Алексей Жидков – Глупцы и Герои. Дилогия в одном томе (страница 63)

— Нет никакого графика. На связь выходим по необходимости. И обычно это бывает очень редко.

— Как часто сюда прилетают корабли? — продолжила задавать вопросы Старшая.

— На дни тренировок прилетает десантный крейсер, и время от времени нам присылают новый лабораторный материал. Ну, еще вот недавно проверка прилетала. И все. Других гостей у нас не бывает.

— Когда прилетят следующие «гости»? — упорно продолжала допрос Старшая.

— Я не помню! — уже с раздражением ответил Длинный. — У вас в руках пульт управления и все базы данных, посмотрите там.

Старшая отдала короткую команду и, стоящая рядом Мария бросилась к пульту управления.

— Что вы со мной сделаете? — спросил Длинный.

— Пока, ничего, — ответила Старшая. — Вы нас многому научили, но не всему. Ты поможешь нам убежать. Причем так, чтобы нас никто не поймал. И…

— Старшая! — прервал ее крик Марии. — Здесь информация, что сегодня прибудет корабль с материалом для экспериментов.

— Сегодня!? — воскликнула Старшая и посмотрела на Длинного.

— Да, точно, — залепетал Длинный. — Я и забыл совсем.

— Старшая! — вдруг раздался голос, только что появившейся Люцины. Со станцией совершает стыковку малый транспорт. Что будем делать?

— Что это за корабль? — резко спросила Старшая у Длинного, показывая на картинку, выведенную на экран.

— Я не знаю, — испуганно ответил Длинный. — Такие раньше не прилетали.

— Похож на тюремный МГ-37, — вставила свое слово Мария, вспомнив курс изучения флота Империи.

— Действительно, — подтвердила Люцина, внимательно рассматривая картинку. — На таких перевозят особо опасных заключенных.

— А у заключенного должна быть вооруженная охрана, — вслух размышляла Мария.

— Этого нам еще не хватало, — выдавила Старшая. — Как вы встречаете «гостей»? — спросила она у Длинного.

— Да, особо, никак, — ответил он. — А что делать с пленным я понятия не имею. Тем более с опасным. У нас даже серьезной охраны то нет. Там не может быть никакого пленного. Это ошибка какая-то.

— Люцина, — начала отдавать команду Старшая. — Переоденься, притворись прислужником и проводи гостей на производственную базу.

— Там повсюду трупы хозяев, — сказала Мария. — Лучше в тренировочный зал.

— Хорошо, — кивнула Старшая, — но за вами последуют не все гости. Часть останется на корабле. Поэтому, Мария и Жозе, наберите к своим группам еще сестер и возьмите сестер из группы Люцины — вы будете захватывать корабль. Охраной же займусь я.

Мария с Жозе кивнули и отправились набирать себе армию. А переодевшаяся Люцина переместилась в зону прилета. Она стояла там со смиренным видом, терпеливо ожидая вновь прибывших гостей.

Через несколько минут корабль завершил стыковку, и из открытого шлюза вышла процессия из четырех хозяев. Трое из них были вооружены световыми ружьями и защищены стандартной броней охраны гражданского сектора. Это конечно была не элитная десантная экипировка, но вполне себе опасная для сестер вещь. Четвертый хозяин был не вооружен и одет в простую мантию тюремного надзирателя серо-черного цвета. В руках у него был пульт управления от, парящей позади всей процессии, гравиплатформы, на которой был установлен четырехметровый контейнер.

— Приветствую вас хозяева, — сказала Люцина, низко поклонившись. Пройдемте за мной.

— Стой! — отдернул ее надзиратель. — Почему нас не встречает персонал?

— Они заняты важным экспериментом, — снова с поклоном ответила Люцина. — Ваш прилет оказался неожиданным. К нему не подготовились необходимым образом. Персонал приносит вам свои глубочайшие извинения и просит проследовать за мной. Они вас примут в ближайшее время, как только смогут освободиться, — все сестры успели пройти курс прислужников и прекрасно умели играть свою основную роль, поэтому даже весьма подозрительному хозяину придраться было не к чему.

— Интересно, — только и сказал он. — Для нас этот заказ тоже оказался неожиданным и абсолютно непонятным, поэтому я бы и хотел переговорить с персоналом.

— У вас будет такая возможность в ближайшее время, — снова поклонилась Люцина. — Если на корабле еще кто-то остался, мы также можем проводить их в комнату отдыха.

— Не стоит, — лаконично сказал надзиратель, не давая своим ответом абсолютно никакой информации о том, кто еще остался на корабле. — Веди нас!

Люцина развернулась и повела процессию в тренировочный зал…

— Будем кого-нибудь брать живым? — спросила Мария у Старшей, наблюдавшей все это время за событиями в зоне прилета.

— Да, надо постараться взять надзирателя, — ответила Старшая. — На корабле пленных не брать. Вы должны атаковать одновременно все его каюты, чтобы никто не успел выйти на связь или включить сигнал тревоги. Как только закончите там, оставьте охрану и перемещайтесь в тренировочный зал. Вдруг у нас все будет не так гладко.

— Понятно, — кивнула Мария. — Все, Люцина уже увела их от корабля. Мы пошли.

Старшая кивнула, после чего Мария, Жозе и с ними еще больше трех десятков сестер исчезли из пункта управления.

— Нам тоже пора, — сказала Старшая. — Клара, возьми четырех сестер — ваша цель — надзиратель. Схватите его и переместите за пределы зала, там свяжите и оставайтесь пока все не закончится.

— Ну, все, начинаем, — громко сказала Старшая остальным. — Те, кто остается, следите за событиями и координируйте наши действия. И не спускайте глаз с Длинного.

С этими словами она исчезла, а за ней и почти все другие сестры. После этого помещение пункта управления, еще минуту назад забитое воинственными бойцами, стало казаться пустым и огромным.

— Ожидайте здесь, — Люцина поклонилась гостям. — Персонал скоро прибудет, — с этими словами она повернула к выходу и зашагала прочь.

— Стой! — остановил ее строгий приказ наставника. — Мы что, будем ждать в одиночестве? Какая у тебя специализация?

Почти всем прислужникам кроме основного умения служить прививалась дополнительная, более узкая специализация. Это могло быть пение, поэзия, искусство танца, сатира, боевые выступления, в общем, все, что могло заинтересовать искушенного зрителя. Естественно, чтобы сестры не отличались от прислужников, им также были привиты специализации.

— Я танцую, — с поклоном ответила Люцина.

— Вот и замечательно. Это интересно. Станцуй нам, — приказал надзиратель и огляделся в поисках кресел или чего-нибудь другого, куда можно было-бы усесться.

Люцина, от неожиданности, замялась на мгновение и тем самым чуть себя не выдала. Прислужники выполняют приказы моментально и беспрекословно. Нерешительность — верный признак подмены. Но надзиратель и охранники были увлечены поиском сидений и ничего не заметили. Люцина же направилась к ближайшему пульту управления и ввела там нужную комбинацию. Недалеко от гостей в одной части раскрылся пол, и из проема выехала низкая сцена высотой Люцине по щиколотки. По периметру сцены рядом друг с другом были установлены кресла. Их оказалось более чем предостаточно. Люцина ввела еще одну комбинацию, и часть из них спряталось обратно в пол. Осталось только четыре кресла, стоявшие друг напротив друга.

— Молодец Люцина! — подумала Старшая, наблюдающая за происходящим из укрытия. — Разделила их друг с другом, оставила надзирателя без охраны. Теперь мы сможем напасть на всех разом, а надзирателя можно будет легко выкрасть.

Люцина тем временем вышла в центр сцены и встала прямо, распустив и держа руками полы сэкхэты. Заиграла медленная музыка. Звуки плавно перетекали, сменяя друг друга, заставляя замирать сердце. К ним добавились чудесные голоса. Все пространство вокруг сцены наполнилось божественной, спокойной мелодией, и в такт ей Люцина начала танцевать.

Она извивала свое тело медленно и очень плавно, следуя за звуками. Она словно была частью песни. Складывалось такое ощущение, что если она остановится, то все происходящее потеряет смысл и музыка станет безликой и скучной. К хору голосов добавлялись новые, звуки нарастали, темп мелодии плавно ускорялся. Движения Люцины безукоризненно следовали за ним.

Кроме гибких движений в ее танец начали закрадываться более сложные, акробатические па. Она вытворяла невероятное. В мелодии стали появляться резкие звуки, за которыми обязательно следовало быстрое и резкое движение. Танцовщица безукоризненно дополняла собой мелодию. Она была ее частью, одной из нот. Такое зрелище целиком и полностью поглотило внимание гостей.

Мелодия нарастала, темп ускорялся и вот уже танцовщица как юла крутится по сцене. Скорость ее движений растет вслед за мелодией и от этого зрелища захватывает дух. Даже моргать не хочется, чтоб ненароком не пропустить даже крупицу танца, даже малейшее движение богини.

Старшая знала эту мелодию и этот танец. У нее такая же специализация, как и у Люцины. Поэтому она медлила с нападением. Зачем это делать сейчас, ведь буквально через несколько минут будет эмоциональный, даже немного гипнотический, пик выступления. То место, где зрители уже не видят ничего вокруг. То место, которое и будет идеальным моментом для нападения.

Люцина продолжала танцевать. В этом она была лучшая. Некоторые хозяева даже шутили, что если эксперимент провалится, то материал не пропадет зря. Наблюдать за ней было сущее блаженство. Теперь уже не она была частью мелодии, а мелодия была ее частью. Лишь мелким нюансом, дополнением к истинной красоте. Она танцевала уже так быстро, что и музыка не поспевала за ней, и вот, подпрыгнув высоко вверх, она упала и, распластавшись на полу, замерла.