Алексей Вязовский – Кровь Серебряного Народа. Том 2 (страница 33)

— Действуй!

Глава 19

Коридор «Тысячи Мудрецов», ведущий к Главному императорскому залу, никогда не казался таким бесконечным. По начищенному до зеркального блеска полу снова очень быстро шли три высших сановника Империи Дайцин: старший министр правой руки Чу, младший министр левой руки Ван и главный церемониймейстер Сю. Шёлковые полы их парадных халатов шуршали, как чешуя змеи. И могло показаться, что они почти парят над полом от того, как быстро они перебирали ногами, торопясь явиться на зов императора.

Ван, человек тучный, чьё лицо обычно напоминало спелую дыню, сегодня был бледен. Он поминутно вытирал пот с подбородка широким рукавом.

— Пятьсот золотых драконов за стандартный слиток, — прошептал он, едва шевеля губами. — Пятьсот! Если император узнает, что степняки получают за «звёздную сталь» лишь пятьдесят, а остальное оседает в наших сундуках… нам не поможет даже заступничество всех предков.

— Уймись, — огрызнулся старший министр Чу. — Сейчас не время считать монеты. Ты думаешь, Сын Неба вызвал нас в столь неурочный час, чтобы обсуждать наценку на металл?

Лысый Сю, чьё лицо было гладким и бесстрастным, как маска театра Но, даже не обернулся. Его голос прозвучал тихо, но каждый из спутников вздрогнул.

— Вы оба слепы и глухи, — бросил он. — Золото — лишь пыль под ногами Императора. Есть нечто более опасное. Наш маг в Степном Торге, этот никчёмный червь Сяо Лунь, не присылал вестей уже четыре дня. А три дня назад Великое Зеркало в Башне Созерцания дало трещину. Маги почувствовали всплеск эльфийской Силы в Степи. И это не была обычная лесная ворожба.

— Ты хочешь сказать… Слеза эльфов? — Ван даже остановился на мгновение, но тут же припустил за остальными. — Но время, данное Императором, ещё не истекло! У мага был чёткий план. Он должен был выкупить её или изъять любой ценой.

— Маги чувствуют Слезу только когда она срабатывает, — отрезал Сю. — Она точно проявилась в Торге, а потом исчезла. Словно её накрыли саваном. Я дал ясные команды всем магам в посольстве. Но тишина со стороны Сяо Луня… это дурной знак. Если Сыну Неба донесли что-то оттуда, то…

Он не успел договорить, но все и так уже поняли, что ничем хорошим им встреча с императором, скорее всего, не грозит.

Они достигли массивных створчатых дверей, украшенных драконьими барельефами. Гвардейцы в масках в виде драконов синхронно ударили древками алебард в пол. Звук эхом ушёл под своды.

С этого момента разговоры прекратились. Согласно ритуалу они опустились на колени ещё у порога и начали своё долгое продвижение к возвышению в глубине зала. Колени ныли, ладони скользили по холодному полу, но никто не смел поднять головы.

В зале пахло не только благовониями. Воздух казался наэлектризованным, тяжёлым, как перед грозой. В глубине, на троне, вырезанном из цельного куска нефрита, неподвижно сидела фигура в синих одеждах, расшитых золотыми драконами. Лицо Императора Лун Вэя скрывала вуаль из жемчужных подвесок-рю, но его дыхание — тяжёлое, хриплое — слышалось во всём зале.

— Ничтожные приветствуют Сына Неба. Да продлится его жизнь…

Но император не дал Вану договорить ритуальное приветствие:

— Вы знаете, что ваш маг упустил Слезу? Вместе с самими эльфами! — голос Императора был негромким, но в нём слышался смертный приговор.

Троица вжались лбами в пол. Старший министр Чу почувствовал, как капля пота сорвалась с его носа и упала на пол. Этот лысый коротышка Сю оказался прав.

— О Великий… — начал было Ван, но Император прервал его коротким жестом.

— Маги Покоя почувствовали её однозначно. Эльф из рода Мирэйнов привёз её прямо в Степной Торг. Она была там, под носами посольских! А теперь она исчезла, и мои лазутчики доносят, что в Степи появился некий «Серебряный Вихрь». И я вижу связь между этими двумя событиями! А вы?

— Божественный, — министр Чу нашёл в себе силы заговорить, — у нас ещё есть время всё исправить. Сяо Лунь наверняка ещё вместе с главным степным вождём Торгулом, и он…

— Ваш маг мёртв или предал нас, — оборвал его Император. — Его связь с Башней Созерцания оборвана. Я предупреждал вас, что будет в случае неудачи? Вы обещали мне Слезу Рода, а вместо этого приносите одни оправдания!

— Повелитель! — Чу рискнул чуть приподнять голову. — Позвольте нам искупить вину. Войска генерала Ли, Великого Дракона Дайцин, уже на границах Степи. Пять тысяч мечей. По вашему слову они превратят там всё в выжженную пустыню. Мы добудем Слезу, даже если придётся просеять через сито каждый холм!

— Ли — ослушник! — мрачно произнёс император. — Он два дня раздумывал, присягать мне или нет, после смерти моего отца. Его миссия — не давать вольным городам забыть о дани империи. А вовсе не гоняться за этим вихрем в степях.

В зале воцарилась гнетущая тишина. Было слышно лишь, как в курильницах потрескивает уголь.

— Впрочем, хорошо: пусть отправляется к Торгулу. Времени у вас осталось мало, — наконец произнёс Император. — Моё терпение не вечно. Я даю вам последний шанс. Найдите этого эльфа. Вырвите из его рук Слезу и принесите её мне. Если же через два месяца её не доставят… ваши семьи позавидуют тем, кто умер от «чёрной гнили».

— Слушаемся, о Великий! — хором выдохнули сановники.

Они начали пятиться назад, не смея повернуться спиной к трону, пока не оказались за дверями зала. Лишь когда тяжёлые створки захлопнулись, отсекая их от ледяного присутствия Императора, старший министр Чу смог глубоко вздохнуть. Его халат на спине был насквозь мокрым.

— Войско Дракона… — прошептал он, вытирая лицо. — Наш последний шанс.

— Это значит, что нам конец, если мы не найдём этого эльфа раньше, чем через две недели, — Ван шёл быстрым шагом, его глаза лихорадочно блестели. — А Степь велика.

— Похоже, этот эльф не так прост, — министр Чу поправил сбившийся головной убор. — Вы слышали? Род Мирэйн. Если Слеза у него и он умеет ею пользоваться… Вы слышали, что император сказал про этого «Серебряного Вихря»? Нам нужно точно знать, кто стоит за этим. И если это тот самый эльф…

— Я отправлю курьеров к Торгулу, — Сю остановился на повороте коридора. — Пусть этот степной шакал отработает то золото, что мы ему платили. Если он упустил эльфа со своей земли, он заплатит за это головой. Думаю, Торгул успеет раньше генерала Ли.

Пойманного гонца отвели подальше, чтобы он не будил в стойбище никого своими криками. А в том, что он будет орать, — никто из присутствующих не сомневался. Уж больно плотоядно на курьера смотрели орки. Они же и предложили заткнуть ему сначала рот, отрезать пару ненужных частей тела, после чего дать возможность тихо, почти шёпотом, рассказать всю правду. Но я опасался, что стоны степняка, которого будут пытать, разбудят уставших эльфов — те обладали феноменальным слухом. Поэтому велел вести за холмы.

Но страшные звуки из-за холма всё-таки долетали до нас. Это были не те вопли, которые издаёт человек в горячке боя, и не стоны раненого. Орки не просто пытали — они разбирали человека на части, оставляя его в живых лишь до тех пор, пока из него не выйдет вся правда с последними каплями крови. И они очень старались.

Я стоял рядом с шатром, глядя на комету, которая медленно клонилась к ночному горизонту. Наконец появился улыбающийся Мархун. Его массивные предплечья были по локоть в тёмной крови, а на лице блуждала та самая «душевная» улыбка, от которой даже у меня по спине пробежал холодок.

— Заговорил, Повелитель, — Мархун сунул факел в землю, вытер руки о клок сена. — Сначала думал, что он крепкий орешек. Пытался что-то орать про то, что у него есть тамга, и мы за всё ответим перед его ханом. Но я ему сразу сказал, в каком месте я видел Торгула. Этот ублюдок и сдал нас Язвам на обратном пути. Кто ещё знал наш путь⁇ И тогда я начал объяснять ему, как мы, орки, выворачиваем кости, подрезая в нужных местах сухожилия… Он стал удивительно словоохотливым.

— Говори, — я старался не смотреть на его улыбку.

— Это действительно вестовой от Торгула. Он должен был передать Хорку-хану послание: хан идёт к стойбищам Сынов Ветра, где последний раз видели эльфа. Если клан не отдаст остроухого, их вырежут. Торгул что-то слышал про Серебряный Вихрь, объединённые племена Сынов, Клинков, но не поверил слухам. За главного эльфа из рода Мирэйнов он готов заплатить тысячу золотых драконов, если Язвы найдут и доставят. Живым или мёртвым — вопрос цены.

Я усмехнулся. Торгул, старая степная лиса! Но почему такая спешка и такая щедрость?

— Есть ещё кое-что, — Мархун понизил голос, хотя нас никто не мог слышать. — Гонец проболтался, почему Торгул так суетится. Имперский маг, Сяо Лунь, который следовал с их отрядом к стойбищу у Жилы Древних, внезапно сдох. Прямо на переходе. Говорят, упал с лошади, забился в конвульсиях и почернел.

— Почернел? — я оглянулся на имперский шатёр. — Что-то это мне напоминает.

— Да, похоже на тот же яд, что и у этих имперцев, — кивнул орк. — Торгул был в ужасе. Он понимает, что Империя спросит с него за смерть своего посланника. Ему нужно оправдание, некая весомая заслуга, чтобы его не скормили псам в Дайцине. Он получил послание из Империи, в котором его предупредили, что голова последнего Мирэйна — это его единственный шанс выкупить свою шкуру.