Алексей Зелепукин – Манива (страница 3)

– Твой друг сказал, что ты не говоришь по-нашему. Как вот с тобой быть? Что делать-то? – бубнила девушка, снимая с себя одежду. – Надеюсь, в ваших краях извращений не любят. С таким детиной я же не справлюсь, если ты решишь чего непотребного учудить. Имени не спросить даже… Вот и чего тебе хочется, дикарь неотесанный.

Девушка скинула одежду и вышла на свет лучины.

– Распусти косу, если не сложно, – прошептал северянин, совсем без акцента, поудобнееустраиваясь на постели.

Девушка ахнула.

– Ты же… Но ведь ваш… А я… – залепетала девушка, стыдливо прикрыв лицо руками.

– Если сохранишь мои познания в секрете и будешь послушной, заплачу двойную цену.

Девушка задумалась, переминаясь с ноги на ногу.

Двойная цена – это очень заманчиво. Хозяйка и братья об этом не узнают, и можно будет купить что-то повкуснее пресной похлебки в таверне…

Но просьба северянина всё же насторожила девушку. Мало ли что крылось за его словами: «быть послушной».

Девушка оценивающе посмотрела на гостя, пытаясь понять: похож ли он на тех извращенцев, после тесного общения с которыми остаются шрамы и синяки на теле.

– Распусти волосы, красавица, – повторил северянин, и щеки проститутки, привыкшей к ругани и мату, зарделись румянцем.

С виду суровый, пугающий до дрожи в коленках мужчина вёл себя вежливо, покупая, и она решилась.

– Тройную, и я сделаю всё, что ты пожелаешь.

Эрик улыбнулся и выложил на тумбу у кровати три серебряных монеты.

Девушка попятилась. Её услуги стоили пять медяков, а сейчас перед её глазами лежало почти несметное сокровище!

В голову даже закрались мысли о том, что чужестранец всё же не понимает языка и недопонял цену.

Или что?

Девушка взяла одну из монет. Её форма была овальной а на аверсе красовался портрет молодого, ещё безбородого юноши.

– Какие странные монеты, никогда раньше таких не видела.

– Это деньги Амосии, а тот красавчик властелин замка Аншатукаш, его высочество Асмодей Ангренский.

– Никогда не слышала о таких— прошептала девушка, стараясь скрыть за фразой внутреннюю борьбу.

«А черт с ним, вряд ли он страшнее хамоватых моряков из южных земель», – подумала рыжеволосая, решив, что за такие деньги можно и потерпеть. И даже из возможных травм на теле можно извлечь выгоду. Ведь на восстановление товарного вида потребуется время, а значит: пару недель не придётся смотреть на пьяные рожи клиентов.

Девушка выдохнула, принимая окончательное решение, и стала спешно расплетать волосы.

– Не торопись, медленнее, позволь мне насладиться твоей грацией, – прошептал Эрик, зачарованный зрелищем.

Девушка повиновалась. Как только её волосы рассыпались по загорелым плечам, она несмело сделала шаг в сторону северянина.

Он не набрасывался на неё, словно оголодавший зверь, и это на самом деле больше пугало, нежели успокаивало.

– Ты смотреть будешь или разденешься? Или в ваших краях занимаются этим в одежде? Говорят, у вас холодно, вы вообще моетесь?

Эрик улыбнулся и поднялся с кровати.

– Каждую седмицу на пятый день, – ответил, и кожаный нагрудник с наклепанными металлическими пластинами звякнул, падая на пол, демонстрируя сквозь льняную рубаху бугры могучих мышц. – Не бойся, синеглазая, я не обижу.

Девушка осмелела, опустила руки, прикрывающие грудь, и начала растягивать деревянные пуговицы на рубашке гостя.

Его комплименты и тело, выточенное словно из скалы, внезапно пробудили внизу живота давно забытое желание.

Для нее секс стал работой, и вспыхнувшее желание приятно удивило. Гигант шептал ей на ухо странные, но безумно приятные слова, словно перед ним не портовая шлюха, а благородная дама.

Девушке было не очень комфортно, но искренность в голосе чужака сделала свое дело. Она прильнула к его пересеченной странным широким шрамом груди, вдыхала его запах. Он пах солью и морем. Волнами и ветром, совсем не так, как те, кто приходил сюда до него.

– Кто ты? – прошептала, но тут же забыла о вопросе, ощутив его губы на своей шее.

Северянин точно знал, что делал. Дорожка из его поцелуев шла ниже и ниже, заставляя девушку тяжело дышать. Он словно выписывал губами странные руны на её теле, заставляя проснуться почти угасшие ощущения.

Странно, но этот варвар умудрился разжечь в ней настоящий пожар.

А когда он поднял её за бедра и начал целовать грудь, она уже всем своим нутром жаждала ощутить его внутри своего тела. Впервые это было что-то большее, чем просто обязанность. Впервые она искренне этого хотела.

Варвар играл на ней, как искусный бард на лютне, заставляя душу таять, а тело истекать влагой желания.

Эрик уложил ее на кровать, и девушка развела ноги, приглашая гостя войти, но тот лег рядом, продолжая свои ласки.

Девушка выгнулась:

– Возьми меня…

Но северянин снова вернулся к её груди и бедрам. Его сильные пальцы дразнили, распаляли и охваченная дикой страстью, девушка, не в силах больше бороться со своими инстинктами, прошептала словно в бреду:

– Я хочу… Я больше не могу… Пожалуйста…

Она подумала, что сейчас она согласилась бы абсолютно на всё, что бы ей не предложил этот пугающий, но в то же время до безумия нежный северянин.

– Какая ты огненная, – прошептал Эрик, наслаждаясь тем, как громко стонала и извивалась от его прикосновений юная красавица.

– Делай, что хочешь, только возьми меня, наконец, господин, – слетело с искусанных губ, и северянин накрыл её своим телом.

Но не так, как все эти полупьяные мужланы. Он едва касался её тела, она чувствовала жар его кожи, а не вес, и это распаляло ещё больше.

Начался древнейший танец, настоящее танго жизни.

Девушка обхватила руками шею гиганта, а когда он начал двигаться настойчивее и быстрее, её ноги сомкнулись на его бедрах.

Впервые в жизни с ней занимались любовью, а не использовали. Впервые она чувствовала себя желанной женщиной, а не куском мяса, который бросали голодным псам за пару медяков.

Несмотря на всю свою нежность, гигант не казался неумелым теленком. Его толчки были мощные, как удары тарана в городские ворота, и ритмичными, как барабанная дробь.

Как же ей хотелось вжаться в этого странного мужчину, слиться с ним в единое целое. Отдаться полностью, раствориться в этом моменте… Подобные ощущения заполнили разум, и противостоять им не осталось сил. Она хрипло застонала и обессиленно обмякла в крепких руках варвара.

Сладкая эйфория ещё гуляла по венам, но девушка твёрдо была настроена отблагодарить северянина за подаренные эмоции, за негу блаженства, которая позволила ощутить себя самой счастливой на свете.

Управлять таким могучим телом было равносильно тому, как сдвинуть гору, но девушка попыталась перевернуть мужчину на спину, и он поддался, позволяя коснуться губами своей плоти.

Когда Эрик шумно выдохнул на пике удовольствия ,рыжеволосая победно улыбнулась, испытывая огромное удовлетворение от того, что пусть не надолго, но получила власть над этим могучим здоровяком.

Эрик, распаленный близостью с голубоглазой красоткой, обнял её и зарылся носом в шелковистые огненного цвета волосы.

Тело юной саксонки дышало здоровьем. От нее приятно пахло сеном и свежим хлебом. Эрик глубоко вдохнул, пытаясь запомнить аромат луговых трав и цветов.

Пламя почти полностью прогоревшей лучины едва разгоняло мрак лачуги, добавляя темных тонов к загорелой коже синеглазой девушки, красиво оттеняя темно-розовые соски.

Северянин не удержался и зарылся пальцами в волосы девушки, наслаждаясь их мягкостью.

– Ну, спутаешь, будут космы. Клиентам не нравятся зачуханные косматые замарашки. Зря я вообще согласилась косу расплести.

Девушка отстранилась и вылезла из-под огромной и тяжелой, словно лапа бурого медведя, руки лекаря.

Она присела на матрасе спиной к огню и поправляла свои длинные волосы. Эрик лишь улыбнулся и, подняв с пола суму, начал в ней копаться.

– Ты чего это удумал? – насторожилась, но в руке лекаря блеснул костяной гребень очень тонкой работы с серебряными вставками и ажурным узором.

– Что это? – зачарованно спросила, не в силах отвести взгляд от гребня.

– Подарок, расческа, – викинг протянул гребень девушке.