Алексей Жидков – Глупцы и Герои. Дилогия в одном томе (страница 50)

Василиса как сейчас помнила тот день — после скачка из Солнечной системы они два года блуждали по просторам космоса, безрезультатно пытаясь найти себе новое жилье или установить связь с другими кораблями Исхода. Но однажды их заметил космический линкор вульфондов. Все готовились к абордажу и сопротивлению, но военных на корабле почти не было, и организовать хоть что-то стоящее не получилось. Сто восемь тысяч человек оказались захвачены в плен менее чем за два часа. А потом начался отбор.

Было очень страшно — когда, проходящий мимо строя пленных людей, вульфонд тыкал в твою сторону каким-то прибором и его подручные тут же выдергивали тебя из общей толпы, всех сил и выдержки не хватало, чтобы не потерять сознание от страха. Поначалу даже никто не понимал, по какому принципу они выбирают — в первую очередь им попадались женщины на раннем сроке беременности, некоторые даже еще сами не знали, что в положении. А вот когда из толпы начали выдергивать всех подряд с большими круглыми животами, стало понятно кто им нужен. Найдя подходящих женщин, они безошибочно определяли и выдергивали из толпы отцов зачатых детей — когда рядом с ней поставили такого же испуганного Бернара, стало легче, но ненамного. Хуже всего было тем, кто уже имел детей — их разлучали навсегда, не спрашивая и не поясняя причин.

Василиса была тогда уже на последнем месяце беременности и родила всего через четыре дня после попадания в плен. Рожала сама, никто не помогал, к тому моменту они даже еще не прибыли на космическую станцию, в которой сейчас и располагалась лаборатория по их исследованию. Это уже потом, после прибытия в свой новый «дом», все остальные рожали с помощью вульфондов и получали детей только через несколько часов после родов. Василиса же сразу получила свою малышку, свою маленькую доченьку.

— Думаю, что так, — кивнула в ответ, стоящая радом девушка с годовалым ребенком на руках. — Ангелина последняя кого получилось зачать. После нее ни у кого не получалось. И это только к лучшему, наконец-то закончится весь этот ужас.

— Боюсь, что закончившись, он вызовет что-то другое, какой-то иной ужас, — вмешался в их разговор Бернар. — Боюсь, все, что с нами до этого делали лишь подготовка к какому-то жуткому эксперименту. Они пытались заготовить как можно больше материала, а теперь, когда конвейер по производству сломался, начнут обработку.

— Да что еще они могут с нами сделать? — возмущенно вопрошала девушка с ребенком. — Для чего мы им вообще понадобились?

— Судя по всему, мы им хоть и интересны, но не очень. Их больше интересуют наши дети. Несмотря на то, что мы проходим примерно одинаковый курс преобразования, дети гораздо лучше поддаются изменению и способны переносить более интенсивное воздействие. Уже сейчас средняя доза двухлетнего ребенка превышает мою в три раза, чего уже говорить о четырех-пяти летних детях. Похоже, что мы, взрослые, для них какой-то второстепенный, побочный продукт, а основные исследования проводятся над нашими детьми. Вы заметили, как быстро усиливаются их физические показатели? Вчера пятилетний сын Егора, играючи, сделал жим лежа в пятьдесят килограмм. Их во что-то превращают, но вот во что?..

— Пап, мам, смотрите, какой мы с мальчишками дом построили, — прервала их разговор белокурая девочка пяти лет, держащая за руку полуторагодовалого малыша.

— Вот молодцы, — нагнулась к ним Василиса и посмотрела в сторону игровой зоны. Там несколько десятков мальчишек и девчонок в возрасте от года до пяти, с помощью других взрослых и подручных материалов, строили игрушечный замок. — Иди ты тоже помогай, только за братом присматривай и Ангелину с собой возьми.

— Ну почему я? — возмущалась девочка. — Мне приходится с ними возиться, и я не могу принимать участие в игре. Почему я вечно со всеми вожусь?

— Потому что ты самая старшая, — перебила ее мать, — и за всех отвечаешь. Играть же можно не только таская палки — ты можешь помогать всем советом и командуя строительством. Всегда нужен кто-то, кто будет координировать действия остальных. Иди, попробуй.

Девочка нахмурила лицо, взяла за руки брата и Ангелину, развернулась и обречено направилась в игровую зону, жалуясь по дороге своим маленьким подопечным.

— Суровы вы с ней, — отметила мама Ангелины.

— По-другому никак, — ответил ей Бернар. — Она должна уметь присматривать за младшими, на случай если нас не станет. Мы должны подготовить их ко всему.

— Так надо, — вторила ему супруга.

Оглянувшись на игорную зону, они увидели свою дочь, энергично размахивающую руками и отдающую команды. А вокруг нее, расширяя постройки и подчиняясь приказам, бегали уже сотни детей, внося свой вклад в строительство.

Глава 3

Тренировочный день

Начало тренировочного дня, как собственно и его продолжение, разительно отличались от обычных будней.

Во-первых, с утра было необходимо пройти полный комплекс медицинского обследования. То же самое требовалось сделать и перед сном. Во-вторых, существенно менялся рацион — объем принимаемой пищи увеличивался в три раза. В-третьих — полностью отсутствовали трудовые повинности и занятия на шегроне. Ну и самое главное — после разминки, разрешалось пользоваться всеми своими способностями, которые в обычные дни приходилось постоянно ограничивать.

Вот только этот день был всего лишь два раза в месяц. Поэтому, уже с самого утра, все сестры, изнывая от нетерпения, ожидали начала разминки.

— Ой, быстрей бы уже, — кусала себе ногти Ангелина, не в силах больше ждать и бездействовать, стоя в неровном строю сестер на главной арене тренировочного зала. — Быстрей бы, быстрей бы, быстрей бы.

— Успокойся! — строго сказала ей, стоявшая рядом, Жозе. — Ты уже не маленькая девочка, чтобы так себя вести, — при этом она сама так сильно заламывала себе руки, что было понятно — ей самой не терпится.

Наконец-то в дальнем конце зала появились хозяева. Как всегда, в этот день их было очень много. При этом большинство составляли военные в боевой броне.

За все время своего пребывания на станции, сестры никогда не видели вооруженных хозяев в обычные дни. Зато в дни тренировок военных было пруд пруди. Люцина говорила, что на один день два раза в месяц к ним направляют специальный охранный наряд, чтобы обеспечить дополнительную безопасность. Оно и понятно, когда двести тринадцать, не полностью контролируемых, боевых создания, начинают тренироваться в полную мощь, то чтобы уследить за ними, и при необходимости утихомирить, недостаточно десятка ученых. Тут нужен целый взвод подготовленных бойцов. Причем с каждым разом их выделялось все больше и больше. И если в прошлый тренировочный день порядок обеспечивали двадцать два бойца, то сегодня их было уже двадцать семь.

А вот ученые, тренера и техники были все те же, что и в обычные дни. Они скромно плелись за военными, выделяясь своими накидками желто-коричневого, желто-синего и серо-коричневого цвета. С ними всеми, сестры встречались неоднократно, и некоторым даже прозвища дали.

Первым шел главный хозяин на станции. Его сестры прозвали — Длинный. Раньше он был самым высоким из хозяев. Позже появились еще двое, которые были выше него, но прозвище за ним так и закрепилось. Эти двое, кстати, шли следом. У них были прозвища Дылда и Хомут. Они оба работали в области принуждения, готовя специальные сыворотки и методы перепрограммирования личности без нарушения ее целостности.

Следом шли тренера и техники. Их было больше всего. Шесть тренеров и четыре техника. Так как их видели редко и часто путали друг с другом, то они не удостоились личных прозвищ. А вот замыкающую троицу звали по приближенной к ним профессии — Доктор, Повар и Фермер. Во время тренировки на арену выходили все работники научной станции, даже те, чье присутствие тут вовсе и не требовалось.

Вот такой вот внушительной процессией и подходили хозяева к неровным шеренгам сестер. По мере своего приближения, военные начали распределяться в стороны, в итоге взяв арену с сестрами в кольцо, а остальные вышли в ее середину.

Главная арена была круглой формы и располагалась с краю огромного тренировочного зала с встроенным интеллектуальным и адаптивным комплексом препятствий и тренажеров. Она хоть и была довольно большой — все сестры на ней помещались, встав в четыре шеренги — но как только на нее вышли хозяева, стала, вдруг, казаться тесной.

— Прислужники, — обратился к сестрам Длинный на универсальном языке. — Сейчас начнется тренировка. Напоминаю, что вы должны соблюдать все правила и требования безопасности НЕУКОСНИТЕЛЬНО. В случае МАЛЕЙШЕГО нарушения, солдаты без предупреждения откроют огонь и выведут вас из строя. Вы пропустите эту тренировку и в качестве наказания проведете в карцере все время до следующей. Также прошу вас контролировать себя, чтобы не переусердствовать. Объявляю тренировочный день открытым. Начнем с разминки. Тренера, прошу.

Вперед вышли все шесть тренеров и разделили сестер на шесть групп.

— Делаем общую разминку, — сказал всем один из тренеров. — Перемещаемся по кругу, проходя все отметки. Контрольные пункты не пропускаем, за их пределы не выходим. На каждом делаем небольшую паузу. Начали.

Как только тренер отдал команду, возглавляющие группы сестры тотчас же исчезли — просто испарились с того места, где только что стояли и моментально появились в первом контрольном пункте, который располагался в нескольких метрах от точки старта и представлял собой круг в виде мишени с тремя зонами.