Алексей Виноградов – Белая мгла (страница 5)

- Юль, ты слышишь, что я говорю? Але, Щукина! Мы на отдыхе. Ты опять в своём репертуаре.

Я моргнула и повернулась к ней. Она стояла с тарелкой в одной руке и вилкой в другой, в глазах укоризна пополам с обречённостью.

- Что? - спросила я невинно.

- Я тебе уже третий раз говорю, возьми себе еду, а то всё остынет. А ты сидишь, как сова, головой вертишь. Кого высматриваешь?

Я улыбнулась. Взяла тарелку, посмотрела на неё, потом снова на зал.

- Да, - призналась я. - Действительно привычка. Смотреть всё вокруг.

- Вот именно, - Маша ткнула вилкой в сторону салатов. - Привычка. Ты сейчас не на работе. Тут никто не ворует, не убивает и не прячет трупы. Здесь люди отдыхают.

Я промолчала. Потому что возразить было нечего. Но когда я накладывала себе пасту, краем глаза заметила, как та девушка с ноутбуком резко закрыла крышку и оглянулась. Быстро, испуганно. А потом встала и вышла из ресторана, не доев свой ужин.

- Ничего, - сказала я себе под нос. - Ничего это не значит.

Маша вздохнула и потянулась за десертом.

- Юль, - сказала она с набитым ртом. - Ты пугаешь людей даже когда молчишь. Это талант.

Я отправила в рот кусочек пасты, прожевала и отложила вилку.

- Маш, - сказала я задумчиво. - Тебе не кажется, что слишком уж здесь всё гармонично?

Машка отпила вина, бокал уже был почти пуст, а ужин только начался и посмотрела на меня поверх хрусталя.

- А тебе что нужно, - спросила она философски, - Чтобы здесь стулья бились? Или, может, официанты в драку лезли?

Я покачала головой. Как ей объяснить? Это чувство, когда всё слишком гладко, слишком красиво, слишком спокойно. В такие моменты всегда ждёшь подвоха. Как в квартире, где идеальный порядок - значит, хозяин что-то прячет.

- Скандал, - сказала я, оглядывая зал. - Здесь обязательно будет скандал. Так всегда бывает.

- Щукина, ты кармический магнитик для неприятностей. Если ты чего-то ждёшь, оно приползёт, даже если не собиралось.

И в достоверности моих слов двери ресторана распахнулись.

- Кошмар! - разнеслось на весь зал. - Кошмар!

Я узнала голос раньше, чем повернула голову. Рыжая грива, розовый халат поверх джинсов, шлёпанцы на босу ногу. Моя однофамилица ворвалась в ресторан как ураган.

- В номере холодно! - кричала она администратору, который спешил к ней навстречу. - На улице холодно! Ещё и на ужин не позвали! Вы что здесь, издеваетесь надо мной?

Я вздохнула и сделала движение, чтобы встать. Машка мгновенно схватила меня за руку.

- Юль. Не лезь. Без тебя разберутся.

- Но она же…

- Она взрослая девка. А ты на отдыхе. Сиди.

Я поджала губы, но осталась на месте. Рыжая Щукина тем временем размахивала руками и требовала позвать «кого-нибудь главного». Официанты переглядывались, администратор Алина пыталась что-то объяснить про горячую воду и обогреватели, но её голос тонул в возмущённых воплях. Мы с Машей молча доели ужин. Парочка у окна тоже наблюдала за сценой, мужчина с лёгкой усмешкой, женщина с сочувствием. Девушка с ноутбуком уже ушла, и правильно сделала. Когда тарелки опустели, мы поднялись в номер. В коридоре скандальная Щукина всё ещё продолжала возмущаться. Теперь она требовала переселить её в «нормальный люкс, а не в эту конуру». Я прошла мимо, стараясь не встречаться с ней глазами. В номере было тепло и тихо. Маша скинула джинсы, залезла в кровать с ногами и взяла пульт от телевизора.

- Что будем делать? - поинтересовалась она, щёлкая каналы.

Я подошла к окну. За стеклом снег, темнота и далёкие огни подъёмников.

- Я хочу прогуляться. На улицу.

Маша оторвалась от телевизора и посмотрела на меня как на сумасшедшую.

- На улицу? Сейчас? Вечером? В снегопад?

- Да.

- Ну, - она пожала плечами и уткнулась обратно в сериал. - Тогда я буду смотреть сериалы без тебя. Только не замёрзни там, ладно?

Я натянула куртку, замотала шарф, надела шапку.

- Я быстро, - пообещала я.

- Не быстро, - вздохнула Маша. - Ты никогда не бываешь быстро, когда что-то ищешь.

- Я ничего не ищу, - ответила я, уже стоя в дверях.

Маша не ответила. Только вздохнула громче. А я вышла в коридор, спустилась в холл, толкнула тяжёлую входную дверь и шагнула в снежную тишину. Снег падал на лицо, на ресницы, на губы. Холодно было так, что зубы сводило. Но внутри странное спокойствие. Я пошла к подъёмникам. И не заметила, как за мной, на расстоянии двадцати шагов, кто-то вышел из гостиницы следом.

Глава четвертая

Я вышла на территорию. Ступеньки хрустели под ногами, свежий снег ещё не успели почистить. Я сделала несколько шагов, остановилась и огляделась. Прямо перед гостиницей, чуть в стороне от главной аллеи, находился пруд. Небольшой, правильной овальной формы. Летом здесь, наверное, плавают утки или катаются на лодочках. Но сейчас зима, и красоту эту не разглядеть. Заснеженная гладь блестела в свете фонарей. Деревья стояли вдоль берега, одетые в белое до самых верхушек, будто кто-то нарядил их в пушистые шубы. Несмотря на вечер, на льду катались люди. Кто-то уверенно выписывал восьмёрки, кто-то держался за бортик и смеялся, падая в сугроб. Я вдохнула свежий воздух - морозный, чистый, с лёгкой хвойной горчинкой. И вдруг захотелось сделать что-то глупое. Я широко раскинула руки, запрокинула голову и покружилась на месте. Снежинки падали на лицо, таяли на щеках, забирались за воротник. Холодно, но хорошо. До дрожи, до мурашек по спине, хорошо.

Позади меня начинался лес. Тёмный, высокий, загадочный. Деревья стояли стеной, и между стволов темнела неизвестность. Но меня это не пугало. Наоборот, манило. Я опустила руки и остановилась. Голова чуть кружилась то ли от шампанского, то ли от счастья. Это будут прекрасные выходные, Лучшие за всё время. Внутри разливалось тепло, которого я не чувствовала уже давно. Никаких трупов. Никаких допросов. Никакого Никиты с его вечными «будь осторожна». Только снег, тишина и я. Я пошла к пруду, встала у деревянного ограждения и посмотрела на лёд. Под фонарями он искрился, будто кто-то рассыпал бриллианты. Одна из девушек на коньках лихо проехала мимо, крикнув что-то весёлое своему спутнику. Достала телефон, хотела снять видео для Никиты, пусть знает, что я отдыхаю как человек. Но передумала. Пусть поволнуется. Я позвоню ему завтра. Я убрала телефон в карман и перевела взгляд на лес. Там, между стволами, на секунду показалось какое-то движение. Я прищурилась. Ничего. Тишина. Только снег идёт.

- Показалось, - сказала я себе.

Но ноги сами понесли меня не к отелю, а к лесной опушке. Просто проверить. Я же в отпуске. Что может случиться? Я села на лавочку. Снег скрипнул под тяжестью, и я откинулась на спинку, глядя на заснеженный пруд. Конькобежцы всё так же кружили, кто-то уже уходил, кто-то только выходил на лёд. Я смотрела на них и улыбалась — просто так, без причины. И вдруг сзади раздался голос:

- Не холодно тебе?

Я обернулась. Олег стоял за лавочкой, засунув руки в карманы тёмного пальто. Без шапки, волосы чуть влажные от снега. Он смотрел на меня спокойно, с той лёгкой усмешкой, которую я помнила так хорошо.

- Нет, - ответила я. - Олег, здесь классно.

Олег улыбнулся, обошёл лавочку и сел рядом. Не близко, но и не далеко, так, чтобы слышать друг друга без напряжения.

- Что, Роман отпустил тебя? - спросил он, кивнув куда-то в сторону гостиницы.

- Да, - я кивнула. - Дал выходные. Сказал, что заслужила.

- Справедливо, - Олег посмотрел на пруд. - Ты всегда много работала.

Я замолчала. С Олегом мы работали вместе долгое время. Почти три года. Одну оперативную группу, одни кошмары, одни победы на двоих. Я считала его другом. Наверное, лучшим на той работе. Но из-за его косяка его уволили. Один промах. Одно неверное решение. Труп, которого можно было избежать. Я пыталась ему помочь, ходила к начальству, доказывала, что ошибка была не только его. А он обвинил во всём меня. Сказал, что я подставила его, чтобы получить повышение. Это было больно. До сих пор отзывалось где-то под рёбрами, когда я думала о нём. Но я ни в чём не виновата.

- Как дела, Щукина? - спросил Олег, нарушая тишину. - Рад тебя видеть. Правда.

Я повернулась к нему. Снежинки падали на его плечи, на ресницы, таяли и оставляли крошечные капли.

- Олег, - сказала я прямо. - Я ни в чём не виновата.

Он посмотрел на меня. В глазах ни тени обиды. Только усталость и какое-то спокойное принятие.

- Да ладно, Щукина, - он махнул рукой. - Успокойся. Нормально всё. Сам виноват. Я тебя ни в чём не виню.

- Правда? - я не поверила.

- Правда. Было время, я злился. Долго злился. А потом понял, ты сделала то, что должна была сделать как следователь. А я совершил ошибку. И поплатился.

Я молчала. Снег падал и падал, укрывая нас обоих белым покрывалом.

- И как ты здесь оказался? - спросила я, чтобы сменить тему.

- А вот так, - он развёл руками. - Уволили, долго не мог найти работу. Потом друг позвал, сказал, курорт ищет начальника службы безопасности. Я подумал: почему нет? Горы, тишина, никаких городских психов.

- И как? - я приподняла бровь. - Нашёл тишину?

- Ты же здесь. Какая уж тишина.

Я толкнула его плечом. Он не отодвинулся.