Алексей Янов – Декабристы. Перезагрузка. Книга вторая (страница 70)

Ну что же, прогноз министра было приятно слышать, особенно порадовал планирующийся рост перемещений крестьян в города.

Под занавес встречи для Всеволодова я подготовил ещё один сюрприз.

Дабы не повторять ошибок прошлого, от временного решения – «трудодней» и простой выработки нужно было, не упустив момент, отказываться как можно раньше, чтобы ввести в колхозах хорошо себя зарекомендовавшую, но в Союзе, по непонятным мне причинам, так толком и не развившуюся систему хозрасчётных бригад.

Внедрение этой системы в колхозах, когда за бригадами или звеньями закрепляются определённые поля и скотные дворы, а зарплата работников зависит не от «трудодней», а от урожайности закреплённых за бригадами участков, надоев, привесов и приплода скотных дворов, являлось жизненно важной и первостепенной задачей. Ведь у лишённых частных наделов земли колхозников размывается ответственность за результаты личного труда, происходит естественное перекладывание ответственности за коллективное владение на весь трудовой коллектив. Вот, чтобы этого разгильдяйства не происходило, требовалось раз и навсегда ликвидировать обезличенный труд, всевозможные госсубсидии и другие сыплющиеся с неба «ништяки». Всё и для всех должно стать предельно ясно – сколько колхоз заработал, столько за вычетом налогов в виде доли госучастия, амортизационных и капитальных расходов, его работники и должны получить на руки в виде денежных средств.

С появлением бригадно-звеньевой системы, прятаться за чужие спины и винить в собственной безалаберности и лености весь трудовой коллектив станет намного сложнее. У людей появится прямая, корыстная заинтересованность в результате собственного труда, что должно повысить производительность, у конкретных бригад появится индивидуальная ответственность за урожай на закреплённом за ними полем, за состояние живности в скотных дворах.

Вот, подобного рода соображения, в письменном и устном виде я министру и доложил, чем немало удивил Всеволодова. Ну, так ещё бы, послезнание – страшная сила!

Кстати говоря, этот же принцип бригадного подряда можно и нужно начать распространять и на промышленность, особенно это актуально для крупных государственных предприятий. Так-с … срочно главу МинПрома ко мне!

Часть 3. Таймлайн. Глава 7

ГЛАВА 7

Август 1833 года

Свой отпуск в этом году я проводил в Петербурге, уехав подальше от московской жары. Внешний облик центральных кварталов Петербурга с каждым годом становился всё прекраснее. Воздвигались всё новые и новые здания и сооружения, великолепные образцы русской архитектуры. Дворцовая площадь украсилась творением К. И. Росси — зданием Главного штаба и арки Главного штаба, увенчанной квадригой (четырехконной колесницей). В августе 1832 года был поднят на пьедестал памятник победы над Наполеоном – Триумфальная (Александровская) колонна, придавшая всей площади особую, величественную красоту. Было построено немало и других замечательных зданий: Драматический (Александрийский) театр, новое крыло Публичной библиотеки и т. д.

Преображалась не только Северная столица, но и страна в целом. С лета 1830 года, по указанию Правительства, Центральный банк начал эмиссию новых денег – банковских билетов крупных купюр (один, два, три, пять, десять, двадцать пять рублей) предназначенных для коммерческих операций. В качестве денежной единицы был принят рубль, приравненный к 1 золотнику 78,24 доли (7,74 г.) чистого золота. Было установлено, что банковские билеты обеспечиваются не менее чем на 25 % драгоценными металлами и устойчивой иностранной валютой по курсу ее на золото, а в остальной части – легко реализуемыми товарами, краткосрочными векселями и иными краткосрочными обязательствами. Эмиссия банковских билетов для выдачи краткосрочных ссуд казначейству разрешалась только в том случае, если эти ссуды обеспечены драгоценными металлами не менее чем на 50 %. Банковские билеты должны были приниматься по их нарицательной цене в уплату государственных налогов и сборов в тех случаях, когда по закону платежи выражены в золоте. Быстрое внедрение новых рублей в хозяйственный оборот и вытеснение ими ассигнаций, а также золота и иностранной валюты было обеспечено тем, что по закону все хозяйственные организации, а также финансовые органы были обязаны принимать в платежи рубли как твердую валюту. Центральный банк, выдавая своим клиентам (государственным, коммерческим организациям и кредитным учреждениям) банковские билеты, сам, без каких-то ни было проблем и проволочек, принимал их по всем платежам. ЦБ, как правило, требовал, чтобы кредиты, выданные рублями, обязательно погашались также рублями. Уже через два года удельный вес банковских билетов во всей денежной массе, исчисленной в рублях, поднялся до 75 %.

Кроме того, важно понимать, что Правительство сознательно пошло на хитрость. Теоретически, рублевая купюра, должна была обмениваться на золотую рублевую монету весом в 1 золотник 78,24 доли (7,74 г.). Такие монеты были отчеканены, но в обращение они так никогда и не поступили. Была введена золотая валюта без реального золотого обращения. На купюрах бумажных рублей присутствовала надпись, безусловно радовавшая владельца: «Банковский билет подлежит размену на золото», – я рядом сообщалось: «Начало размена устанавливается особым правительственным актом». На практике золотой эквивалент при размене рублей могли получить только иностранные граждане и компании.

И, тем не менее, рубль всеми рассматривался как золотой. Он не заменил ассигнации полностью – не хватало обеспечения, – и те, ничем не обеспеченные (поскольку все активы шли на обеспечение рубля), продолжали хождение. Потому как новый рубль являлся весьма крупной суммой, его можно было использовать фактически только для больших и оптовых покупок. А в розничной торговле требовались мелкие деньги. И благодаря этому ЦБ получил возможность «безнаказанно» печатать ассигнации, компенсируя эмиссией нехватку налоговых поступлений в бюджет.

Параллельное обращение двух валют – падающих рублевых ассигнаций и устойчивого «золотого рубля» не устранило ряда серьезных отрицательных явлений в денежном обращении. Обесценение ассигнаций после выпуска рублей происходило особенно быстрыми темпами, в связи с сужением сферы их оборота. В результате накануне завершения денежной реформы весь крупный платежный оборот обслуживался рублем, а ассигнации окончательно превратились в мелкокупюрное средство обращения.

Значительные успехи восстановления промышленности, транспорта, сельского хозяйства и развитие товарооборота в течение 1827 – 1832 гг. создавали необходимые экономические предпосылки для завершения денежной реформы. Неуклонно сокращался бюджетный дефицит; рубль прочно внедрился в обращение как твердая валюта; был достигнут активный торговый и платежный баланс; ЦБ сумел сделать золотовалютный запас.

Завершение денежной реформы в основном сводилось к выпуску бумажных копеек, прекращению выпуска и изъятию из обращения ранее выпущенных рублевых ассигнаций путем выкупа их по твердому курсу. В начале 1831 года на основе постановления правительства в обращение выпускаются билеты ЦБ достоинством в один, три и пять копеек. В постановлении указывалось, что новые денежные знаки в отличие от ассигнаций должны выпускаться в обращение соразмерно с потребностями товарооборота. Новым денежным знакам была присвоена сила законного платежного средства; при этом по всем платежам, исчисленным в золоте или в рублях, билеты ЦБ должны приниматься по их нарицательной стоимости. Одновременно выпускаются в обращение разменные медные монеты. С сентября 1831 года, после того как бумажные копейки вошли в оборот, начинается изъятие из обращения ассигнаций путем выкупа их по твердому курсу. Для иностранных держателей предельный срок был установлен – 30 июня 1832 года. Новое денежное средство быстро внедрялось в оборот и обращалось наравне с рублями по нарицательной стоимости. Устойчивость копеек обеспечивалась потребностями оборота в твердых денежных знаках мелких купюр и поддерживалась беспрепятственным их обменом на рубли по твердому курсу при обязательности их приема по всем платежам.

Исключительно высокие темпы экономического роста и расширения товарооборота в 1831 и 1832 гг., вместе с восстановлением нормальной скорости обращения денег, обусловили значительный рост потребности хозяйства в деньгах, что обеспечивалось эмиссией банковских билетов. Денежная масса с момента окончания реформы до конца 1832 года возросла почти в четыре раза! Такой значительный рост денежной массы в обращении не нанес ни малейшего ущерба ценности денег – валютный курс и покупательная сила денег даже несколько повысились по сравнению с их уровнем в начале реформы.

Эмиссия была использована в качестве ресурса кредитования предприятий и частного бизнеса. Резко возросшее кредитование, в свою очередь явилось одним из важнейших факторов ускорения темпов развития всей экономики. С 1 июня 1830 года по 1 сентября 1832 года балансы банков, вклады и текущие счета выросли в несколько раз, что было связано с общим развитием хозяйства, развертыванием товарооборота, а также существенным ростом закупочных цен на зерно (естественно при ограничении зернового импорта путем поднятия пошлин), благо активно создающаяся сеть государственных элеваторов помогала бороться с посредниками-перекупщиками, закупая с/х продукцию напрямую у производителей.