Алексей Виноградов – Стальные волки (страница 2)

- Что мы сделаем это по-нашему. Не как в прошлый раз, когда ты чуть не утонула в канале. - Аня ткнула в неё мокрым пальцем. - По-нашему, Машка. С огоньком.

- Договорились.

Где-то за забором снова прошумела электричка. Аня бросила последний взгляд на грядки, вздохнула и пошла в дом за вином. Мария осталась стоять у бассейна, глядя на грядки. Три кабачка - Борис, Геннадий и Люся действительно висели на плетях, маленькие, ещё незрелые, но уже с характерной ребристой кожурой. Рядом кустилась петрушка, которую Аня, судя по всему, посадила в порыве энтузиазма, а потом забыла. Она росла криво, но упорно, пробиваясь сквозь сорняки. Мария подошла ближе, присела на корточки. Земля была тёплая, рыхлая. Аня действительно полола, вон и тяпка лежит у забора и ведро с выполотой травой. Мария почувствовала укол совести. Она сама не помнила, когда последний раз что-то выращивала. Разве что кактус на подоконнике, который благополучно засох, пока она разбиралась с делом о поддельных картинах.

- Так, - сказала она вслух, обращаясь к кабачкам. - Борис, Геннадий, Люся. Приятно познакомиться. Я ваша... няня на один вечер.

Кабачки молчали. Мария вздохнула, взяла лейку и пошла к бочке с водой. Через полчаса Аня вышла на террасу с двумя бокалами вина и застала подругу сидящей на корточках между грядками с выражением глубокой сосредоточенности на лице. Мария пыталась подвязать петлю кабачка к колышку и делала это с таким видом, будто разминирует бомбу.

- Что ты делаешь? — осторожно спросила Аня.

- Спасаю Бориса. Он заваливается на бок.

- Борис кабачок. Он и должен заваливаться.

- Он не должен. Он должен расти ровно. - Мария затянула узел и отстранилась, любуясь результатом. - Вот. Теперь красавец.

Аня молча протянула ей бокал. Мария взяла, отпила и поморщилась.

- Тёплое.

- В холодильнике ещё есть. Но ты туда не пойдёшь, пока не расскажешь, что сказал Тихонов.

Они устроились на террасе, деревянные ступени ещё хранили тепло уходящего солнца. Аня поставила на стол тарелку с сыром и виноградом, зажгла свечу в стеклянной банке. Пахло воском, травами и лёгким дымком от мангала, который сосед разжёг час назад.

- Значит, байкеры, - сказала Аня, откидываясь на перила. - Это которые на мотоциклах?

- Нет, Аня, на самокатах. Конечно, на мотоциклах.

- Не язви. Я просто уточняю. - Аня отправила в рот виноградину. - И что, прям совсем никаких следов?

Мария покачала головой.

- Три налёта за три недели. Все на мостах. Блокируют инкассаторскую машину, работают быстро, исчезают. Ни лиц, ни номеров. Только мотоциклы и те без опознавательных знаков.

- А клуб?

- «Стальные волки». Олег говорит, полиция их уже проверяла. Чисто. Обычные любители, катаются по выходным, пьют пиво, обсуждают карбюраторы.

- Ну да. А потом кто-то из них надевает шлем и идёт грабить. Классика.

- Вот это и надо выяснить. Но есть еще два клуба, их тоже надо проверить.

Аня помолчала, глядя на догорающий закат. Небо стало розово-оранжевым, с редкими перистыми облаками, похожими на мазки акварели. Где-то застрекотал сверчок. Идиллия.

- Маш, - сказала наконец Аня. - А ты вообще на мотоцикле ездила когда-нибудь?

Мария замерла с бокалом у губ.

- Ну в детстве на «Урале» у дяди. Один раз. Он меня посадил, я проехала метров десять и упала в кусты смородины. Ну и в гараже стоит «Харлей»

- Отлично. Просто отлично. А я, между прочим, три года гоняла на мотоцикле. У меня разряд по мотокроссу, если ты забыла.

- Я помню. Ты мне все уши прожужжала.

- И поэтому, - Аня подняла палец, - Если мы влезаем в это дело, то влезаем правильно.

- Ты будешь мозгом. А я байком.

Они сидели ещё долго. Аня жарила на мангале курицу, щедро посыпая её приправами и комментируя каждый переворот: «Вот, смотри, Машка, это не просто еда, это искусство». Мария резала овощи для салата, слушала и чувствовала, как напряжение последних недель потихоньку отпускает. Здесь, на даче, среди грядок и кабачков, всё казалось проще.

- Знаешь, что мне в тебе нравится? - спросила Аня, когда они уже убирали со стола. - Ты никогда не врёшь. Даже когда молчишь.

- Я не молчу. Я думаю.

- Вот именно. Ты думаешь, а потом говоришь. Это редкий талант. - Аня бросила в мойку последнюю тарелку. - А ещё ты полила Бориса. Я видела.

- Он заваливался.

- Да, - согласилась Аня. - Заваливался.

Она вытерла руки и посмотрела на подругу.

- Ладно. Завтра с утра в город. Я позвоню своему знакомому в мотоклубе, узнаю, что там за атмосфера. А ты пока почитай, что Олег пришлёт. Идёт?

Мария кивнула. Где-то в темноте снова прошумела электричка, последняя, ночная. Свет в окнах соседнего дома погас.

- Пошли спать. Завтра будет длинный день.

Мария легла на раскладушку в маленькой комнате на втором этаже. За окном шумели деревья, пахло ночной сыростью и мятой. Она думала о байкерах, о трёх ограблениях, о клубе «Стальные волки» и о том, что где-то там, среди рёва моторов и блеска хрома, прячется кто-то, кто не боится ни полиции, ни последствий. Она думала об этом, пока не уснула. А утром, едва рассвело, её разбудил звонок. Олег. Он не стал ждать.

- Маша. Четвёртое ограбление. Сегодня ночью. Есть погибший.

Мария села на кровати, окончательно просыпаясь.

- Я еду.

Она обернулась. В дверях стояла Аня, растрёпанная, в пижаме, с кружкой кофе в руке. Молча протянула ей вторую кружку.

- Я слышала. Погибший? Тогда не будем терять время.

Глава вторая

Мост через реку был перекрыт полицейскими машинами. Синие и красные проблесковые маячки отражались в лужах, оставшихся после ночного дождя. Ветер с реки пробирал до костей,и Мария пожалела, что не надела куртку потеплее. Аня припарковала свой старенький «Форд» у ограждения и присвистнула.

- Ничего себе. Тут что, война?

Инкассаторская машина стояла посреди моста, наискосок перегородив обе полосы. Дверцы распахнуты, из одной свисал пустой мешок. Рядом двое сотрудников в форме, бледные, с перевязанными головами, сидели на бордюре и пили воду из пластиковых бутылок. Один из них, молодой парень, заметно трясся. Мария вышла из машины первой. Аня следом, накинув на плечи кожаную куртку, которую носила с таким видом, будто всю жизнь только и делала, что ездила на байкерские слёты. Впрочем, может, и ездила. К ним тут же подошёл Олег Тихонов, с тёмными кругами под глазами. Он выглядел так, будто не спал неделю.

- Спасибо, что приехали, - сказал он тихо, пожимая Марии руку.

- Ты сказал, есть погибший.

Олег кивнул в сторону машины.

- Водитель. Умер до приезда скорой. Оглушили, потом выстрел в голову.

Аня присвистнула. Мария молча смотрела на фургон, пытаясь восстановить картину, вот здесь они подъехали, вот тут блокировали, здесь вышли...

- Эй! - раздался резкий голос. - Кто это? Почему посторонние на месте преступления?

К ним быстрым шагом направлялся полковник Демин, крупный мужчина в форме и тяжёлым взглядом. Он смотрел на Марию и Аню так, будто они были незваными гостями на его личной кухне.

- Это я попросил их приехать, - сказал Олег, выступив вперёд.

Демин остановился, перевёл взгляд на Тихонова. Помолчал. Потом медленно, с расстановкой, произнёс:

- Олег. Ты так не хочешь работать, что нанял детектива.

- Товарищ полковник...

- Ну вообще расслабились, - Демин покачал головой, не давая ему вставить слова. - Сначала просишь отпуск, потом приводишь на место преступления гражданских. Может, мне ещё экскурсии здесь устраивать начать?

Мария молчала. Она знала этот тип: Демин любил давить, но был не глуп. Просто напуган - начальство давит, пресса подогревает, а результата нет.

- Товарищ полковник, - сказала Мария ровно. - Мы уедем, если хотите. Но у вас четыре ограбления за три недели и один труп. Если Олег считает, что мы можем помочь, может, стоит использовать любые ресурсы?

Демин смерил её долгим взглядом. Потом вздохнул и махнул рукой.