететь с турнира.

— Победил пан Кшиштоф Шафранец! — объявил Доминго.

Монахи читали попугаю не только духовные книги. Кроме всего прочего, Доминго ознакомился и с книгами о рыцарях, в том числе, с правилами турниров. Если боец упал, то он проиграл, и бой закончен. Конечно, если речь о бое на турнире ради развлечения, а не о дуэли или судебном поединке до смерти.

Бенвенуто встал и пожал руку победителю. У этой пары бойцов не было никаких личных счетов, и никто из них не пытался победить волшебным оружием или сверхспособностью. Только Высокое Искусство и ничего больше.

— Я мог бы лучше, — разочарованно сказал Бенвенуто, вернувшись к своим.

— Ты живой, и слава Богу, — ответил Ласка, — Мы все равно победим. Ян с дубинкой, ножом и неуязвимостью для чертей выходит на Люциуса.

— Удачи тебе, Ян.

— Дзякую.

— Госпожа Фьорелла Фата и пан Кароль Тенчинский герба Топор!

Кароль отсалютовал мечом. Фьорелла повторила жест. Душегуб попытался срубить клинок и выиграть первым же ударом. Не получилось. Обычный меч в руках феи отлично отражал атаки меча-демона, который рубит все на своем пути. Колдовство против равного колдовства. Клинки отталкивались друг от друга, не соприкасаясь.

Поняв, что победить в один удар не получится, Кароль перешел к более активным атакам, стараясь попасть в девушку. Фьорелла кое-как парировала клинком и неплохо уворачивалась.

— Ой!

Душегуб подловил противницу и нанес укол в лицо. Между мечом-демоном и феей проскочила искра. Меч подлетел кверху, а девушку отбросило на шаг назад.

Кароль понял, что повредить фее своим мечом он не может, но правила допускают и другие варианты для победы. Можно выкинуть ее с ристалища, раз уж она отлетает от удара.

Демонический клинок разогнался до предела, описывая круги и восьмерки. Фьорелла то сама отступала, то отлетала с искрами. Выйти за линию значило бы проиграть. Но она не вышла. Она сделала один точный удар. В правую руку. Кароль выронил меч, и Доминго провозгласил победу феи.

— Я переживал за тебя, — сказал подошедший поздравить Фредерик, — Ты же совсем не умеешь фехтовать.

— Пан Кароль очень хорошо умеет, — ответила Фьорелла, — Он легко пустил бы мне кровь обычным мечом. С простыми мечами из холодного железа мы бы тоже были в равных условиях, но пан Кароль победил бы меня, если бы фехтовал как привык, когда клинки не отталкиваются. Я до последнего момента не видела возможности попасть в него.

Кароль, зажимая правую руку левой, кивнул.

— Госпожа фея как будто умеет фехтовать на клинках, которые отталкиваются? — спросил он.

— Да, мы так балуемся на палочках, — улыбнулась фея.

Подошел справедливый Симон, который лечил и своих, и чужих. И почему-то Люциус.

— Ваш меч, шановный пан, — протянул руку Люциус.

— Меч мой, я за него душу продал, — возмутился Кароль.

— До тех пор, пока ты не опозоришь его поражением в честном бою, — улыбнулся пан-черт.

— Но это не первое поражение, — протянул Кароль и вспомнил, что с тех пор, как он получил этот меч, он изо всех сил избегал любого честного боя, а при необходимости выйти на дуэль с кем-то из своих брал обычный, не колдовской, меч. Как он переживал, что какой-нибудь бой в войне с московитами окажется честным, и польская сторона проиграет. Пару раз даже дезертировал, а еще чаще выезжал с простым мечом.

— Господа, был ли этот бой честным? — спросил Люциус, — Что скажет прекрасная панна, что скажет герольд, что скажут капитаны партий?

— Честный бой, — подтвердили все.

— Первое поражение с этим мечом в честном бою. Поздравляю.

— Но душа…

— Ворота ада перед ней открыты. Не трать панацею, алхимик.

Люциус вырвал меч из рук Кароля, и тот упал замертво. Покойника унесли друзья в сопровождении плачущей девушки.

— Тррретий туррр! — объявил Доминго, — Приглашаю победителей!

— Стоп-стоп-стоп, — забормотал Ян, — Это Люциус теперь на меня выходит с этим мечом? Я против! Только не на мечах!

— Ты же неуязвим для чертей, — напомнил Ласка.

— Я-да. А сундук, а дубинка, а нож? И это я для обычных чертей неуязвим, а для демона, который в мече, еще вопрос.