Алексей Зубков – Финал в Турине (страница 57)

— Хорошо, что она есть. А та, которую купить можно?

Тони еще раз посмотрел на Марту.

— Должность. Положение в обществе. Уважение. Дворянство.

— Через брак? — спросил Фуггер.

— Нет. Как награда.

— Даже я не дворянин, — растерялся Фуггер, — Нет, эта дверь не закрыта, и император может наградить своих верных солдат. Но гражданских служащих… Впрочем, если ты не претендуешь на статус имперского графа, как дядя Якоб… Полагаю, это возможно. Не сразу, но возможно.

— Тогда я могу поучаствовать в еще какой-нибудь миссии Службы Обеспечения. Для начала.

— Хорошо, — Фуггер встал, — Дамы и господа. Еще раз всем спасибо. Остальное обсудим в рабочем порядке.

На выходе Максимилиан подошел к Устину.

— Когда уезжаешь? — спросил он.

— Завтра.

— Может, расскажешь, как ты попал в подвал замка Акайя?

— После мистерии аббат передал мне, что со мной хотела бы поговорить королева-мать Луиза Савойская. Переводчик не нужен, она хорошо знает немецкий. Я предполагал, что меня куда-нибудь пригласят, и взял в Турин свой лучший костюм. Как только мы закончили с кулачными боями, я переоделся. Отец Августин поспешил передать мне приглашение, и я пошел в замок, весь такой красивый-красивый. Внизу меня встретил паж Ее Высочества. Сказал, что она сейчас на конюшне, проводил меня и оставил нас наедине с лошадьми.

Луиза всегда держит немного сердитое выражение лица, но на самом деле у нее большое доброе сердце. Она любит сына, внуков и свою лошадку. У нее очень хорошая лошадь. Лучшая из всех, что я видел. Я имею в виду, лучшая для дамы. Очень умная, послушная и добрая. У Луизы в сумочке кроме обычных дамских мелочей лежит кусочек сахара, яблоко и морковка.

Луиза сказала мне, что ей часто некому пожаловаться на жизнь, и только лошадь ее понимает и сочувствует. Прислуга не заслуживает доверия, фрейлины — волчицы в овечьих шкурах, а дамы высшего света ведут свою игру, которая по определению против интересов королевы-матери.

Мы немного поговорили с лошадью и пошли наверх. Луиза сказала, что она уже немолода, и ее раздражают постоянные лестницы. Пока мы поднимались, она еще больше расстроилась и пожаловалась, что ее бросил мужчина, которого она любила и ждала всю жизнь. Ее официальный любовник в Испании, и они не виделись уже несколько месяцев. Она надеялась в Турине встретиться с другим, с молодым и красивым, похожим на мужчину ее мечты. Но он не приехал. Утром того дня она узнала, что он погиб на дуэли.

Я никогда не привыкну, что у вас дама может сказать кавалеру, что у нее есть любовник, да еще и несколько. Она поняла, что я удивлен такой откровенностью. Ее это даже позабавило. Для своего возраста я слишком благопристойный, сказала она. И попросила придумать какой-нибудь комплимент, чтобы утешить бабушку, у которой недавно появились первые морщины. Даме отказывать нельзя, сказала она.

Я за месяц запомнил очень мало этих ваших «комплиментов» и не уверен, что понимаю, в какой ситуации какие уместны. Выбрал тот комплимент, который подслушал на встрече с Палеологами. В самом высшем обществе, где я был. Сказал, что морщины ничего не значат, потому что французские Прекрасные Дамы не стареют ниже пояса, и французские Благородные Рыцари это отлично знают.

Она рассмеялась. Я сильно рисковал, потому что у нас в Москве за шутку ниже пояса в разговоре с княгиней могли бы отрубить голову. Я так и сказал Луизе, она рассмеялась еще веселее, обняла меня и положила голову мне на грудь. К этому времени мы уже были в ее апартаментах.

Как-то само собой получилось, что мы оказались в постели. Она настаивала, а я отвечал взаимностью. По вашим правилам мы не делали ничего предосудительного. Она вдова, а я пусть женат, но моя жена далеко отсюда и никогда об этом не узнает. Я бы мог отказать, но по вашим правилам, чем на более близкой стадии отношений кавалер отказывает даме, тем более тяжкое оскорбление он ей наносит. Верно? Верно.

Раз уж у вас о таких вещах говорят, то Луиза тоже под платьем выглядит моложе, чем одетая. Неудивительно?

Потом в дверь грубо постучали. Пришел, насколько я понял, коннетабль Шарль де Бурбон. Он и есть мужчина ее мечты? Да, я слышал эту историю. Луиза настаивала, чтобы он на ней женился, а он отказал. Сначала сослался на траур, а потом просто отказал. Она возненавидела его и вознамерилась лишить его всех государственных должностей и всего имущества. Но в глубине души она не переставала его любить. Несмотря на то, что в ее постели бывали другие мужчины.

Кто-то посоветовал коннетаблю помириться с Луизой и жениться на ней. Все равно за столько времени он не нашел себе другую жену. Максимилиан, это ты и посоветовал? Вот спасибо. Конечно, ты не виноват, что он пришел именно в этот день. Просто так получилось с этим медведем, что коннетабль первым встал с мечом между зверем и убегающими дамами. У него нашелся повод сказать Луизе, как она ему дорога.

Нет, я не понял, о чем они говорили за приоткрытой дверью, пока я спешно одевался. Они говорили по-французски. И повышали голос друг на друга. Потом коннетабль ушел, а Луиза вернулась. Она сказала, что я все испортил. Что мужчина ее мечты вернулся, потому что любит ее, и понял, что она только что была с другим.

Они были любовниками много лет. Конечно, он знал, какая у нее улыбка и какой запах после сам знаешь чего. Конечно, он понимал, что после его отказа у нее может быть другой мужчина. И конечно, он носитель вашей культуры, где это все нормально. Но коннетабль пришел предлагать руку и сердце, а Луиза только что спрыгнула с меня. Это очень унизительная ситуация, верно? Верно.

Я не понял ни слова, но я слышал, что Луиза сначала ответила ему таким скептическим тоном. Потом она пару раз хихикнула. Не по-доброму. Очень не по-доброму. В высшем обществе даже мелкие слова и жесты имеют значение. Если бы она мне так хихикнула, я бы попрощался максимально быстро и сбежал.

Коннетабль знал Луизу лучше меня. Он ушел. А она, пока возвращалась ко мне, поняла, что это был последний шанс. За три шага улыбка сошла с ее лица, а на глазах появились слезы. Она сказала мне, что полгода просила его сделать шаг навстречу, а он отказывал вежливо, не желая жечь мосты. И теперь он сам пришел, а мосты сожгла она.

Я даже уйти не успел. Луиза заплакала и позвала стражу. Я сдался страже, и меня отвели в подвал. Дальше ты знаешь.

— Она не подала тебя в розыск, — сказал Макс, — Даже никому не сказала, что с ней был ты.

— Кто хотел узнать, узнал бы, — ответил Устин, — Слишком многие меня видели. Прислуга, фрейлины, стражники.

— Кто бы их слушал. Плевать на сплетни. Королева-мать не считает тебя врагом. И тебя пусть не мучает совесть. На твоем месте запросто мог оказаться какой-нибудь местный рыцарь. Он бы все сделал так же, как ты рассказывал. Ты на самом деле хорошо научился нас понимать.

— На самом деле я искренне не понимаю всю эту вашу куртуазию. Грех похоти в чистом виде.

— Остальные шесть грехов у нас тоже есть. И гнев. И гордыня, чревоугодие, жадность, зависть… Ладно, пять, — Максимилиан загнул пять пальцев и остановился, — Уныние все-таки для простолюдинов.

— Уныние точно не твой грех, — улыбнулся Устин.

— Надеюсь, Господь меня любит не только за это.

Эпилог

— Генрих! — первым поприветствовал Фредерик фон Нидерклаузиц старшего сына Максимилиана и Шарлотты.

— Дядя Фредерик! — Генрих ловко спрыгнул с коня.

— Твоя первая большая война?

— Да. И первый турнир, где я могу получить золотые шпоры, — восемнадцатилетний Генрих перевел взгляд на спутницу Фредерика, — Представь меня прекрасной даме.

— Не узнал! — воскликнула девушка, — Я Рафаэлла!

— Ой, как ты выросла. Четыре года назад была просто девчонка, а сейчас настоящая Прекрасная Дама. Не будь мы в родстве, я бы на тебе женился.

— Ты, наверное, всем так говоришь, — смутилась Рафаэлла.

— Все дамы молодые и прекрасные, кроме почти старушек, — сказал Фредерик, — Они могут и обидеться. А настоящие старушки только улыбнутся.

Через пару минут появились немного отставшие Максимилиан и Шарлотта. Поздоровались. Отметили, что Рафаэлла совсем как взрослая и хоть замуж выдавай.

— Вы вдвоем? — спросил Максимилиан.

— Да. Кармина и младшие остались дома. Рафи у нас папина дочка. Куда я, туда и она.

— Жаль, — сказала Шарлотта, — Скучаю по ним. Мы, правда, тоже младших не брали. Война все-таки.

— Как там наши старые знакомые? — спросил Максимилиан, — Живы-здоровы, сидят с тобой в Аугсбурге?

— Марта следит за собой и почти не изменилась, возраст выдают только глаза.

Шарлотта на мгновение сделала недовольное лицо, когда Фредерик упомянул первой именно Марту.

— Тони так и не женился, но я точно знаю, что у него есть дети, — продолжил Фредерик, — Симон поседел добела. Операции уже не делает, но диагнозы ставит с первого взгляда. Кокки врос корнями в Венеции, сто лет его не видел. Зато его сын Лоренцо фехтовальщик от Бога. Жаль, что больше ничего толком не умеет, но научится.

— Вы тут давно? — спросил Максимилиан.

— Два дня, — ответил Фредерик.

— И как ожидания? Будет простой честный турнир или в очередной раз делимся на партии по придворным раскладам?

— Ничего придворного. Война на носу. Император просил всех жить дружно и никого не убивать на турнире, чтобы не огорчать наших французских друзей, которые сами хотят нас убить или взять в плен.