Алексей Янов – Экспансия (страница 46)

Наконец после раннего ужина, горнисты протрубили общий сбор, прямоугольниками выстроились батальоны. Ещё раз пришлось произнести пространную пылкую речь в духе «враг будет разбит, победа будет за нами». И мы бодрым шагом тронулись по направлению к Минску.

Вечером того же дня взгляду открылся освещаемый лучами заходящего солнца вечерний Минск или Менеск как его здесь называли, столица одноимённого княжества. И самое приятное, ворота детинца были гостеприимно открыты …

Глава 13

В Минск прибыл начальник Особой военной службы (ОВС) Никон – назначенной мной вместо неудачника Тырия. Это был молодой мужчина двадцати семи лет довольно хлипкого телосложения, но не обделённый умом и я бы даже сказал проницательностью. Никон происходил из потомственных дворовых слуг, его отец Ждан всё ещё оставался моим ключником, дед и прадед Никона тоже состояли при моих предках ключниками да писарями.

В Смоленске Никон уже успел развернуться сразу в нескольких направлениях. Посредством проплаченных городских мальчишек и прочих личностей вроде боярских и купеческих слуг, заинтересовав их финансовой стимуляцией или же грубым силовым методом, он создал сеть осведомителей и шпионов. Кадровая основа ОВС, понятное дело, вербовалось из добровольцев, желающих работать на меня первую очередь в силу своих идейных убеждений, внутренней мотивации. Теперь аналогичную работу ему предстоит проделать в самых крупных городах на присоединённых территориях.

Отдельно Никон начал сотрудничать с купцами и торговыми гостями, в силу профессии обладающими, весьма ценными знаниями в тех или иных областях. Вот эти самые прикормленные купцы и помогли мне, посредством Никона, прояснить ситуацию, складывающуюся на юге.

Михаил Всеволодич, с недавних пор чернигово – галицкий князь, решил добить Романовичей в их волынском гнезде, и двинуть на Владимир – Волынский галичан вместе с половцами.

И вот, в условленное время, Михаил выступил к волынской границе, ожидая подхода к себе половцев, но неожиданно для себя узнал об их предательстве. Половцев как – то смогли «перекупить» волынские князья. Степняки, по своему обыкновению, пограбили Галичскую землю, и ушли к себе.

Запланированный Михаилом поход на Волынь, ещё толком не начавшись, был сорван. Галицкие войска были вынуждены немедленно возвращаться в свою столицу, к которой подошёл новый – старый киевский князь Владимир Рюрикович, со своими преторианцами – торками и клобуками. Непростую для Михаила ситуацию смогли выправить лишь срочно вызванные им венгерские наёмники.

Ситуацию в соседних княжествах Верхнего Принеманья, в так называемой Чёрной Руси, а также в литовских землях, ГВС объясняли присягнувшие минские бояре и купцы.

Боярин Власий Никитич с перевязанными в результате ранений стрелами правой рукой и левой ногой, болезненно морщась, тем не менее, довольно живо и охотно рассказывал о политической ситуации, сложившейся в «закатных» землях:

– Миндовг, при поддержке своих родичей, возглавил объединившихся литовских «кунигасов» (князей).

– И кто там у него в родне? – поинтересовался полковник Клоч.

– Помимо литовской родни, затесались туда и Рюриковичи …

– С этого места, пожалуйста, поподробней! – выдал я неизвестный здесь перл.

– Жена Миндовга – дочь новогородского (г. Новогородок/Новогрудок) князя Изяслава, от которой он имеет двух сыновей – Войшелка и Доманта. После смерти в том году Изяслава, Новогородок выбрал своим князем Миндовга с условием присоединения к Новогородской земле его литовского владения и защиты от набегов других литовских князьков. Но Миндовг на этом не остановился, помимо литовских князей он с прошлого года подчинил себе ещё и гродненских, волковысских, слонимских русских князей.

– То есть вся Чёрная Русь оказалась под литвой? – уточнил воевода.

– И Чёрная Русь и соседствующие с ней аукштайские и жмудские литовские племена – все оказались под властью кунигаса Миндовга. Он, чтобы захватить единоличную власть, уничтожил даже своих близкородственных князей – Живинбунда, Довьята и Вилигайло. Разобравшись со «старшими» князьями, имеющих глубокие корни, он приблизил к себе «младших» князей: Бикшиса, Буниса, Лигейкиса, Лянгвениса, Парбуса, Гярдяниса – тех, кто в силу своего «худого» происхождения не может оспорить великокняжескую власть Миндовга.

– Своими руками тамошние русские бояре вырастили волка, и теперь сами его боятся! – подметил присутствующий на совете полоцкий боярин – купец, во время прошедшего похода выполнявший функции проводника.

– Да! – подтвердил рассказчик. – В войске Миндовга не только язычники – литовцы, но и отряды русских бояр, вынужденных воевать за литовского язычника.

– Собрал литовец вокруг себя каждой твари по паре …

– Владимир Изяславич, но это ещё не все родственные Миндовгу Рюриковичи. Старший его брат Довспрунг имеет сыновей Товтивила и Эдивида. У Товтивила есть дочь, которую он хочет выдать замуж за Даниила Романовича.

Так … похоже Романовичи собирают коалицию. Брат Даниила Василько намерен породниться с суздальскими князьями, а Даниил – с литовцами.

– Ну допустим сейчас Даниила из Галича выгнал Черниговский князь Михаил Всеволодич и братьям Романовичам явно будет не до нас, но всё же …, – я неопределённо поиграл пальцами, – скользкая ситуация складывается …

Но в любом случае, для себя я твёрдо решил, что набирающих обороты и пошедших на взлёт литовцев надо останавливать, подрубая крылья, иначе в будущем, они могут превратиться для Руси в вечную головную боль.

– Дальше на запад, на Миндовга, мы не пойдём! – решительно постановил я, предварительно выставив всех посторонних минских и полоцких бояр.

По горнице разнеслись разочарованные и удивлённые моим решением возгласы воевод.

– Почему государь?

– Неужто язычникам отдадим русские земли?

– Миндовг ещё не видел наши панцирные полки – его от них как ветром сдует! А про пушки я вообще молчу! – буркнул крайне раздосадованный моим решением Бронислав.

– И я тоже про пушки молчу полковник! – зло бросил ему я. – Потому как их у нас не будет!

– А куда же они денутся? – воевода непонимающе уставился на меня.

– Стрелять не смогут, пороха не осталось! Ввязываться в заварушку с литовцами без своего одного из главных козырей я не буду! К следующему лету мы многократно увеличим, за счёт присоединённых княжеств и уделов, численность пехотных полков – тогда и разобьём Миндовга в пух и прах!

Воеводы мигом приободрились, соглашаясь с моими доводами.

Да и природные условия совсем не способствовали продолжению кампании – начавшиеся осенние дожди заливали всё вокруг.

– В Минске я оставлю тебя Рядка, вместе с твоим седьмым батальоном. Будешь здесь моим наместником, а также обучать ратному делу призывников.

– Слушаюсь государь!

– Поэтому, я здесь ещё пару недель пробуду, а ты давай, пройдись по окрестным весям и отбери рекрутов. К весне будущего года ты должен будешь сформировать и подготовить два минских пехотных полка. А к зиме того же года – ещё четыре полка на основе городов Минской области – Друцкий, Борисовский, Логожский и Изяславльский. С тобой останется помощник Малка Вертак, он примет под командование формирующейся 13–й Минский полк. Ты как, Вертак не против?

– Никак нет государь! – бывший мой дворянин, вскакивая с лавки, едва не вылетел от радости из штанов.

– Но смотри у меня, – я ему погрозил пальцев, остужая пыл, – не справишься с командованием – сниму с должности!

– Справлюсь, государь! – без тени сомнения в голосе ответил бывший «меченоша».

Вместе с полковником Малком за этот год он прошёл хорошую практическую школу, единственное, возраст его, меня слегка смущал. Ну, да ладно, раз обещал сделать их полковниками, значит, придётся слово держать.

Люта и Вторижа, ещё двух своих бывших дворян, служивших при 1–м смоленском полку у Бронислава, я уже успел «сплавить». Лют должен будет возглавить 8–й Полоцкий полк, а Вториж – 10–й Полоцкий. Усташ, бывший адъютантом при Клоче – 12–й Витебский.

– В общем, действуй комбат, справишься с поручением – повышу в звании!

– Так точно, государь! Бог даст, справлюсь! – глаза комбата азартно блеснули.

И действительно, разбив свой батальон по – взводно Рядка уже через пару дней начал на лодьях свозить молодое пополнение. Набрать в самом Минске призывников – всегда успеется, а если не успеть до ледостава, придётся пешкодралом гонять войска по окрестным весям в поисках призывников – та ещё морока.

Прибывающие ежедневно новички – лесовички растерянно озирались по сторонам, осторожно ступая по скрипучим сходням причалов, крепко сжимая в руках узелки со своими пожитками. Они, следуя командам смоленских ратников, безропотно направлялись в конфискованные дворовые усадьбы некоторых минских бояр. По опыту смолян я знал, что к лету будущего года, те из призывников, кто достойно пройдёт КМБ, разительно изменится – превратясь из недотёп, в стойких оловянных, вернее стальных солдатиков.

– Рядка, – время от времени давал я наставления оставляемому на хозяйстве в Минске наместнику, – ты здесь будешь не только новичков обучать, но и самое важное – отвечаешь за защиту всей Минской области. Сам знаешь – рядом Литва, поэтому смотри в оба, не проморгай. Друцк, Борисов, Логожск, Изяславль – будут оборонять местные городские ополчения, но если к одному из этих городов враг подойдёт – то тут уж действуй по своему усмотрению, не подведи меня. Если нападавших будет до тысячи – сам с ними справишься, ну а если больше – жди от меня подмоги. Но в любом случае держи меня в курсе происходящего, случись что – шли немедля голубиную почту, гонцов.