Алексей Жидков – Глупцы и Герои. Дилогия в одном томе (страница 96)

— Пошли! — отдала Люцина сигнал начала атаки, и несколько десятков сестер, появившись из ниоткуда тесной группки, открыли огонь из своих орудий.

В этот раз они не разделялись и не рассасывались по всему пространству. Прошлый опыт показал минусы такой тактики — враг начинал простреливать все пространство и, убегая от выстрела, одна сестра могла попасть под выстрел, который предназначался другой. Теперь же они появлялись одной тесной группкой — делали несколько перемещений, во время каждого из которых успевали выстрелить лишь единожды, и уходили с поля боя. А спустя какое-то время появлялись снова и повторяли свою атаку.

Новая тактика работала — сестры, раз за разом, удачно выходили из боя. И хотя они и не наносили врагу сколь-нибудь ощутимых потерь, шуму они подняли предостаточно. А самое главное сами обходились без потерь. Но, естественно, такая расстановка имела и свои недостатки — в случае одного попадания по всей группе — ранения будут массовые, поэтому из боя предполагалось выти как можно раньше — сразу после получения подтверждения того, что противник возвращается на свой корабль.

И оно пришло. Но не совсем в том виде, как все рассчитывали.

— Люцина, три группы в спешном порядке прекратили свое продвижение и направляются сюда, а четвертая… — маленькая Полина, исполняющая роль курьера ненадолго замялась, не решаясь закончить сообщение.

— Что четвертая? — требовательно спросила Люцина.

— Четвертая направляется прямиком к пункту управления.

— О нееет, — протянула Люцина. — Всем отбой, срочно возвращаемся, — тут же передала она сообщение другим сестрам, участвовавшим в атаке.

— Нам ничего другого не остается — только продолжать атаки в лоб, — Мария говорила с трудом.

Такими же усталыми выглядели все сестры вокруг, которых осталось уже не так и много. Большая часть оказалась в госпитале. Уже почти полторы сотни раненых сестер были вынуждены восстанавливаться после серьёзных ранений, а пятерых так и не смогли спасти. Они стали первыми погибшими после смерти братьев и было очень горько осознавать, что эти маленькие веселые девчонки больше никогда не засмеются… и никогда не увидят их победу. А увидит ли ее кто-нибудь другой?

Но горевать было некогда. Сейчас требовалось одно — удержать позиции любой ценой. Враг уже смел все промежуточные преграды — осталась только укрепленная дверь.

Но и до церемонии регистрации оставались считанные минуты — требовалось продержаться совсем немного. Другого выхода уже просто не существовало — транспортировать всех раненых сестер на корабль и бежать стало невозможно уже почти сутки назад.

Враг захватил все сервера и восстановил связь. Об их отчаянном захвате знала уже вся вселенная — бежать было некогда и некуда. Оставалось надеяться на Старшую с сестрами и продержаться последние минуты.

— Идем в атаку, — проговорила такая-же уставшая Люцина. — Они прорвутся с минуты на минуту, а если они будут внутри, то смогут заявить о своих правах. Мы не должны этого допустить. Готовимся.

Несколько десятков сестер, измученных и уставших, поднялись со своих мест и выстроились в ряд для начала атаки.

— Вперед! — сдавленным криком отдала команду Люцина.

Сестры исчезли. Появились они с другой стороны двери, прямо среди своих врагов. Да они устали, да многие из них имели легкие ранения, но это были самые сильные, ловкие и, наверное, самые везучие сестры — раз до сих пор могли избежать восстанавливающей медицинской капсулы, плена и смерти. Они разом нанесли свои удары, разом атаковали превосходящего противника, мешая ему прорвать последний рубеж обороны.

Десятки бойцов молотов повалились с тяжёлыми и смертельными ранами. Группа сестер прошла сквозь нападавших, как вода сквозь сито. Но кое-где попадались засоры. То тут, то там, в колонне врага падали и пораженные противником сестры. Все-таки, враг был силен и даже очень.

На атаку было выделено определенное время, после которого сестры вернулись за защищающую их дверь — последний рубеж обороны. Но вернулись далеко не все — больше половины осталось по ту сторону. Резерв отсутствовал — эвакуировать раненых стало некому. Да уже и не зачем.

— Нет! Нет! — из глаз Люцины текли слезы. — Церемония уже закончена, а они продолжают атаку. Перемирие уже началось, но мы в нем, похоже, не участвуем.

— Похоже, что так, сестра, — согласилась с ней присевшая рядом Ирина. — Они не справились. Да и мы тоже.

— А где Мария? — отстраненно спросила Люцина.

— Там, — ответила Ирина и кивнула в сторону, пока еще закрытых дверей, с обратной стороны которых раздавалось громкое шелестение — это молоты пытались их взломать.

— О нееет, — Люцина просто сидела и плакала. Не как воин, не как диверсант и террорист. А как самая настоящая маленькая девочка. Ей было грустно, обидно и… очень страшно.

Остальные сидели с таким же понурым лицом. Их бой был окончен и его результат получался совсем не в их пользу. Но ведь они сделали все что могли — и это гораздо больше того, на что они рассчитывали. Они внесли человечество в историю вселенной. Еще долго представители разных цивилизаций будут изучать их подвиг. Может он и вдохновит кого-нибудь в будущем, как их вдохновляли другие повстанцы, чьи бунты подавили сотни миллионов лет назад.

Шелестение перешло в свист, а потом и в оглушительный рев. На дверях появился огненный круг, которые через некоторое время превратился в проход. В него, ни от кого не таясь, уверенной походкой входили бойцы молотов. Они выстраивались в плотные шеренги для начала атаки. Враг был совсем близок, и битва уже подходила к концу. Но сдаваться никто не собирался.

Люцина встала, затягивая на ходу лицо в каэллу. Следом за ней поднялись другие сестры. Они подходили к своему лидеру и выстраивались в ряд — тоже для атаки — об обороне уже никто не думал.

Осталось только начать последний бой, а что будет после — уже никто и не думал…

Глава 23

Легкий путь

Выследить проклятого верховного оказалось делом непростым. А уж пробраться в его покои и совсем нереальным, но именно к этому и готовили сестер. А охотники, используя знания Длинного для их вылавливания, совсем не пользовались ими для своей защиты.

Сначала Жозе следила за верховным, чтобы оценить степень опасности. Но, осознав ужасную реальность, в которой Филарета была убита, а все остальные сестры, кроме Старшей, захвачены в плен и держались на коротких магнитных поводках, решила пойти на отчаянный шаг и попытаться освободить пленниц. Другого выбора у нее не оставалось — ведь даже если Старшая тоже сможет добраться до Площади мира, у нее не получится обойти блок и произнести свое имя. И даже если она сможет, то их только двое — а это провал и, как следствие, смерть. А раз конечный итог все равно смерть, так почему бы не рискнуть и не вызволить из плены еще хотя бы одну сестру.

Но все они содержались под постоянной усиленной охраной. К тому же верховный с Длинным постоянно ошивались рядом. Верховный вообще сделал из сестер что-то вроде, ходящих за ним следом, трофеев и хвастался богатой добычей кому ни попадя, подвергая своими познаниями некоторых высокопоставленных гостей в легкую панику.

Сколько Жозе не билась и не придумывала, более ли менее реального, плана по спасению хоть одной сестры — у нее ничего не получалось. Зато она выяснила, что Винченцо тоже находится здесь и попасть к нему гораздо проще. Он тоже оставался свободным человеком и вполне мог выступить на площади, поэтому Жозе решила в первую очередь освободить его. К тому же она, хоть его немного и недолюбливала, но все еще видела в нем взрослого — того, кто все знает и может найти выход из любой ситуации. В конце концов, послать сестер сюда придумал именно он. Вот и сейчас был неплохой шанс, что он сможет что-нибудь придумать для спасения остальных.

В его камере, представляющей собой вполне комфортный номер, обставленный приличной мебелью, о которой халичи даже мечтать не могли, и с инфоэкраном, по которому транслировались новости с конгресса, Жозе появилась глубокой ночью. Винченцо еще не спал и не сразу понял, кто его зовет из-под кровати — Жозе переместилась туда, чтобы ее не зафиксировали камеры наблюдения.

— Жозе?! — удивленно воскликнул он, заглядывая под кровать. — Что ты тут…

— Заткнись и ляг назад, — грубо прервала она его, не дав договорить. — А то меня сейчас камеры спалят.

— Камеры, — ухмыльнулся Винченцо. — Ты меня недооцениваешь.

Он исчез из вида, раздался какой-то щелчок и через несколько секунд он уже снова заглядывал под кровать.

— Все, — сказал он уверенно. — Камеры не работают.

— Ты… ты уверен? — переспросила Жозе недоверчиво.

Винченцо даже не стал отвечать, он просто сделал такую мину, как будто обиделся, что в его способностях сомневаются.

Жозе неуверенно вылезла из своего укрытия и оглядела комнату. Большая кровать, два кресла, несколько встроенных шкафов и здоровенный инфоэкран во всю стену, по которому показывали какое-то очередное увеселительное мероприятие. Три камеры, торчащие из стены и потолка, как-то странно были вывернуты — такое ощущение, что их кто-то доставал для починки — это едва-едва бросалось в глаза, и внимание на это мог обратить только специалист и то, если бы посмотрел туда целенаправленно.